Принц Тор

Сахаров Василий Иванович

Как водится, чем старше человек в чине, тем лучше у него апартаменты, и мое жилье на фрегате состояло из двух комнат, кабинета и спальни. И когда я двигался к своему жилью, то думал, что Барбара спит в нашей широкой постели и видит десятый сон. Однако я ошибался. Девушка, которая была одета в один легкий халатик, расположилась за рабочим столом, и перед ней находился планшет «Карай», тот самый, который я добыл на Аяксе. На лице моей красавицы было задумчивое выражение, губы крепко сжаты, а глаза смотрели на экран. Все понятно – свежеиспеченный ксенопсихолог пытается быть

полезным. Но, честно говоря, я брал девушку с собой не ради этого. Хотелось секса. Хорошего, традиционного и без извращений. А инопланетный корабль и существа, которые его построили и эксплуатировали, меня интересовали постольку-поскольку. Главное, что плазменные резаки хоть и с трудом, но могли вскрыть броню этого гигантского космического судна, а остальное на данный момент не суть важно.

Скинув китель, я обошел Барбару со спины, и мои ладони опустились на ее плечи. Девушка машинально, словно всегда так делала, подобно кошке, потерлась щекой о мою ладонь и произнесла:

– Ты пришел. Любимый.

Губами я прикоснулся к ее густым чистым волосам, которые пахли ромашкой, и посмотрел на экран планшета, усеянный непонятными мне графиками, схемами и проекциями осьминогов. Судя по всему, работа у Барбары кипела, и я кивнул на планшет:

– Что это ты делаешь?

– Пытаюсь разобраться, кому принадлежал корабль инопланетян, который обнаружил Смит.

– И как успехи?

– Информации мало. Но кое-что можно сказать прямо сейчас. Прежние владельцы корабля были похожи на земных головоногих моллюсков. Подотряд Incirrina, придонные обитатели. Тело мягкое и продолговатое, позади овал. Ротовое отверстие с двумя мощными челюстями находится в месте, где сходятся щупальца. Кстати, таковых не восемь, как у земных осьминогов, а десять, и они не имеют перепонок, зато на каждом очень много присосок, не меньше трех тысяч. В глотке терка для размягчения пищи. В теле три сердца: основное и два жаберных…

Барбара прервалась, и я поинтересовался:

– Это ты из документов, которые Гамильтон передал, узнала?

– Нет, специалисты адмирала вообще ничего серьезного не предоставили, одни расплывчатые описания, и хорошо хоть генетический материал не зажали. – Девушка покачала головой и снизу вверх посмотрела на меня: – Я все сама сделала, при помощи мобильной биолаборатории в медотсеке фрегата и парочки программ. Ведь я же теперь ксенопсихолог. Разве ты забыл?

– Я все помню. Просто не ожидал от тебя такой прыти.

– Вот так всегда. Мужчины недооценивают женщин, а зря.

Подобную фразу я пару раз слышал от Марты Ольсен, так что высказывание Барби меня не удивило. Однако я решил на этом не останавливаться, и продолжил разговор про осьминогов:

– Значит, то, что известно тебе, для вояк из «Арго» тайна?

– Скорее всего. Но их сие не волнует. По-моему, командирам кораблей это не особо интересно. Главное – добычу взять, а про исследования они забывают, и это чревато биологической опасностью.

– Да-да, ты права. Продолжай. Что там с этими головоногими? Еще информация имеется?

– Немного. – Барби вновь посмотрела на экран планшета, вывела на него подробную проекцию

инопланетянина, крупного осьминога с длинными мощными щупальцами, и продолжила: – У этих головоногих, которые конечно же являлись разумными, был высокоразвитый мозг, имевший кору. Глаза у них большие и очень сильно напоминали человеческие. Не так, как у земных, сходство только по хрусталику, а полностью. Они могли воспринимать звук и инфразвук, а также, судя по всему, легко меняли объем тела и его форму. Красивые и сильные существа, размеры которых могли достигать шести-семи метров в длину, а средний вес взрослой особи колебался в пределах ста пятидесяти килограмм плюс-минус десять.

– Если мы их когда-нибудь встретим, то это будут серьезные противники.

– Наверняка, потому что это не все. Еще они могли менять окраску тела и были способны плеваться в своих противников ядом.

– А что насчет продолжительности жизни и среды обитания?

– Обитали они в соленой морской воде, видимо, на глубине, и именно там возникла их цивилизация. Но со временем осьминоги смогли выбраться на поверхность, как люди проникли на морское дно, а уже затем стартовали в космос. Так что на их корабле, вполне возможно, водная среда. А вот насчет сроков жизни сказать нечего. Будут новые данные, тогда появится результат, а того, что добыли на трофейном катере, мало.

– Ну а питались они чем?

– С вероятностью в девяносто процентов я могу сказать, что эти разумные осьминоги были хищниками. Они ели рыбу, моллюсков и крупных земноводных. Впрочем, травой и водорослями тоже не брезговали.

– Ага. – Я присел рядом с девушкой и кивнул на планшет: – Подготовь краткую справку. Как выскочим из гипера и связь появится, надо будет ее Хартману отправить. Он в этом рейде главный, так что информация ему наверняка пригодится.

– Как скажешь, любимый.

Невеста чмокнула меня в щеку, улыбнулась и вновь уткнулась в планшет, а я задумался.

Что сказать? Все хорошо. Барби нашла себе дело по душе и по родным, как я того опасался, не тоскует. На корабле порядок, а позади крепкий тыл. Через недельку мы выскочим в системе Лока-Артур, заберем людей капитана Каракурта, разумеется, если они еще живы, и отправимся к девственной планете. Там особо задерживаться не станем, возьмем пробы воздуха и грунта, а затем спустим на поверхность первых колонистов, которым я оставлю пару шаттлов, несколько небольших жилых куполов и припасы. Ну а потом снова в путь. Вперед! В погоню за бесхозным гигантским кораблем древних головоногих.

Совершенно незаметно я стал проваливаться в сон, но задремать не удалось. Я почувствовал прикосновение Барби, а потом услышал ее голос:

– Тор, ты напряжен. Видимо, переутомился. Давай я тебе массаж сделаю.

– А ты умеешь? – спросил я.

– Умею. Мама научила. Она меня несколько лет разминала, пока я в коме была. Да и потом, после регенерационной камеры, не оставляла.

– Я не против, – согласился я и направился в спальню.

Скинув одежду, я бросил взгляд на девушку, которая достала из своей сумки флакон с каким-то маслом, и она кивнула на постель: