Пришлая
Шрифт:
На этот раз смеха не было. Студенты лишь испуганно и, с каким-то восторженным ожиданием, уставились на оторопевшего на секунду профессора.
— Вон из аудитории, — выдохнув, словно сдерживаясь из последних сил, выговорил Ривел. — И без разрешения Совета не возвращайтесь!
Дрожащими руками я принялась укладывать свою тетрадь в сумку, но никак не могла попасть в разрез. Слезы застилали глаза и так и просились вырваться наружу, но я держалась изо всех сил.
Комната принялась медленно плыть. Я моргнула, и пелена с глаз вдруг спала. Шеки, и без того пылающие
— Секунду, — рука профессора резковато прижала мою сумку к столу. — Вы использовали повышающее интеллект зелье в последние две недели?
Я помотала головой: «Я вообще о таком не слышала».
— Умудряющие чары?
Вновь отрицательный ответ.
Ладонь профессора и впрямь исчерченная странными шрамообразными символами легла мне на лоб. Ощущения, скажу честно, были весьма странными.
— Хм, — протянул он, отняв ладонь. — Попытка оморочения вашего разума, Пришлая? Вам повезло, что заклинание вышло слишком слабым, чтобы помутить ваш рассудок, — от удивления я чуть рот не открыла. — А вот установленный у вас перелагатель, похоже, сбился. Очевидно, вы уже успели обзавестись «друзьями» в академии, — окинул Ривел насмешливым взглядом аудиторию, словно надеясь, что осмелившийся совершить попытку навести на меня морок вдруг встанет во весь рост и, гордо скалясь, ударит себя кулаком в грудь.
Я тоже оглянулась: «Кто-то пытался меня одурманить, чтобы я сошла с ума? Вот так новость».
Да и немудрено, впрочем-то. Больше половины моих сокурсников определенно точно жаждут моего скорейшего отчисления.
— Поднимитесь на четвертый этаж, — тем временем вновь вернулся за преподавательский стол профессор. — Кабинет 4-37. Скажете, что необходимо переустановить перелагатель.
Я предприняла еще одну попытку засунуть тетрадь в недра сумки.
— Вещи оставьте, — бросил мужчина. — У вашей группы сегодня здесь занятия до обеда. Успеете вернуться. Пропущенный материал перепишете у кого-нибудь из однокашников.
Покорно кивнув, я покинула аудиторию.
— Это точно проделки Габриэль! — зло сжала я кулаки, оказавшись за дверью. — Или «пепельного» рогатика. От кого, если не от них подобной гадости ожидать стоит?
Глава 4. Сюрприз
Кабинет 4-37 я нашла с большим трудом. Мало того что коридоры замка петляли и извивались змеей, так еще и перелагатель и впрямь вздумал барахлить не на шутку. Поэтому вместо цифр на резных дверных табличках то и дело перед глазам возникали какие-то палочки, закорючки и кружки.
Собравшись с духом, и сотню раз перепроверив, та ли это дверь, я постучала.
— Добрый день, — юркнула я в комнату, слабоосвещенную настенными сферическими огоньками. — Это кабинет четыре тридцать семь?
Сидящий за столом лысый мужчина преклонных лет, поднял на меня взгляд. Линзы круглых очков блеснули в магическом свете.
— Да, — кивнул он. — Чем обязан?
Понимала я его с трудом. Оставалось лишь надеяться, что мои ломанные объяснения он поймет с большим успехом.
— Меня отправил профессор
Лысый снял очки, приподнялся из-за стола. Мужчина был невысок, плечи — далеко не косая сажень. Но вот отличительная особенность у него все же была.
Живот. Кругленький, выдающийся живот. Словно под синей широкой мантией у лысого был припрятан арбуз про запас.
— По какому вопросу? — едва разобрав мое невнятное бормотание, решил уточнить мужчина.
— Перелагатель, — пошлепала я по шее, решив не пускаться в долгие, нудные разъяснения.
— А-а-а, — протянул лысый, и глаза его тут же живо заблестели. — Проходите, проходите! — призывно замахал он руками, хватая свободный стул с высокой спинкой.
Я уселась, но мужчина покачал головой, приказав мне развернуться лицом к спинке.
Аккуратно взяв на удивление мягкими, теплыми руками мое лицо, он осторожно оттянул большими пальцами веки. Сокрушенно помычал.
— Упритесь лбом, — скомандовал лысый, похлопав по спинке стула.
Сам же, грузно ступая, отошел и принялся намывать руки в тазу с водой, стоящем на тумбе.
Я с тревогой повела плечами, но сделала, как требовали: уперлась.
Вновь приятно-мягкие, чуть влажные руки коснулись моей шеи. Мужчина негромко спросил что-то, но мой волшебный переводчик похоже окончательно накрылся.
— Что? — зажмурилась я, готовясь испытать ту резкую боль, которая была при первом моем знакомстве с перелагателем.
— Как ваше имя? — переспросил мужчина, продолжая аккуратно обследовать затылочную часть гудящей от боли головы.
— Лиза, — снова зажмурилась я.
— Красивое имя. Расслабьтесь, Лиза, — попросил мужчина. — А я Резарт Туссо, приятно познакомиться. Знаете, так удивительно видеть еще одного человека в стенах академии, — кажется, улыбался за моей спиной Резарт. — Сейчас мы вас починим, не тревожьтесь, дорогая.
«Может, я и впрямь зря так боюсь, — обмякла я, доверившись лысому и вновь оперившись на деревянную спинку стула. — Похоже, больно не будет».
Но Резарт, очевидно, попросту пытался заболтать меня. И больно было. Даже очень. Хотя эффект неожиданности пусть и немного, но все же умерил боль.
— А-ай! — вырвалось протяжное у меня из груди, и я с такой силой впилась пальцами в подлокотники стула, что едва не выломала их.
Господин Туссо проговорил что-то успокаивающее, отходя от меня. По крайней мере, его мягкий неторопливый тембр голоса создавал именно такое впечатление.
Мужчина прошествовал к своему столу и аккуратно уложил извлеченную из моей шеи металлическую бляшку. Выглядела она устрашающе! Будто золотистая медуза с множеством щупалец и отростков, которые прямо на глазах словно истончались и исчезали.
Резарт Туссо достал из кармана своей мантии платок и подал мне. Что-то сказал, но я помотала головой. В тускло-зеленых глазах мужчины вдруг скользнула тень удивления.
Осознав наконец, что без перелагателя я не в состоянии его понять, господин Туссо перешел к жестам. Он пошлепал ладонью по своей шее, пристально глядя мне в глаза, кивнул.