Принцесса маори
Шрифт:
Хеху вопросительно взглянул на нее. И Люси пояснила:
— Представляешь, оказалось, что моя сестра живет здесь по соседству. Она обрадуется, увидев тебя. Или тебе лучше сначала немного отдохнуть? Выглядишь так, будто хочешь принять ванну и поспать.
Хеху устало кивнул и прошел за Люси сначала в кухню, а потом в гостиную.
— Что произошло? — спросила она, внимательно разглядывая старого друга. Он выглядел ужасно: в грязной одежде, небритый.
Хеху тяжело вздохнул.
— Многое поменялось в нашем племени с тех пор, как твой отец перестал быть вождем, — начал он издалека. —
— Да. Это же тот отвратительный сын лекаря, за которого отец хотел выдать замуж Харакеке?
Хеху кивнул.
— Благодаря влиянию своего отца он стал новым вождем. Не самый лучший преемник Канахау. Я узнал, что он перепродал пакеха священную землю, и призвал его к ответу. За это он распространил среди племени слух, что я повинен в смерти твоего отца. По глупости один из наших воинов на смертном одре поклялся, что наш вождь погиб не в бою с людьми Те Кооти, как я всегда говорил. У Ахури появился повод избавиться от меня. Он даже свидетелей подкупил, которые утверждали, что я убил вождя из жадности, чтобы завладеть его меховой накидкой. Я бежал в Гисборн, но Ахури и его так называемые партнеры преследовали меня. Они навели на меня полицию. С тех пор я в бегах. Меня обвиняют в убийстве! Они непременно хотят устроить судебный процесс, чтобы я отправился на остров для заключенных и сдох там от эпидемии.
— О нет! Так дело не пойдет! Я лучше признаюсь во всем, чем они потащат тебя на суд! — в ужасе воскликнула Люси.
— Это даже не обсуждается. У тебя семья, которую с собой туда не возьмешь, — решительно запротестовал Хеху.
— У меня больше нет семьи! — холодно воскликнула Люси. — Это месть за то, что я убила отца…
Хеху схватил ее за руку.
— Ахоранги, прекрати! Что случилось? За что может быть месть?
Ахоранги? Каким чужим казалось ей это имя! Люси нерешительно начала рассказ. Она упомянула все: и смерть новорожденных детей, и усыновленную Джоанну, и ее уход из дома, и смерть мужа. Люси сама удивлялась, что может вспоминать о таком без слез. О смерти сына ей было особенно тяжело говорить.
В тот момент, когда она рассказывала о несчастном случае на яхте, в коридоре послышались тяжелые шаги Харакеке, которые ни с чьими другими не спутаешь. Люси замолчала и хотела быстро объяснить Хеху, что есть еще один член семьи, но тут сестра громко позвала:
— Люси? Люси, куда ты подевалась?
Хеху пристально взглянул на нее.
— Кто такая Люси?
— Это я. Ради семьи я окрестилась и взяла себе имя пакеха, — тихо ответила она.
Хеху хотел было возмутиться, но тут в комнату вошла Харакеке. Увидев маори, она остановилась как вкопанная.
— Ты? — удивленно спросила она. — Хеху? Ты приехал, чтобы забрать Люси? Слишком поздно. Иди к отцу и сообщи ему, что мы не вернемся назад!
Хеху вопросительно взглянул на Люси. Она поняла: Хеху удивился, что Харакеке не знает о смерти отца, не говоря уже о том, что его убила Люси.
— Нет, ты ошибаешься, я пришел сюда не для того, чтобы забрать вас. Я пришел, чтобы сообщить Ахоранги, что ваш отец уже много лет как мертв и что меня подозревают в его убийстве.
— Тебя? — недоверчиво спросила Харакеке и невозмутимо добавила: — Это
— Нет, я не знаю, как он умер. Он просто бесследно исчез после боя с Те Кооти, и я вернулся в деревню один. А теперь, спустя сорок лет после его исчезновения, воины нашего племени подозревают, что вождя убил я.
Но Харакеке больше не слушала Хеху. Она бессильно опустилась на стул и вздохнула.
— И он просто так взял и исчез? — недоверчиво спросила она.
— Я клянусь перед лицом предков, — заверил ее Хеху.
— Этого не может быть! Он был сильный и гордый мужчина. Такие просто так не исчезают, — твердо произнесла она. — А где был ты?
— Мы ночевали под открытым небом, только он и я. А на следующее утро вождь бесследно исчез. Боюсь, что люди Те Кооти выследили нас и забрали его с собой…
— И ты этого не заметил? Я не могу себе этого представить. Ты же вроде был его телохранителем! Странно. Очень странно, — заявила Харакеке и окинула Хеху пристальным взглядом.
— Ты же не веришь, что Хеху убил нашего отца из-за меховой накидки? — язвительно бросила Люси. Она удивлялась: Хеху держал себя в руках и не сказал Харакеке правду, хотя нетрудно было заметить, что сестра явно сомневалась в искренности его слов.
— Как ты узнала, что Хеху убил его из-за меховой накидки? — резко спросила Харакеке.
— Потому что так утверждают его преследователи! Вот и все!
— А почему ты так уверена, что Хеху не совершал убийства? Отец не мог просто так бесследно исчезнуть! — Она повернулась к Хеху: — Как и когда ты это сделал и что ты ищешь у моей сестры? Зачем ты пришел к ней и…
Ее прервал громкий шум и звонок в дверь, Харакеке вопросительно глянула на сестру.
— Что, если это полиция?
— Иди к двери и скажи, что, кроме тебя, в доме никого нет! — приказала Люси сестре, повернулась к маори и добавила: — Пойдем! — Она решительно потащила его за собой из комнаты в свою спальню. Сама она предпочла ждать в коридоре. Сердце едва не выпрыгивало из груди. Как ни силилась, она не могла расслышать слов, которые говорили у двери незваные гости. Смогла только различить, что голос принадлежал какому-то незнакомому мужчине.
Прошла вечность, прежде чем дверь вновь заперли на замок. Люси не могла скрыть любопытства. Она побежала вниз по лестнице. Лицо Харакеке было серьезным.
— Что случилось? — запыхавшись, спросила Люси.
— Это был инспектор Ретбон, он зайдет сразу после Рождества. Следы Хеху ведут в Нейпир…
— Что ты ему сказала?
— Что ты на Рождество уехала в Мини.
Люси облегченно вздохнула.
— Выгони его!
— Но я не могу, я ему нужна! Давай сначала вместе пообедаем.
Харакеке энергично замотала головой.
— Я не сяду за один стол с убийцей отца. Ты знаешь, великий вождь и я не были особо близки, но смерти я ему не желала.
— Черт побери, Хеху не убивал его! — воскликнула Люси.
— Есть один свидетель…
— Его подкупил Ахури!
— Да? Откуда взялся у Хеху отцовский амулет? Полиция обнаружила амулет в его доме!
— Как ты узнала? — Голос Люси едва не сорвался от волнения.
— Инспектор Ретбон сообщил мне. Хеху прятал его под матрацем!