Принцип карате
Шрифт:
— Вы серьезно? — изумился Савчук. — Не может быть!
— Понятно, здесь есть элементы метафоры, к тому же речь идет об идеальном варианте, который реально может быть и недостижим. Но рациональное зерно присутствует. Я сам убедился.
— Как? Очень интересно узнать!
Колпаков улыбнулся. Не рассказывать же ему всего!
— Например, Габаев физически сильней меня. И технику накатал до моего уровня. А умственным совершенствованием пренебрегает, считает ерундой. Но в сокрушении
Савчук действительно задумался.
— Как же достигнуть духовного совершенства?
Есть в мире светлый храм, Но не найти мне входа, Хоть тысячи дорог ведут к нему, Достойный в храм войдет И обретет свободу У неба и земли не будет он в плену.
Колпаков продекламировал и ощутил, что вышло театрально, как обычно такие штуки получались у Габаева. Ему стало неловко.
— Не удивляйся, что не понял, я тоже довольно слабо понимаю. В философско-мистических учениях Востока считается, что войти в храм высшего совершенства можно через узкую дверь, загвоздка состоит в том, чтобы ее найти. И суметь открыть. Мало кому это удается.
— А вы во все это верите? — Восторженность прошла, Савчук был явно растерян.
— Вообще-то такие вопросы задавать не принято, даже неприлично. Потому что путь к узкой двери предполагает безоговорочную веру и слепое следование…
— Догматизм — метод защиты ошибочных концепций, орудие мракобесия и малограмотной реакционности. Извините, Геннадий Валентинович, но тут вы меня не переубедите. И если Система, о которой вы рассказали, строится на догматах, то разве можно воспринимать ее всерьез?
Оперевшись на надежную платформу материалистической диалектики, Вася Савчук ощутил уверенность, и Колпаков не мог ему возразить.
— Не стоит толковать все буквально. Догматы заложены в основу Системы много веков назад, вполне понятно, что сейчас они могут казаться смешными. Тем более в условиях современной жизни. Но главное-то в другом! Даже если ты и не найдешь узкую дверь, то до преклонных лет сохранишь здоровье, силу и живость ума. Разве этого мало?
— Нет. Но тогда зачем мистический туман? Обычная система физического совершенствования. С маленькой буквы.
— Каждый волен понимать по-своему. Позанимаешься с годик — поговорим еще. Только запомни. — Колпаков подмигнул. — Я разбиваю три кирпича, а Габаев — два.
К первой тренировке, кроме записанных, собрались болельщики, просто любопытные и кандидаты, до которых весть об открытии секций дошла с опозданием. Возле ДФК опять бурлила толпа, и инструкторы вызывали свои группы по спискам.
— Надо будет выдать нашим пропуска, — сказал Габаев. — Не устраивать же каждый раз переклички на улице.
Его группа была самой малочисленной,
Выйдя на крыльцо, Габаев спросил, есть ли разрядники. Отведя двенадцать крепких парней на пустынную аллею примыкающего парка, он устроил блиц-испытание: по десять приседаний на каждой ноге, двадцать подтягивании, пятьдесят отжиманий. Через полчаса его группа пополнилась шестью новичками.
Когда Колпаков заглянул в зал, Григорий держал речь перед почтительно замершей шеренгой.
— …дают деревянный колышек, который надо голыми руками вбить в утоптанную землю. Тот, кто с этим справился, получает дощечку, пишет свое имя и вешает в зале на самый последний гвоздь. Он становится младшим учеником и должен беспрекословно выполнять распоряжения старших. Слово учителя — закон для всех. Теперь об этикете и правилах поведения в зале.
Колпаков обошел другие секции. У Окладова бегали по кругу, выбивая друг друга мячами, Зимин отрабатывал растяжки. Все правильно, первые занятия — общефизическая подготовка.
Он вернулся к себе, дал новое задание, сам поработал на мешке, сделал замечания тем, кто отвлекся на его удары, подозвал Савчука и сказал, чтобы присматривался к методике тренировки — пригодится. Затем дал упражнения на координацию движений, потом скомандовал расстелить маты и показал способы падения и защиты лежа.
Троица, записанная по просьбе Лены, не справлялась с заданиями, и он снизил им нагрузку. Колпаков отметил, что они в меру сил стараются. Толстяк Хомутов боялся падать, но потом все же преодолел себя и, не сгруппировавшись, гулко шлепнулся животом.
«Как бы не травмировались по протекции», — с досадой подумал Колпаков и посадил их на пятки отдыхать. Остальные ребята смотрели с недоумением, Колпаков разозлился и на Лену, и на себя.
«Выгоню к чертовой матери! Сегодня же! Нет, лучше со следующей недели…»
Он заметил, что дверь в зале приоткрыта, и послал Савчука прогнать любопытных, удивляясь, почему вахтер пропустил посторонних.
После завершающей пробежки Колпаков провел короткий разбор тренировки, дал домашнее задание.
— А вам особое внимание обратить на физическую подготовку. Каждое утро физкультура, бег, холодный душ.
— Ясно, сенсей.
Трое отстающих почтительно склонились в поклоне. Хоть этому выучились!
— А литература по карате у вас есть? — спросил Зверев, самый бойкий и уверенный. — Мы бы занимались дома…
Действительно, снабдить учеников самоучителями было бы неплохо. Но где их взять?
— Пока накачивайте силу, растягивайтесь, а потом посмотрим.
В зал опять кто-то заглянул.