Prison
Шрифт:
Сказав это, она неожиданно поцеловала меня в нос и, подскакивая на ходу, убежала в толпу…
Надо поторопиться.
***
Хеймдалль без труда и почти без вопросов перенес меня в Хельхейм. Мне не раз приходилось обводить стража вокруг пальца, но в этот раз даже к магии не надо было прибегать, как в предыдущем случае с изменением внешности. Было понятно, что я обеспокоен тем, как вернуть смертную из мира моей дочери.
Хельхейм встретил меня своим привычным густым туманом, но на этот раз не в сером полудне. Вокруг царила мертвая тишина ночи. И белая пелена спускалась к подножиям сухих ветвистых деревьев, выделяясь на фоне
Дочь не заставила себя долго ждать. Она вышла из сумрака плавной походкой. На этот раз на ней было надето более откровенное и не менее прозрачное зеленое платье, чем в прошлый раз. Для меня старается. Что ж, я оценил.
— Ты, как всегда, прекрасна! — я приветливо улыбнулся.
— Ты, как всегда, льстишь, — улыбнулась она в ответ. А затем остановилась в паре метров от меня. — Не поцелуешь дочку?
— Не сегодня.
— Как всегда. Не люблю, когда меня разочаровывают.
— А я не люблю, когда у меня уловкой пытаются отобрать жизнь. Хотя, помнится, когда ты была маленькой, ты не скупилась на искренние дочерние поцелуи.
— Это было давно, к чему вспоминать эти лохматые времена? — Хель закатила глаза, обнажив в полной мере на своей мертвой половине лица пустую глазницу.
— Ты знаешь, зачем я пришел, Хель, — я решил сразу приступить к делу.
— Догадываюсь, — она скрестила руки на груди. — Хочешь забрать душонку своей игрушки? Знаешь, ты поступил нечестно, прислав к ней одну из обитателей Вольгаллы! Я ведь могу и обидеться.
— Видишь ли, я слишком хорошо тебя знаю. Смертная нужна мне в здравом рассудке.
— Едва ли все ваши рассудки можно назвать здравыми! — неожиданно вскричала она. Ее страшно злит мое отношение к девчонке. Но, судя по тому, как она держалась до этого, пару тузов в рукаве дочурка все-таки припрятала. Что же это будет?
— Я заберу тебя вместо нее, — властно сказала Хель.
— Идет, — без колебаний ответил я. На моем лице не отражалось никаких эмоций. Я ожидал такого предложения, поэтому и ответил согласием. Ведь, в этом случае я действительно лишусь жизни, но останусь в двойном выигрыше.
— Проклятый Йотун! Ты должен был отказаться! Нет, фокус с самопожертвованием и благородной смертью не пройдет! В Вальгаллу ты не отправишься, плут!
С одной стороны, я обрадовался. Значит, жизнь пока остается при мне.
— Брата ты убьешь, он ведь тебе не родной… отца тоже… мать и так мертва, — Хель принялась размышлять вслух. Она стала покусывать указательный пальчик левой руки, шагая из стороны в сторону и глядя в беззвездное небо. Неожиданно в том месте, куда она устремила взгляд, образовалась расплывчатая картинка. Тули. Она сосредоточенно закрыла свои глаза. Я не мог не заметить, как она была прекрасна, будучи даже тенью в царстве мертвых. Медные волосы, немного растрепанные, мягкими волнами спускались по ее плечам, между бровями пролегла едва заметная складка, которая появлялась, только если она сильно хмурится. А пухлые губы сейчас были плотно сомкнуты… Через мгновение, она растаяла и появилась в воздухе снова, только на пару метров левее. Учится управлять камнем. Не теряет времени зря.
— Что же мне попросить за нее? — картинка в воздухе исчезла так же внезапно, как и появилась. Хель смотрела на меня, широко и хитро улыбаясь. Похоже, сам того не желая, я полностью обнажил свою слабость к смертной.
— Она редкий экземпляр, раз такие
— Ритуальных сжиганий жен и слуг вместе с мертвым вассалом больше не совершают, — парировал я. — Я думал, ты понимаешь, почему подобные подарки в прошлом.
— Да, мне всегда нравилось, как ты нашептывал этим глупцам, что они должны уйти вместе со своим хозяином! — глаза Хель загорелись азартом. — Как же ты меня баловал! — она задумалась на пару секунд. — Но вот, что я тебе скажу, папочка. Если тебе дорога жизнь твоей ненаглядной смертной и ты так жаждешь, чтобы я вернула ее, то взамен ты отдашь мне четыреста двенадцать душ. Это мое последнее слово.
Редкий случай, когда у меня не нашлось ответа на ее слова. Убить четыре сотни человек не проблема ни для меня, ни для моей совести. Загвоздка заключалась лишь в одном. Хель идеально все продумала. Я снова стану преступником для Асгарда. Естественно, если там узнают, что убийства на моих руках. Ведомая злостью от того, что мне пришлось сделать с ее матерью, которую я никогда не любил, она понимает, что Тули не простит мне этой жертвы. А лгать ей я не стану.
Я посмотрел дочери прямо в лицо и, улыбнувшись, тихо произнес:
— Будет тебе четыреста двенадцать душ…
Комментарий к Глава 23. Цена.
Дорогие читатели, оставляйте свои отзывы, они - мое вдохновение!))
========== Глава 24. Жертва. Иггдрасиль. ==========
От каждого нашего действия зависит равновесие сущего. (с)
Не думать…
Дни сменялись ночами, на мой взгляд, немного неравномерно, поэтому я окончательно потерялась во времени. Сколько я уже здесь? Мне кажется — вечность. Не будь моей сестренки рядом, я бы окончательно сошла с ума. Она заставляла меня постигать тайны камня без перерыва на отдых. Мы прерывались разве что для смены локации.
— Следующий шаг будет трудным, — твердо говорила Нурава. После того разговора с Хель, я узнала свою сестру с другой стороны, а именно, как взрослую мудрую женщину, которой известно чуть больше, чем может быть известно смертным. — Нам потребуются твои воспоминания.
— Мне это уже не нравится, — пробурчала я в ответ.
— Думаю, что скоро не понравится еще больше. Но это самый верный и быстрый путь к…
— Мы никуда не торопимся, — со злостью процедила я.
— Прекрати, — Нураву страшно раздражало мое упрямство. — Ты столько раз заблуждалась при жизни и сейчас, после смерти, ты продолжаешь заниматься тем же!
— Не хочу слушать твои нравоучения. Говори, какое воспоминание требуется.
Нурава не стала в очередной раз пытаться меня успокоить. Надо заняться делом. Не думать. Делать, делать, делать…
— Площадь монастыря. Пристав швырнул тебя под ноги толпе…
POV Локи
Один всегда напоминал мне о том, что мы тоже смертные. Говорил, что мы не Боги. Что тысячелетия, которые нам дарованы, не отличают нас от людей. Но я-то знаю, в чем истина. Старый глупец.
Боги отличаются от людей тем, что за долгие годы существования они научились не поддаваться своим слабостям. Не всем, признаю. Даже у меня, как показала практика, есть слабости, но мы не становимся слабы духом. Нас не сломить. И в такой, казалось бы, безвыходной ситуации, как моя, я не стану отчаиваться и рвать на себе волосы, как поступил бы типичный «муравей» Мидгарда. Нет.