Приручить Генерального
Шрифт:
Обиделась, что ли?!
Так сама же начала… Вот и получила ответ.
Отложила телефон в сторону, выругалась.
Я сказала Сене, что взялась за проект.
Было бы неплохо спросить для начала у самого Дубинина, актуально ли еще его предложение? Или уже другого дизайнера нашел?
Обязательно спрошу. А пока — суп.
Тяжело он мне дался.
Очень. Пока приготовила, семь потов сошло!
Копец, если Рос не оценит, точно вылетит из моей квартиры. Прямиком в руки маменьки...
***
Дубинин
Я разглядывала его во все глаза и даже присела в ногах с плотным листом бумаги и карандашом, чтобы сделать набросок его лица, плавно сместилась ниже, к телу и заметила, как задралась его футболка.
А там черный синяк.
Осторожно задрала футболку повыше. Он весь поколоченный!
Ничего себе! Это что такое?
Охранники так бока намяли Дубинину?
Пришлось позвонить Павлуше.
— Уволь своих припизднутых охранников! — потребовала я. — Они людей калечат!
— С чего бы это? — присвистнул.
— У Дубинина все тело черное. Вот с чего. Какого хера они вообще руки так распускают? Надо было деликатнее скрутить.
— Во-первых, твой мужик сам полез в драку. Во-вторых, я много раз записи смотрел, его толком и не бил никто. Не успели просто. Слишком быстро двигался. По плечам пару раз мазнули. По голове не охрана била.
— Пиздишь ты, Павлуша. Пиздишь, как дышишь. Скинь мне записи с камер, я сама посмотрю!
— Так я не понял, это что за проявление инстинктов у тебя?!
— Никакие это не инстинкты! — парировала я. —
— Заботливая ты моя… Ой, прости, или нельзя говорить теперь в отношении тебя слово “моя” всем, кроме, сама знаешь кого…
— Да пошел ты. Говорю, скинь записи.
— Скину, но я тебе тоже говорю. Дубинину не от моей охраны перепало. И если уж на то пошло, это мои парни напоминают три отбивные. У одного два ребра сломано, у второго нос вмят едва ли не в мозг. Третьему повезло больше всех, только синяки и два передних выбитых зуба.
Если не они, то кто?!
Глава 29
Глава 29
Марфа
Странное дело, конечно, но Павлуша не соврал: по записям было видно, что Дубинину не перепало от охраны столько, чтобы были такие повреждения.
Хотя… Откуда мне знать?
Я в спорте не сильна, но с радостью еще раз десять посмотрела, как Дубинин всех раскидывал.
Вот это мощь, атлет… Ммм… Двигался прекрасно.
Тогда я была напугана. Но сейчас оценила и смаковала, как он атаковал, уходил от ударов! Боец!
Финал мне не нравился. Вызывал чувство страха и одновременного желания найти говнюка, ударившего Ростислава бутылкой по голове, и отмудохать его.
Не подозревала, что во мне столько скрытой агрессии!
***
Пока Дубинин спал, я нашла знакомых врачей, поинтересовалась про сотрясение,
На экране высветилось “АТАС! МАМА!”
Я не знала, что сделать — сбросить вызов, ответить или проигнорировать. Просто стало очень смешно, как большой и взрослый мужчина подписал маму в телефоне и поставил на ее вызов звук сирены.
Хотела вынести телефон, не успела.
Рос проснулся и сел, протерев глаза.
Его мать — стерва неугомонная, пронеслось в голове, даже медведя из спячки достала.
Не буду скрывать, мама Ростислава оставила после себя неприятное впечатление, высокомерная, предвзятая, напористая, если не сказать, нахальная. Обозвала меня, я тоже не осталась в долгу.
Дубинин взял телефон, отправил сообщение, перевел на беззвучный и посмотрел на меня.
— Я должен извиниться. За себя. Мне не стоило так взрываться в клубе. И за маму. Я точно не знаю, что она тебе наговорила, но почему-то уверен, что приятного было мало. Она… кхм… иногда невыносимая. И я ее очень люблю. На расстоянии. На очень большом расстоянии.
У меня снова в горле встал ком, я не ожидала, что первые слова после пробуждения в исполнении Дубинина будут именно такими.
Он попросил прощения.
Я растерялась, не думала, что он еще раз извинится, кивнула.
А что до его мамы, то на таких особ мне плевать. Чопорные, зашоренные, не способные видеть дальше собственного носа.
— Ты голоден?
— Да, давай закажем что-нибудь.
— Я приготовила. Суп.
Хотела, чтобы это прозвучало небрежно, но по интонации вышло как “Только попробуй не съешь!”
Дубинин удивился. Сильно. Но попытался не подать виду. Хотя быстро сдался и заулыбался.
— Я пиздец как польщен, что ты для меня готовила. Ведьмовское пойло я пробовал и выжил. Настал черед попробовать ведьмовскую стряпню…
— Ах ты скотина, я думала, что обойдемся без этих шуточек, — рассердилась, но улыбка твердила обратное.
Пожалуй, так даже лучше, а то неприятно сидеть и чувствовать себя смущенной и зажатой, словно проглотила палку.
***
— Ну что ж, давай свой суп! — попросил Дубинин, сидя с ложкой наготове.
Я открыла кастрюлю и не поверила своим глазам:
— Это что такое?! Куда делся мой суп?
Дубинин подошел, заглянул сверху. Он обнял меня и поцеловал в макушку, а потом громко заржал:
— Суп сбежал, лапша осталась. Накладывай, что есть.
— Клянусь, это был суп! Нормальный… Я не представляю, как он превратился в это…
В кастрюле лежала только лапша с кусочками мяса. Где вода? Где бульон, я спрашиваю?!
— Много лапши добавила. Ерунда. В следующий раз выйдет лучше, — еще раз чмокнул в макушку.