Природа плакала в тот день...
Шрифт:
Том достаточно уверенно ухаживал за ней. Билл наблюдал за парочкой, потягивая красное вино. В таком наряде, причесанная и накрашенная, с широким браслетом на тонкой руке, да еще в пламени свечи сквозь пурпур вина, она выглядела очень хрупко и нежно. Изящно. Красиво. Кстати, Том опять напялил его джинсы и футболку. Будет смешно, если брат сменит гардероб из-за этой девчонки. Будет очень смешно…
— Ну, мы идем? — повернулся Том, отложив вилку.
— А куда вы хотите пойти? — Билл чуть прищурился, разглядывая свой ремень, поддерживающий его джинсы на Томовой заднице. Эти штаны на Билле некрасиво висели, того и гляди, норовили свалиться,
Брат, проследив за его сердитым взглядом, удивленно вскинул брови и усмехнулся:
— К нам. В смысле на нашу дискотеку.
— Вы идите, я попозже приду, — хищно улыбнулся парень.
Том захохотал:
— Хотел же «забыть» твою косметичку.
Билл расплылся в ядовитейшей улыбке:
— Я б тебе забыл.
Луиза шуток близнецов явно не понимала, поэтому просто скромно улыбалась в сторонке.
— Помни о последствиях, — наклонился к нему Том и выдохнул в лицо: — Папарацци только и ждут, когда же ты…
— Пошел ты! — увернулся Билл, хихикая. — Могу я хоть один день за неделю выйти в свет красивым?
— Правильно, надо своим мейк-апом разогнать всю местную нечисть.
— И только попробуй обделать мои штаны.
— Имей ввиду, дискотека заканчивается в два часа ночи, у тебя есть каких-то три с половиной часа, чтобы нарисоваться и уложиться. Постарайся успеть хотя бы к концу.
— Свали, — с улыбкой фыркнул Билл, презрительно глядя на брата. — А ты не помнишь, в какую сумку я ее положил?
Он собирался не очень долго — каких-то полтора часа. Вымыл голову и уложил волосы. Потом очень тщательно наносил тон и красил глаза, расчесывал необыкновенно длинные реснички, чтобы каждый волосок отдельно и никаких комочков. Вообще, Билл не любил ходить без косметики. Ему всегда казалось, что он страшный, уродливый, что все смотрят на его кривые зубы и косые глаза. Почему-то, когда его лицо, расписанное волшебной рукой визажистки, принимало из-за особого дымчатого макияжа вид африканской маски, он чувствовал себя увереннее, красивее. Нет, Билл чувствовал себя всемогущим богом! Но на острове глупо наносить макияж, если ты всегда в воде, а сегодня утром Том чуть ли не на коленях умолил его не подводить глаза перед поездкой, чтобы не испугать Луизу. Билл долго пялился в зеркало на лоснящуюся и чуть припухшую после сна физиономию, и, в конце концов, сдался. Уж больно жалкий вид был у Тома. Сейчас же Билл решил стать звездой вечера. Да, он будет опять сидеть в уголке и потягивать коктейли. Да, скорее всего он напьется от скуки, а потом придет в бунгало и рухнет спать, в очередной раз поворчав на Тома, что тот испортил ему вечер. Но ему обязательно надо быть сегодня красивым. Обязательно! Даже не понятно почему…
Дискотеку проводили на площадке около океана. Точнее, над водой построили стеклянный пол, оборудовали все это подсветкой (из-за чего под ногами сновали разноцветные рыбки), на пляже расставили столы, отгородив их друг от друга живой изгородью из какого-то плюща, а те, кому холодно, могли посидеть в просторном помещении. Том с Луизой заняли столик на улице, заставили его какими-то фруктами и канапе, заказали для Билла его любимые «Голубые Гавайи». Поэтому, когда богический Билл пришел на дискотеку, ему оставалось только занять место на любимом диванчике
— Скучаешь? — подсел к нему детина размером с Биллова телохранителя, оставленного в Европе.
Парень презрительно перекривился и отвернулся, отодвинувшись чуть дальше.
— Какая сладкая девочка, — протянул тот с очень странным акцентом по-английски. Лицо какое-то неотягощенное интеллектом, голова рыжая — то ли ирландец, то ли американец. Волосатая рука скользнула по его коленке вверх по направлению к бедру.
Билл дернулся и сверкнул глазами. Верхняя губы раздраженно дрогнула. Но он быстро взял себя в руки и посмотрел на мужлана коронным взглядом разгневанного божества, а потом, тщательно проговаривая слова, спокойно и отвратительно вежливо произнес:
— Я хотел бы слиться с вами в экстазе, но, увы, воспитатели в детстве привили мне целый комплекс утомительных санитарно-гигиенических представлений, которые и мешают нашей с вами духовной близости.
Мужчина озадаченно склонил голову на бок.
Билл скинул его руку.
— Если вы немедленно не уйдете отсюда, я буду вынужден пригласить охрану.
— Я просто хотел поговорить, — ничуть не смущаясь, положил руку ему за спину дядька. — Мне кажется, что такая куколка, как ты, — прекрасный собеседник. Откуда ты, детка?
— Послушайте, если вам нужен собеседник, то купите себе хомяка. Желательно глухого, — цедил сквозь зубы Билл, отодвигаясь еще дальше. По-хорошему, надо или закатывать скандал, или звать охрану, или позорно бежать.
— Детка строптивая? Цену себе набивает? Хочешь, я куплю тебя, детка, у твоего папочки? — наклонился мужчина к самому его уху, обдав шею неприятным теплом, а нос запахом алкоголя и лука.
Билл, зажатый в угол, молчал, судорожно рыская взглядом по толпе. Куда запропастился этот чертов Том?!
— Ну что же ты молчишь, детка? Не бойся, я тебя не обижу. Я хороший дядя. Хочешь ягодку? — он взял клубнику и поднес ее к губам Билла. Тот взбешенно взмахнул руками, выбивая ягоду, и попытался встать. Вместо этого мужик схватил его за пояс брюк и швырнул обратно. — Сядь, соска. Подождем папочку. Ты что-то хотела сказать, не так ли?
— Я не имею ничего против тухлой крысиной печенки, но не считаю нужным вступать с нею в дискуссию, — зло зашипел Билл, предприняв еще одну безуспешную попытку вырваться. Какого черта Том занял такой уединенный столик?! Его тут сейчас на столе разложат и никто не поможет, никто не увидит! — Руки убери, мудак!
Мужик… Билл так и не понял, то ли его потрогали, то ли ущипнули… Мужик грубо запустил руку ему между ног, второй, которая так и лежала за спиной, ухватил за тонкую шею, вынуждая отчаянно вырывающегося парня сесть обратно.
— Мужчина, — раздался откуда-то абсолютно спокойный голос Тома, — вы так обращаетесь с моим братом, как будто у вас в кармане лежит запасная челюсть.
— Том! — истерично взвыл Билл, пытаясь забраться ногами на диван.
— Так детка приехала сюда с такой же соской? — хмыкнул он. — Сколько ты хочешь за него? — кивок в сторону запыхавшегося Билла, не прекращающего вырываться. — Проси, не стесняйся. Ну? Сколько ты хочешь за эту куклу?