Приманка
Шрифт:
– Тогда заберем ее по пути на автостоянку.
Он выглядит почти веселым от перспективы провести выходные за городом.
– Машина у тебя есть?
– Конечно.
Машина – довоенный «ситроен», огромный, норовистый памятник старины, противящийся лязгом шестерен тому, что его заставляют в пятницу ползти к югу по туннелю Линкольна. Проигрывателя компакт-дисков в нем нет, в радиоприемнике – электронные лампы. Клэр удивляется, что он принимает американские станции – современная музыка почему-то звучит допотопно, проходя через контуры, созданные для звучания песен Эдит Пиаф
Белый фургон вынужден тащиться еле-еле, чтобы не поравняться с ним.
До дома друзей Воглера около четырех часов пути. Салон «ситроена» неудобный, и когда Кристиан сворачивает с шоссе на узкую, немощеную дорогу, у Клэр невыносимо болит спина.
Клэр уже знает, что люди, к которым они едут, Филип и Эллен, были друзьями Кристиана и, Стеллы. Она не совсем представляет, чего стоило Кристиану пригласить ее с собой, но ей понятно, что это решение было нелегким.
Дом большой, деревянный, обращенный окнами на скалистую бухту. В нем много побеленного дерева, светло-голубой мебели и картин с видами мыса. Эллен художница; и на взгляд Клэр, очень хорошая.
Эллен и Филип приветствуют Клэр с дружелюбием, неспособным скрыть их любопытство.
– Значит, это вы убедили Кристиана нарушить свое отшельничество, – с улыбкой говорит Эллен, когда Воглер отворачивается. – Очень рада познакомиться. Он отказывался рассказывать о вас.
Когда они вносят в дом свой багаж из машины, на них поднимает взгляд еще одна пара, лущащая за кухонным столом горошек в миску.
– Кристиан, ты помнишь Ханну и Сола? Ханна, Сол, это Клэр, – говорит Эллен.
Ханна с Солом приветливо улыбаются.
– А там их дети смотрят телевизор. Дом прямо-таки переполнен. – Эллен указывает на одну из дверей. – Вот ваша комната. Положите вещи и пойдемте выпьем по стаканчику.
В комнате двуспальная кровать и захватывающий вид на океан. Рыжий сеттер Морган входит в открытую дверь и вспрыгивает на постель.
– Я буду спать на полу, – спокойно произносит Кристиан. – Извини, я думал, что ясно дал понять…
– Это не проблема, – отвечает Клэр, сгоняя собаку с кровати. – Да и все равно, похоже, Морган будет оберегать мою честь.
Ужин легкий – мидии с пляжа, морской окунь, которого Филип поймал сам, и салат с горошком. Кристиан был прав: приятно выбраться из города и находиться здесь, пить пулиньи-монтраше с этими образованными, умными, свободомыслящими людьми, которые вовлекли Клэр в разговор без излишнего выпытывания или снисходительного отношения к тому, что по возрасту она, видимо, ближе к детям Сола и Ханны, чем к ним.
После рыбы Сол уходит позвонить по телефону. Филип кричит ему вслед:
– Пользоваться сотовым не пытайся! Он здесь не работает!
– Вот как?
– Да. Ни одна из сетей не действует на этой части побережья. В кабинете есть кабельный.
Клэр, теребя ожерелье, думает, что, может быть, не действует и ее микрофон. Извиняясь, она идет в туалет и открывает окошко, выходящее на дорогу перед домом. Гасит свет, чтобы лучше видеть. Небо снаружи почти черное, луна пытается проглянуть сквозь тучи.
– Фрэнк, – шепчет Клэр, – если слышишь меня, помигай фарами.
Она ждет. В темноте не появляется ни огонька.
– Фрэнк! – повторяет Клэр. – Если ты в машине, включи фары или посигналь клаксоном. Дай какой-то
От внезапного стука в дверь она подскакивает.
– Клэр. Что с тобой? – спрашивает Кристиан.
– Ничего.
– Я подумал, может, ты съела испорченную мидию.
– Нет-нет. Сейчас выйду.
Перед тем как закрыть окошко, она вглядывается в темноту в последний раз.
На ночь в доме открыты окна, чтобы впускать далекое дыхание океана. Кристиан заворачивается в одеяло и ложится у окна.
Клэр лежит без сна, прислушиваясь, заставляя себя дышать в лад с океанским плеском. Она слышит, как Воглер поднимается и подходит к кровати. Чувствует, как качается кровать, когда он ложится рядом.
Рука обнимает ее и забирается в тесное пространство между рукой и грудью. Сердце Клэр колотится, она притворяется спящей.
Они долго лежат так, потом Клэр понимает, что Кристиан заснул.
Глава двадцать пятая
В город они возвращаются поздно вечером в воскресенье. В понедельник в девять утра Клэр будит Фрэнк.
– Просыпайся, тебе нужно это прочесть.
Он бросает на постель газету, потом подходит к окну и раздергивает шторы.
Несколько секунд Клэр не может вспомнить, где находится. Потом неуверенно берет газету и машинально раскрывает ее на странице с театральными рецензиями.
– Не там. – Фрэнк отнимает у нее газету и складывает. – Здесь.
Первая полоса; вторая рубрика.
УБИЙЦА ПРИСТРАИВАЕТСЯ В ИНТЕРНЕТЕ
Сайт выглядит кибер-обителью убийцы. Мэр осуждает отсутствие оперативной регулировки.
Возможно, сейчас пользование Интернетом для проведения банковских операций или покупки книг самое обычное дело, однако новый сайт показывает, что Интернет обладает и более жуткими возможностями. Pictureman.com утверждает, что показывает фотографии, сделанные убийцей Перл Маттьюз, двадцатидевятилетней проститутки, обезглавленное тело которой обнаружено в отеле «Счастье» возле Второй авеню.
Первоначальное предположение, что снимки могли исчезнуть из архива коронера, опровергается тем, как положение тела и головы меняется от фотографии к фотографии. Это наводит на мысль, что убийца умышленно менял их и потом запечатлевал свою страшную деятельность.
Мэрия немедленно осудила «неуправляемый Дикий Запад, который представляет собой Интернет», и потребовала установления должного контроля. «Какая польза очищать Таймс-сквер, когда порнографы могут проникать в спальни наших подростков? – задает вопрос близкий к мэру источник. – Мы потребуем от полиции закрыть этот сайт и немедленно предать убийцу правосудию».
– Дерьмо, – шепчет Клэр.
– Вот-вот, – соглашается Фрэнк. – Оно в котловане, а в нем стою я. – Оглядывается по сторонам. – Где твой компьютер?
Клэр указывает в угол.
Фрэнк набирает интернетовский адрес и читает вслух надпись на экране:
«Добро пожаловать в pictureman.com. Вы посетитель номер тридцать девять пятьсот восемьдесят четыре».
– Люди помешались на этой штуке.
Клэр в тонкой тенниске встает с постели, обхватывает себя за локти и подходит взглянуть.