Принц б/у
Шрифт:
Татьяна пылала, как астраханский помидор. Дочь была абсолютно права, но задумываться над ее словами не хотелось, иначе пришлось бы спустить бывшего супруга с лестницы, уж больно все нескладно получалось.
– И почему ты дозрел только сегодня? – наседала Оля. – Что, проблемы какие-то появились? И ты надеешься свалить их на нас?
– Как ты могла так подумать, дочь? – с патетикой воскликнул Николай, нацелившись на исходящий соком кусок мяса. – У меня полный порядок! Просто я подумал, что вам нужна моя помощь!
– Тоже мне, Бэтмен на пенсии, –
– Оля! – Татьяна умоляюще посмотрела на дочь.
– Ладно, ладно, молчу. – И Олечка выхватила у Николая свинину, над которой он уже занес вилку. – Так что случилось-то?
Сделав вид, что неправильно понял вопрос, и обойдя тему объяснений по поводу своего появления в их квартире, Коля одухотворенно уставился на обшарпанную раму, изображая глубокую задумчивость, и произнес:
– Таня, боюсь, ты мне не поверишь…
– Я-то точно не поверю, – усмехнулась Оля, не в силах удержаться от комментариев. Ей все-таки хотелось, чтобы новоявленный отец обиделся и исчез из маминой и ее жизни окончательно.
– Это было как ослепление, точно меня кто-то заставил. У меня глаза были зашорены, как у лошади, которой указывает путь наездник.
– Как у жеребца, – нахально прокомментировала Олечка, подавив желание ткнуть разглагольствовавшего папашу вилкой.
– Я был словно под наркозом, – повысил голос Николай, видя, что дочь опять набирает воздух, чтобы подкинуть дровишек в разгорающийся костер войны.
– Это сглаз, – убежденно сказала Татьяна, чтобы хоть как-то оправдать в своих глазах поведение бывшего мужа.
– Как я не подумал? – ухватился за идею Колясик. – Иначе как можно объяснить, что я оставил семью, любимую жену, новорожденную кроху и ушел к совершенно чужой женщине?
Он замер, сделав красивую паузу и горестно хлопнув себя по лбу, но Оля и тут не позволила ему нагнетать драматизм момента.
– Это запросто можно объяснить повышенной тягой к кобелизму и моральной незрелостью!
– А сегодня у меня просто прозрение. – Коля решил не реагировать на исходящую ехидством дочурку и обращался теперь только к Татьяне.
– Деньги закончились? – предположила Оля.
– Я вдруг увидел, что живу с посторонними людьми, а мои девочки…
– Там у тебя вроде детишки были? – невинно похлопала ресничками Олечка. – Или они не от тебя?
– Это результат черной магии…
– Ух ты, и кто ж это тебе детей-то наколдовал? – фыркнула Ольга, упорно игнорируя мамины пинки под столом.
– Срок действия заговора закончился, – кипятился Николай, параллельно изумляясь недалекости Татьяны, которая воодушевленно кивала, поддерживая весь этот бред, невзирая на дочкины комментарии. – Теперь меня ничего с ними не связывает!
– А алименты? – ледяным тоном поинтересовалась упертая Олечка.
– Я имел в виду духовные моменты, если ты понимаешь, что это такое! – злобно огрызнулся Колясик.
– А то! Насколько я понимаю, мы с ними теперь не только родственники по папаше, но еще и товарищи по несчастью! –
– Мне приснился сон! – нагло ответил Колясик и опять отважился на торжественную паузу.
– Какой? – жадно напряглась Таня.
– С голыми бабами. – Оля в последний раз разорвала в клочья пафосный настрой застолья и раздраженно вышла, не в силах терпеть общество отвратительного мужика, явно припершегося к ним с какой-то корыстью и вешавшего матери даже не лапшу, а полутораметровые макароны.
Но самый сильный удар ждал ее впереди.
Елена Сергеевна, не любившая выступать без зрителей, не дождавшись прихода сына, начала названивать ему на мобильник. Ее звонку предшествовала драка с Лизочкой, с которой обвалились остатки интеллигентности в связи с попыткой наглой старухи объяснить ей, кто в доме хозяйка. По мнению Елены Сергеевны, хозяйкой могла считаться лишь женщина с опытом, умом и житейской сметкой, каковой Лизочка, безусловно, не являлась. Кроме того, обалдевшая от вседозволенности бабка перешла на список Лизочкиных дефектов, громогласно озвучивая все не соответствующие идеалу детали и пытаясь привлечь к дискуссии соседей.
– Коля, она кинула в меня книгой! – визжала Елена Сергеевна. – Немедленно приезжай и поставь на место негодяйку!
Ее вопли бэк-вокалом сопровождал басовитый Лизочкин рев. С трудом удержавшись от вопроса, попала Лиза в мамашу или нет, Коля решил использовать ситуацию по полной:
– Я никогда не любил тебя, я все знаю. Да, про сглаз и порчу! Твое зло к тебе же и возвращается! А я хочу жить со своей любимой женой и дочерью! Прощай навеки!
– Коля! – взвыла Елена Сергеевна, но сын бдительно отключил мобильник.
Таким образом он убил целое стадо зайцев: доставил удовольствие раскрасневшейся хозяйке дома, дал ей знать, что вернулся насовсем, временно отделался от мамы, которую еще рано было перевозить к неподготовленной Тане, хотя и помнившей крутой нрав бывшей свекрови, но за двадцать лет успевшей отвыкнуть от бабулькиных закидонов, и не испортил отношений с нынешней законной супругой. Ведь жизнь могла повернуться к любому участнику событий не только боком, но и задом, и передом – еще неизвестно, что хуже. Кроме того, ему предстояло разменивать жилплощадь, если мордатый Боря не начнет чинить препятствия, но думать об этом не хотелось.
– Ты останешься? – робко спросила маячившая рядом Татьяна, проглотив едва не вывалившуюся добавку «что ли».
– А ты хочешь? – страстно выдохнул Колясик.
В комнату, к недовольству Николая, нарушив романтизм, вернулась дочурка, настороженно вслушивавшаяся в фальшивый монолог, притаившись за кухонным косяком.
– Ольгуша, папа хочет жить вместе! – взволнованно сообщила мама, боясь очередного выпада со стороны изменившейся в лице дочурки. Судя по выражению ее физиономии, ничего хорошего ждать не приходилось.