Пришлые
Шрифт:
— Активировать таймер самоуничтожения.
Дождавшись подтверждения, помощник приказал запустить разгонные двигатели. Спустя несколько часов линкор ВКФ Новой Республики под номером два ноля один с обновлённым экипажем на борту совершил переход в неизведанную систему.
Одновременно с отстрелом спасательных капсул на покинутом экипажем линкоре разблокировались все без исключения двери и переборки. Стрелявший в капитана младший лейтенант, о котором в суматохе эвакуации не вспомнили или не захотели вспоминать, выбрался из карцера и направился в машинное отделение. Тот факт, что
Бледное обрюзгшее лицо, словно искусственная маска, не выражало эмоций. Подёрнутые поволокой пустые глаза, не мигая, слепо таращились в пол. Изо рта на китель тонкой струйкой стекала тягучая слюна. Неестественные, дерганые движения создавали впечатление, что телом, словно куклой на нитке, управляет невидимый кукловод.
Преодолев несколько палуб, лейтенант нашёл искомое. Он вскрыл главный терминал машинного отделения и, перемкнув несколько плат, отключил наспех установленное взрывное устройство. После чего лейтенант отправился в шлюз и открыл внешние створы. Спустя сутки линкор обнаружила поисковая группа. Вместе с кораблём к противнику попало множество разносторонней информации, включая навигационные карты ВКФ Новой Республики.
В просторной кают-компании, всегда полной гомона и смеха, повисла тягостная тишина. Изредка кто-нибудь перекидывался парой фраз и вновь умолкал. Наводчики зенитных комплексов, экипированные в костюмы повышенной защиты, каждый по-своему переживали предстоящие события. Настороженные глаза, сосредоточенные бледные лица. Нервные прерывистые движения ещё неделю назад могли стать поводом к весёлой шутке, но сейчас даже самым завзятым острякам было не до смеха. Совсем скоро линейный эсминец, в экипаж которого они входили, совершит межпространственный переход и примет участие в первом в их жизни бое.
Оглядывая соратников, рядовой второй статьи Муртан Кумкони думал о том, что и сам выглядит не лучшим образом. Смуглое, почти чёрное лицо, присущее уроженцам Альтимы, покрылось мелкими бисеринками холодного пота. Худые длинные пальцы теребили подкладку костюма.
Муртан тряхнул головой, стараясь отогнать невесёлые мысли. Утерев рукавом худощавое лицо, он с досадой отметил всё возрастающую дрожь, сотрясающую ладони.
«Это нервы, — внушал себе Муртан, стараясь не обращать внимания на растущее чувство страха. — Всем сейчас тяжело. Всё будет хорошо, надо верить в это, а не забивать голову всякой дурью».
Дверь в кают-компанию отъехала в сторону, на пороге возник лейтенант. Чёрная флотская форма сидела как влитая на его атлетически сложенном теле. Зенитчики вскочили и отсалютовали командиру.
— Сидите, сидите, — махнул он рукой и обвёл взглядом бледные лица. — Что, ребятки, страшно?
— Так точно, господин лейтенант, страшно, — признался сидящий рядом с Муртаном сержант.
— Страшен тот, кому не страшно, — изрёк лейтенант и ободряюще улыбнулся. — А вообще-то страх — это норма, особенно в первое время. Страшно всем, даже нашему адмиралу.
— Ему-то чего бояться, — вновь подал голос сосед, — он на переднем крае гость редкий.
—
В кают-компании послышался нервный жиденький смех, затем вновь наступила тишина.
— Теперь о главном. — Командир ещё раз обвёл взглядом подчинённых. — Нашему эсминцу поручена охрана второго авианосного соединения. В ваши обязанности входит защита авианосцев. Повторяю. Вы должны любой ценой предотвратить атаки истребителей и штурмовиков на авианосцы. На крупные корабли не отвлекайтесь, ими займутся другие, ясно?
— Так точно.
— Вопросы.
— Есть ли известия об ударной группе, посланной к Гарде несколько месяцев назад?
— Вся информация по группе Шестого флота засекречена. Мне известны лишь слухи, а их вы знаете не хуже меня.
— Но вы верите, что группа не погибла около планеты, а просто бесследно исчезла?
Раньше за такую настойчивость рядовой лишился бы увольнения, но сейчас ситуация была другой, и все это понимали.
— Не верю. Я лично считаю, что слухи распускает разведка. Они и в мирное время умудрялись морочить всем головы, а уж сейчас превзошли сами себя. Но даже если слухи верны и группа действительно пропала, нам бояться нечего.
— Почему? — не удержался Муртан и задал волнующий всех вопрос. — Мы слышали, что беспокоиться не о чем, вот только нам никто ничего не объяснил.
— Во-первых, в состав ударной группы, опять же по слухам, входили десять кораблей. Мы идём усиленным флотом общей численностью семьдесят единиц. Во-вторых, наши корабли оснащены установками невидимого поля, противник не увидит нас вплоть до первого залпа. И в-третьих, два часа назад вернулись два линкора, прыгавшие к Гарде. Вернулись в сохранности и, как видите, никуда не пропали. Надеюсь, ответ вас удовлетворил?
Восприняв молчание как положительный ответ, лейтенант добавил:
— Ну, тогда по местам. Работайте спокойно и никого не бойтесь.
Получив кодированное сообщение, пузатые авианосцы и эсминцы, выглядевшие малютками на их фоне, озарили пространство вспышками двигателей.
Авианосные соединения шли во второй атакующей волне. Согласно плану, разработанному штабом ВКФ, соединения играли вторичную роль. Задача была проста. В случае, если противник переживёт удар первой волны и попытается скрыться, авианосцы сбрасывали истребители, создавая второе кольцо окружения.
До сведения капитанов флота, идущего к Гарде, не раз доводилось, что эта победа важна не столько в стратегическом плане, сколько в плане подъёма боевого духа армии и флота. Приказ адмирала был однозначен — стопроцентное уничтожение космической группировки противника с последующим штурмом и возвратом планеты под юрисдикцию Новой Республики.
Как только авианосные соединения вышли из межпространственного перехода, подошедшие на позиции корабли первой волны отключили генераторы скрытного режима. Республиканский флот обрушил на противника лавину огня. Кинжальные залпы с минимального расстояния внесли смятение в ряды неприятеля. В первые же минуты люди уничтожили две трети неприятельского флота. На этом тщательно спланированная операция дала сбой.