Принц Тор
Шрифт:
Короче говоря, имя следующего государя было озвучено, и это хорошо. Главное – это стабильность. Поэтому мало кто из покидающих тронный зал гостей обратил внимание на оставшихся перед престолом бывших претендентов: Андрея Харфагера, Ярослава Фатеева и Алекса Кроуфорда. Адъютант императора Александр Маноцкий подошел к каждому и попросил его задержаться, такова была воля отца, и никто не ослушался.
Тронный зал опустел. Вышли практически все, в том числе и императрица с детьми. Остались лишь охрана, адъютант, император и его сыновья. После чего Сергей Первый скинул красную мантию, под которой
– Наверное, ненавидите меня сейчас?
Первым отозвался Харфагер:
– Нет, отец. Ты принял решение, и нам остается только принять его. Государь ты, а не мы, и наш сыновний долг – подчиниться. Признаю, сначала я злился на тебя. Однако подумал над твоими словами, которые услышал при нашей последней встрече, и осознал, что не готов стать императором. По этой причине зла ни на кого не держу и надеюсь, что за оставшиеся тебе годы жизни ты сделаешь из Славко достойного государя, который будет править справедливо и по совести.
– Не ожидал от тебя такого. – На слова первенца император хмыкнул. – Растешь. Уважаю.
– Да, расту. – Контр-адмирал кивнул и добавил: – Кроме того, я обдумал твое предложение, отец, и, если оно еще в силе, готов его принять.
– Об этом мы поговорим. – Серый Лев улыбнулся и повернулся к Фатееву: – А ты что скажешь?
– Мне многое не нравится, – ответил Ярослав. – Но против твоей воли я не пойду и клятву на верность наследнику дам.
– Пожелания какие-нибудь будут?
Фатеев покосился на Харфагера и выдохнул:
– Да. Подобно Андрею, я хотел бы создать свое королевство.
– Колонизацией?
– Нет. Завоеванием.
– Это достойно. Подумаем над этим. – Государь обратился к Кроуфорду: – Ну а ты чего молчишь?
Алекс пожал плечами:
– Мои шансы с самого начала были не очень велики, и я на трон особо не рассчитывал.
– Ха-ха! – Император рассмеялся. – Шансы твои, может, и невелики были, согласен. Но ты кинул в бой все свои резервы, и тебя поддержали начальники ГРУ и СИБ, что само по себе дорогого стоит. Впрочем, сейчас это уже не важно. Ты дашь Славко клятву на верность?
– Само собой. И если понадобится, то первым перед ним колено склоню, а мой клан меня поддержит.
Серый Лев шагнул вперед, дал сыновьям знак приблизиться и приобнял всех троих. Четверо мужчин сгрудились в тесную кучку, и государь прошептал:
– Я верил в вас, дети мои. И я доволен тем, что вы не затеваете свару, а принимаете мою волю. Ступайте, и пусть боги космоса хранят вас.
Сыновья императора покинули его, а он проводил их долгим взглядом, подумал, что становится слишком сентиментальным, и отправился к гостям…
Про день рождения императора можно написать и рассказать много. Но если вкратце, то праздник удался на славу. На столах находились самые изысканные и редкие блюда, деликатесы и напитки. На площадках в саду выступали знаменитые артисты, шоумены, пародисты, сатирики и комики, которые, как и полагается челяди, кушали отдельно от гостей, а потом были танцы. Люди веселились от всей души, ибо сам государь, который много улыбался, подавал им пример, а соратники Серого Льва его поддерживали.
Однако праздник невечен. Ночь прошла, и наступил еще один рабочий день. Гости разъезжались, и одними из первых дворцовый комплекс покинули братья Харфагер. Старшие, Андрей и Дмитрий, не доверяя охране, тянули на своих плечах подвыпившего третьего, Христофора, который считался одним из самых лучших имперских финансистов и входил в десятку богатейших людей империи. Братья вошли в аэромобиль, и он взлетел. После чего младший Харфагер встряхнулся, моментально протрезвел, посмотрел на братьев взглядом совершенно трезвого человека и спросил:
– Ну что, старшие, кинул нас батя?
– Кинул, – кивнул Андрей.
– Да, пролетели мы мимо трона, – согласился Дмитрий.
– И что, мы это примем и утремся? – Финансист скривился. – Или все же поборемся за престол? Чего молчите? Сказать нечего или есть какой-нибудь план, о котором я ничего не знаю?
Старшие переглянулись, и Андрей сказал:
– План есть, мы от трона отказываться не собираемся и кое-что уже предприняли. И пока несколько минут нас никто не будет подслушивать, можно тебе кое-что рассказать.
– Вот это уже другой разговор. – Христофор ухмыльнулся и вопросительно кивнул: – Моя помощь потребуется?
– Разумеется, братец, ибо твои финансы прорвутся там, где наши дружинники спасуют.
– И в чем задумка?
– Отстранить отца от дел, когда он в регенерационную камеру ляжет. У Димки, – Андрей кивнул на бывшего начальника столичной полиции, – в императорской клинике свой человек есть, обычный медтехник. Он кое-что подкрутит, с программами поработает, и наш батюшка вместо омоложения заболеет, очень сильно, но не смертельно. Пока суть да дело, мы протолкнем создание регентского совета при наследнике, а дальше дело техники. Поддержка некоторых кланов нам уже гарантирована, войска у нас есть, и дружину можно увеличивать, ибо официально мы собираемся колонизировать новые миры. Все одно к одному, и в итоге победа. Главное, не теряться, и, когда будет получено известие, что император при смерти, нам надо успеть взять власть, ввести в столицу верные воинские части и занять все стратегические объекты. Это вкратце, а подробности обсудим в другое время и в другом месте.
– А если отца сразу на тот свет спровадить?
– Это хаос, который нам не нужен. Поэтому вариант с болезнью предпочтительней, а позже добавим идею диверсии и под это дело уберем всех, кто нам мешает. Сфабрикуем дело, тяп-ляп, и мы на вершине, а если это не сработает, тогда посадим на престол клона. Временно, разумеется.
– А у нас еще и клон есть? – удивился финансист.
– Да. Глупый, конечно, и он не владеет той информацией, какая в голове у нашего отца, но это можно списать на последствия болезни.