Пришлая
Шрифт:
Девушка, поднявшая руку, очевидно, тоже почуяла опасность и тут же опустила ее.
— Какой у вас вопрос, мисс… — смилостивился преподаватель, вновь вернувшись за кафедру и облокотившись на нее.
— Элинор Рамали, профессор. Еще раз прошу прощения, — дрожащим голоском выдавила темноглазая студентка с фамилией Рамали и аккуратными рожками, на которые, словно баранки, были накручены длинные косы. — Но вы не представились нам.
— Действительно, — согласился мужчина, едва улыбнувшись. Габриэль в предвкушении заерзала на месте, я же
«Ривел? — удивленно вытянулась я. — Кажется, Эдана упоминала эту фамилию вскользь, когда они с Велором спорили о превосходстве морока над иллюзиями. Вот это да! Приятно познакомиться, профессор».
Студенты тут же зашуршали тетрадями и принялись усердно записывать. Я тоже, чтобы не быть белой вороной, накалякала на внутренней стороне обложки имя профессора.
— Я надеюсь, мисс Рамали вы осилите расписание и самостоятельно сможете разобраться, какой из предметов в какие дни будет вестись?
Девушка, попунцовев, кивнула.
— Да, профессор. Сегодня руническая магия.
— Замечательно, — склонил голову профессор Ривел. — Разрешите мне продолжить?
Демоница вновь кивнула и, кажется, даже немного сползла с лавки.
— Благодарю. Итак, — вновь направился к доске мужчина. — Испокон веков магами были лишь те, кто был одарен силой. А точнее, возможностью «мочь» и «уметь».
На доске появилась жирненькая стрелка, утыкающиеся в неаккуратно выведенные в столбик «мочь» и «уметь».
— «Мочь» и «уметь» что? — резковато развернулся профессор к аудитории. — Преобразовать свою внутреннюю энергию для преодоления, а точнее, нарушения ряда общепринятых в нашем мире законов природы, — так и не дождавшись от нас ответа, с толикой негодования изрек он и, выведя стрелку от мочь/уметь, записал «Преобразовывать В.Э.»
Стук в дверь вновь оторвал профессора от лекции. Он с недовольством махнул рукой, и дверь тут же бесшумно отворилась.
— Прошу простить за опоздание, — вошел тот самый зеленый паренек, уровень силы которого так поразил всех в первый день отбора. — Разрешите войти?
Я расплылась в улыбке: «Вот уж кому с изумрудным камзолом точно не повезло!»
— Проходите, — едва сдерживая раздражение, отозвался Ривел. — Ваше имя?
— Дион Рейн, профессор, — вежливо отозвался нимфа.
— Не опаздывайте впредь, Дион, — черканул что-то на листах мужчина. — Занимайте свободное место.
Зеленокожий парень с такими же зелеными, как трава, волосами, с которых капельками скатывалась вода, скоро прошел мимо меня и подсел к кому-то за моей спиной. Достал тетрадь.
— Хм… — промычал профессор, задумавшись на мгновение.
Похоже, так часто отвлекаясь, он потерял нить повествования.
— Вот
Похоже, профессор решил оторваться на ней за все доставленные ему за сегодня неудобства и раздражения. Ума подняла голову, испуганно огляделась.
— Да-да, — подбодрил Ривел. — Я обращаюсь именно к вам. Как ваше имя?
Я ликовала. Справедливость все же есть! И похоже, карма на Иппоре мгновенная.
— Ума Валетти, — представилась моя соседка по комнате.
Она сперва сжалась, втянула голову в плечи, а затем, поняв, что ответ ей так или иначе, а все равно держать придется, поднялась на ноги.
— Так можем ли мы с вами поджечь воду, Ума?
— Полагаю, не можем, — негромко проговорила девушка.
— Уверены? — с ехидцей переспросил мужчина. — Готовы обосновать свою точку зрения?
— Д-да, — водя из стороны в сторону глазами, густо подведенными карандашом, изрекла нимфа. — Вода и огонь противоположные стихии. Они взаимоисключают, нейтрализуют друг друга.
Ривел с заинтересованным видом слушал.
— Поэтому вода не горит, — выдала вполне рациональное умозаключение девушка.
Я едва заметно кивнула. По правде говоря, я ответила бы также.
— Но ведь это лишь в природе, — вновь оперся руками о кафедру остроухий профессор. — А я спросил можем ли мы с вами, — мужчина сперва указал на себя, а затем на пытаемую им студентку, — поджечь воду?
Кажется, нимфа окончательно растерялась. Она побледнела еще сильнее.
— Наверное, нет.
— Наверное? — сощурился Ривел.
Тишина в аудитории стояла гробовая. Замогильная.
— О чем я только что рассказывал вам и всей группе? — негромко поинтересовался мужчина, сложив худые руки на груди. И интонация, с которой был задан вопрос, ничего доброго для нимфы не предвещала.
— О том, что маги это те, кто «могут» и «умеют», — спотыкаясь, ответила она.
— «Могут» и «умеют» что? — сделал пару шагов навстречу к Уме профессор Ривел.
«Очевидно, воду поджигать!» — хохотнула я и тут же уткнулась я взглядом в изрисованную цветочками тетрадь, пытаясь скрыть вырвавшийся смешок кашлем. Но мой маневр не удался. Профессор, похоже, смешок мой все же уловил.
— Что именно показалось вам смешным? — внезапно возник прямо передо мной мужчина.
Я подняла голову, враз посерьезнев.
— Ничего, профессор.
Тонкая эльфийская бровь нервно дернулась.
— Рекомендую вам, мисс Валетти, впредь быть внимательнее, — сухо процедил Ривел, к моему облегчению, быстрым шагом возвращаясь к доске. — Мы, маги, нарушаем законы природы. Попрошу группу это записать, — все дружно схватились за ручки. — Поэтому да. Я в отличие от вас в состоянии поджечь воду. И не только.