Пришлая
Шрифт:
— Жарко, — пропыхтела я, стягивая с себя тоненькую болоньевую ветровку.
Обеденное майское солнце нещадно палило и вынуждало обливаться потом. Обмахиваясь рукой как веером, я наудачу заметила расположенный неподалеку небольшой продуктовый магазинчик.
Вскочив на ноги, я практически влетела в него и облегченно выдохнула: здесь работал кондиционер.
Висящие на двери колокольчики встретили меня мягким приветливым перезвоном.
— Добрый день! — улыбнулась я грузной кассирше с густо подведенными глазами.
Однако здесь мне рады были,
— Можно мне бутылочку воды без газа, пожалуйста, — выложила я мелочь на прилавок.
— Возьми сама, — не глядя на меня пробубнила женщина и пиликнула пультом от холодильника с соко-водами, сгребая монеты ленивым движением широкой руки с узловатыми некрасивыми пальцами.
Я развернулась и выудила из холодильника небольшую пластиковую бутылку. Тут же открыв ее, я жадно отпила ледяной воды. Горло словно обожгло, и я сморщилась.
— Ох, — еще раз отпила я и снова покривилась, получив очередную порцию колющей боли.
Кассирша недовольно что-то проворчала и не без труда привстала, потягивая руку к панели мини-телевизора. Сделала погромче.
Но отчего-то я не спешила уходить. Мне доставляло невероятное удовольствие досаждать этой неприветливой женщине. Я вновь припала губами к горлышку бутылки и хитро скосилась в сторону телевизора, приготовившись охать и ахать как в последний раз. Но в одночасье вода, словно волшебным образом изменила свою плотность, и встала комом в горле.
Едва справившись с собой и чудом не захлебнувшись, я рванула к стойке за которой сидела кассирша.
— Можно… можно сделать погромче? — выпалила я, уставившись в изображение экрана.
Женщина удивленно взглянула на меня и вновь приподнялась, ткнув пальцем в кнопочку громкости, а я вся обратилась в слух.
На экране приятной наружности девушка вещала сводку полуденных региональных новостей.
«Сегодня вновь была открыта трасса, ведущая к горнолыжной базе. Напомним, что в начале декабря прошлого года в восьмидесяти километрах от базы произошел инцидент, до сих пор не имеющий четкого обоснования.
С места происшествия наш корреспондент Виталий Горемыко. Виталий, как прошло открытие трассы?» — вопросительно уставилась девушка в камеру.
«Да, Екатерина! — щурясь от яркого солнца, ответил ей пару секунд спустя молодой, но уже с высокими залысинами, полноватый мужчина, появившийся на экране. — Дорога вновь открыта, что не может не радовать любителей активного зимнего отдыха. Напомню, что трасса была перекрыта зимой в связи с опасностью выхода на поверхность земли взрывоопасных газов неподалеку от горнолыжной базы, приведших к мощному взрыву и трехбалльному по шкале Рихтера землетрясению».
Речь корреспондента сопровождалась кадрами воздушной съемки полугодовой давности с места очага взрыва. Я глядела во все глаза
«Несмотря на то, что место самого происшествия в радиусе километра все еще оцеплено и тщательно исследуется, ограничение передвижения по основной трассе уже снято. Объездная дорога, наименее комфортная для автолюбителей, предоставленная на время аппаратом местной власти, закрыта. А это означает, что опасность миновала, и повторение подобной ситуации, по мнению экспертов, нам не грозит. Екатерина?»
Теперь уже была очередь Виталия замереть и с серьезным лицом уставиться в камеру в ожидании ответа свое темноволосой коллеги из студии.
«Спасибо Виталий, — на экране вновь появилась Екатерина. — Это был специальный корреспондент нашего телеканала Виталий Горемыко. А теперь к другим новостям…».
— Чего это ты посерела вся? — с тревогой уставилась на меня кассирша.
Я вздрогнула и оторвала взгляд от миниатюрного экранчика, то и дело подергивающийся рябью помех.
— Ничего, — нахмурилась я, нервно теребя в руках крышечку от бутылки воды. — Просто.
— Ваша дача что ли была?
Я с трудом соображала и поэтому выдавила только:
— А?
— Ваша дача, говорю, на воздух взлетела что ли? — с плохо скрываемым интересом повторила кассирша.
Она с вожделением глядела на меня и крутила в руках отвратительное колечко, снятое со своего не менее отвратительного пальца.
— А откуда вы знаете, что там дача была? — приподняла я бровь, стараясь сохранить самообладание всеми силами.
Кассирша деловито фыркнула.
— Так а у меня кум в органах работает! Говорит, что дача там была, только ее взрывом снесло подчистую. Так что? Ваш что ли домишко-то был? — снова спросила она, надеясь услышать из моих уст новые пикантные подробности давнего дела, в свое время так взволновавшего наш городок.
— Нет, не наш, — трясущимися руками вновь приложила я бутылочку с водой к пересохшим губам и отхлебнула. — Знакомых.
В одночасье голова у меня пошла кругом, и я крепко вцепилась в бортик стойки, чтобы не упасть ненароком.
Кассирша же, глядя на меня, расстроенно причмокнула губами и на секунду стала похожа на жабу, которой, вопреки ожиданиям, не удалось отобедать на редкость вкусной, мясной мухой.
— Жалко знакомых твоих, — протянула она. — Это ж надо! На километры вокруг ни одного дома… Не повезло им, однако!
«Да уж, точно. Не повезло…» — еле передвигая отяжелевшими ногами, молча побрела я к выходу, позабыв на прилавке купленную мною бутылку с водой.
Пустота внутри словно разрослась. Я даже биения своего сердца не чувствовала.