Пришлые
Шрифт:
Спокойный голос капитана вывел его из ступора.
Развернувшись, орудийные башни открыли плотный огонь. Пространство окрасилось вспышками двигателей стартующих ракет.
На корпусе ближайшего к линкору корабля заиграли огненные язвы. Спустя несколько секунд громада чужеродного корабля потонула в ярчайшей вспышке взрыва.
— Есть! — восторженно выдохнул лейтенант.
В этот момент линкор как будто наскочил на препятствие. Межпалубная переборка лопнула, в лицо лейтенанта ударило раскалённое пламя.
Пролетев порог мостика, командующий объединёнными флотами первой
Теперь-то было понятно, что, расставив фантомы, противник отошел к близкому скоплению астероидов и ждал, когда люди втянутся в расставленные сети. Только теперь генерал осознал, что именно заставило атаковать невыгодную в стратегическом плане Астроллу. Причиной стало близкое к планете астероидное поле, с помощью которого противник уничтожил четверть республиканского флота.
Генерал обвёл затухающим взором раскуроченный, безжизненный мостик. Сквозь огромную пробоину внутрь безразлично заглядывали холодные звёзды. В их тусклом свете по мостику вперемешку с мусором плавали остывшие тела лучших представителей человеческого рода.
Взрывная волна от угодившего в мостик заряда, ища выхода, вскрыла переборки и ушла в глубь корабля. Выжил ли там кто-нибудь ещё, генерал не знал. Кроме него, на мостике выживших не осталось.
Вторая волна атакующей группировки, состоящая из сотни тяжёлых мониторов, вышла из межпространственного перехода спустя шесть часов после выхода первой. Планирующие операцию штабные головы, нисколько не сомневаясь в её успехе, решили продемонстрировать необстрелянным экипажам мониторов всю мощь республиканского оружия. Мощные планетарные ретрансляторы напрямую транслировали на палубы мониторов кадры бойни, развернувшейся около планеты.
Для поднятия боевого духа все, от самого младшего техника до командующего соединением вместо оваций громкой победе, свирепея, следили за развернувшейся на их глазах бойней. Даже управляющие мониторами офицеры, отрываясь от дел, урывками кидали взгляды на картину полного разгрома.
Сражение подходило к концу. Противник безжалостно добивал уцелевшие республиканские корабли. Люди еще сопротивлялись, но численное превосходство противника не оставило им шансов.
Рядом с планетой геройски билось авиакрыло, успевшее покинуть обречённый авианосец. Триста пятьдесят истребителей, вместо того чтобы прорваться под защиту планетарных комплексов, ринулись в отчаянную атаку на пятёрку кургузых транспортников противника. Демонстрируя чудеса пилотажа, пилоты рвались сквозь плотный заградительный огонь, жаля неприятеля. Истребители гибли звеньями, однако ни один не свернул в сторону.
Освещая пустоту, взметнулись огненные гейзеры, чёрные борта транспортов вспухли язвами. Подоспевшие истребители противника связали республиканские машины боем
Покончив с республиканскими машинами, истребители противника принялись расстреливать капсулы катапультировавшихся пилотов. По палубам мониторов прокатился злой рокот.
— Пост слежения, что у вас?
— Ничего. Извините, господин полковник, — опомнившись, отчеканил дежурный. — Две единицы, включая монитор адмирала Двински, не вышли из межпространственного перехода.
— Как старший по званию принимаю командование соединением. — Поджарый пятидесятилетний мужчина с нашивками полковника флота прошёлся по мостику. — Займите место лидера.
Огромный боевой корабль с лёгкостью выполнил манёвр.
— Составьте подробный отчёт, при отключении скрытого поля немедленно отправьте в штаб ВКФ.
— Слушаюсь.
— Сколько?
— До выхода на дистанцию залпа девяносто минут.
Подчинённые понимали командира с полуслова. Полковник же в очередной раз ругал себя за то, что поддался, казалось, железным доводам адмирала. В результате соединение оказалось слишком далеко от планеты и было не в состоянии быстро помочь попавшим в беду соплеменникам.
— Отмечен выход восьми крупных объектов, — прервал пост слежения невесёлые размышления полковника.
Облокотившись на консоль, тот впился глазами в экран. О подобном типе кораблей он знал из предыдущих сводок с Астроллы, но столкнуться с ними пришлось впервые.
Огромные дискообразные махины, выйдя из межпространственного перехода с грацией обожравшихся удавов, гасили скорость. Подойдя к Астролле и держась на высоте, недоступной для планетарных комплексов ПКО, четырёхкилометровые диски разошлись над планетой. Над Астроллой, обращенной дневной стороной к крадущемуся соединению мониторов, появились восемь чёрных точек.
Спустя час с момента появления дисков население планеты, казалось бы, готовое ко всему, в дикой панике хлынуло на улицы. Сотни тысяч человек бежали из собственных домов. Кто на транспорте, кто на подручных средствах, а основная масса пешком, таща детей и стариков, стремительно покидала города. На улицах стоял дикий гвалт, слышалась даже ругань, о которой здесь давно позабыли. Люди, подминая упавших, безумной толпой бежали от смерти.
Хиша Гурдберг прожил длинную и счастливую жизнь. Он и в страшном сне не мог представить, что в ее конце станет свидетелем вселенского позора. Глядя на безумную толпу из окна родного дома, он, временами отрываясь от плачевного зрелища, просматривал сводки новостей.
— Вот так, Армина, — обращался он к висящему на стене старомодному портрету. — Шесть городов за двадцать минут.
На лбу старика вздулись жилы, слабые кулаки яростно сжались.
— Всю жизнь нам рассказывали о силе нашего флота. И где он, этот флот? — выкрикнул старик в пустоту. — Пришли варвары, и нет его.
Слезящиеся старческие глаза вновь обратились к портрету, голос наполнился нежностью.
— Я очень страдал, когда ты меня оставила, а сейчас даже рад, что ты не видишь позора. — Старик сокрушённо вздохнул. — Семь миллионов за двадцать минут. Как же так?