Пришлый. Книга 1
Шрифт:
– Часового надо снять и снять надо его тихо. Мы же не знаем, какие у них условные сигналы, – начал очередной урок Нурп, – Действуем так: ты по кругу обходишь гнездо со стороны лагеря – оттуда он нападения ждать не должен, а я его в это время отвлеку тут. Как услышишь треск, вали гада. Понял?
– Понять то я понял, только где сторона лагеря? Я в лесу вообще не ориентируюсь, – потупился я.
– Вон к тому дереву по кругу отползешь, а от него к «гнезду», – со вздохом произнес мастер. – Начинаем считать. На счет двести ты должен быть готовым к броску.
Ползти по грязи было делом противным и очень выматывающим,
До двухсот я досчитать не успел. На счете сто девяносто два раздался громкий треск со стороны, откуда мы пришли. Не теряя времени, бросился к дереву с часовым, арбалет пришлось бросить, чтоб освободить руки. В момент, когда раздался треск, до него было еще метров десять. Моему прыжку позавидовал бы сам Бубка – я допрыгнул до третьей ветки сразу. Выход силой и еще один прыжок – зацепился за бревна «гнезда». Еще один выход и я стою перед, удивленно вытаращившим глаза, часовым.
Прежде чем он успел очухаться, бью ему ножом в живот и затыкаю рот свободной рукой. Вместе с ним валимся на бревенчатый настил «гнезда». Человек подо мной пытается что-то мычать, а может кричать от боли, но я держу крепко, нож по-прежнему воткнут ему в живот.
– Где второй секрет? – спрашиваю я, уставившись ему в глаза своим фирменным алым взором и повернув нож, чтоб вопрос звучал убедительней.
Раненый, от страха и боли готовый на все, протянул руку, указав направление. Мне больше и не надо. Не стал дальше мучить бедолагу – второй удар был в сердце.
Осматривать и обыскивать труп времени не было. Когда придет смена неизвестно, поэтому действовать надо как можно быстрее. Спустился одним элегантным прыжком – высота в пять метров для меня теперь была ничтожной.
– Ну, ты прямо акробат, – проговорил, подошедший мастер.
– Отож. Второй «секрет» вот там, – указал рукой, – я пойду, разведаю его точное место расположения – действуем по тому же плану.
– Надеюсь, этот секрет достаточно далеко, чтоб услышать здешний шум, – проговорил мастер, приглаживая свои усы.
Мне пришлось проползти метров пятьсот по грязи, прежде чем услышал пульс человека. Определив его место положения, отполз к мастеру, который двигался метров в пятидесяти за мной.
На этот раз мы сговорились с какой скоростью будем считать, поэтому во время треска я был под самым деревом с «гнездом». Положив арбалет, совершил свой прыжок, но на этот раз он вышел не так удачно. Я немного не долетел до нужной ветки, и мне удалось ухватиться за нее только пальцами. Ветка была сырая, и провисел я на ней буквально пару мгновений, затем пальцы соскользнули, и я, ломая нижние ветки, полетел спиной вниз.
Удар спиной о землю выбил дух, и на пару секунд я потерялся. Когда пришел в себя увидел лучника, высунувшегося из гнезда. Лук его уже разгибался после выстрела. Стрела сорвалась со своего места, направляясь мне прямиков в грудь.
Резкий поворот в сторону и мне удалось избежать встречи с оперенной вестницей смерти. Правой рукой нащупал, оставленный перед прыжком арбалет, произвел кувырок назад через
Лучник уже наложил следующую стрелу для выстрела, но тут он выпустил сове оружие и, схватившись обеими руками за горло, вывалился из «гнезда». Выглянув из-за дерева, увидел Нурпа, выходящего из ближайших кустов.
– Едрить тебя в дышло, Пришлый, когда ты только из арбалета стрелять научишься? – завел свою песню мастер.
– Ладно, не заводись, мой косяк.
– Какой еще косяк? Ты че буровишь? – вытаращил на меня глаза де Горс.
– Моя ошибка, говорю, исправлюсь.
– Смотри, чтоб на тот свет не загремел, прежде чем исправишься, – буркнул Нурп, – тебе повезло, что у него лук был не натянут, а то бы нашпиговал тебя стрелами пока ты в себя приходил.
– А чего он не натянут был?
– Ох, Пришлый, учишь тебя, учишь. Да в такую погоду тетива мигом отсыреет и от лука толку не будет никакого. Да даже и в сухую погоду лук натянутым никто постоянно не держит – чем дольше лук в натянутом положении, тем больше он теряет в убойной силе. Это у тебя арбалет из особой стали. Сталь особая – древние мастера делали, она своих первоначальных свойств не потеряет, и поэтому арбалет тебе можно взведенным носить. А дерево, оно что? Если постоянно согнутым его держать, оно скоро и разгибаться не будет. Все, хорош болтать, надо двигаться к лагерю.
К лагерю мы вышли через полчаса осторожного хода и залегли в пятидесяти метрах от него для наблюдения. Периодически меняли точки, чтоб изучить лагерь полностью. Как говорит мастер: «Никогда не недооценивай своего противника» и «Разведка еще никому не мешала». Лагерь состоял из четырех больших шатров и костерка посередине. Костер был разожжен под навесом, который защищал от дождя сидящих возле него сторожей. После тщательного осмотра со всех сторон, можно было сделать вывод: в лагере имеется пятнадцать живых человек, во всяком случае, столько я услышал. В одном шатре пятеро, в одном двое и в остальных по трое. По всей видимости, лагерь погружен в сон. Двое часовых грелись около огня и о чем-то между собой переговаривались.
– Поразительная беспечность, – пробормотал мне на ухо Нурп, – бери их тепленькими.
– А что ты хотел? Нас ждут только завтра, а больше им некого опасаться.
– Все равно не нравится мне все это.
– Обычный лагерь, что тебе не нравится? Снимаем часовых и режем всех к чертовой бабушке.
– План такой: я подползаю к парочке часовых на минимально возможное расстояние, чтоб остаться не замеченным. Затем одним выстрелом снимаю обоих – брони у них нет, если стрелять по одной линии, должно получиться. Потом режем остальных: ты в правый шатер, я в левый. Потом режу людей в шатре, где пятеро, ты караулишь шатер с атаманом, думаю, где двое – это он и есть. Ну и заваливаемся к атаману и с пристрастием спрашиваем его о том кто ему на нас донес.