Присутствие
Шрифт:
Все, казалось бы, было в порядке, пока они не подошли сбоку и Роб не указал на стойку, освещенную тускло-голубым светом вывески. На стойке в беспорядке валялись какие-то бумаги.
– Кен никогда не бросает чего-то несделанного, – сказал Роб. – Вот почему он такой прекрасный подводник. Он ненавидит, когда вещи не на своем месте. – Дойдя до задней двери, он наклонился и сунул руку под большую железную бочку, которая стояла не на земле, а на четырех деревянных подпорках.
– Что ты там ищешь?
– То же, что в ту ночь искал Майкл с друзьями. Ключ. – Он нашел его сразу, в
Ослепленный вспыхнувшим светом, он не сразу понял, на что смотрит. Но скоро его взгляд сфокусировался на красной луже, разлившейся вокруг головы Кена Рихтера, и к горлу подкатила тошнота.
– О, Боже, – прошептал он, борясь с судорогой, схватившей горло.
– Что? – переспросила из-за его спины Катарина. – Что ты сказал?..
Слова замерли у нее на губах, когда она увидела, что лежит на полу. На мгновение, показавшееся вечностью, они застыли перед этой страшной картиной. Катарина машинально взяла Роба за руку.
– Это он? Это Кен Рихтер?
Роб попробовал заговорить и не смог. Он сделал движение, чтобы подойти к другу.
– Нет, – удержала Катарина. – Не трогай его. Ничего не трогай здесь, Роб. Надо вызвать полицию.
Время шло, а Роб молчал и не шевелился. Катарина засомневалась, слышал ли он ее, и только собралась было повторить, как Роб наконец обрел дар речи.
– Иди в машину и позвони по сотовому. Потом возвращайся сюда.
– Сюда? Мы можем подождать полицию там.
Роб покачал головой.
– Как только полиция явится, нам не дадут ничего увидеть. Все здесь огородят, но первым делом захотят выяснить, как мы здесь оказались.
– Разве мы не можем им рассказать?
Роб с трудом оторвал глаза от обезображенного тела. Взяв Катарину за плечи, посмотрел ей прямо в глаза.
– Что ты собираешься им рассказать, Кэт? Правду? Ты что, в самом деле думаешь, что мы сможем унести отсюда ноги, если заявим, что Такео Йошихара имеет отношение к случившемуся? Поверь мне, никто не обрадуется, если мы предъявим обвинение в убийстве одному из самых могущественных людей на Мауи. И как только мы сделаем что-то подобное, Йошихара тут же об этом узнает! Если он в каких-то своих целях приказал убить Кена Рихтера, ты думаешь, пощадит он меня, тебя или Майкла? Майкла не станет уже через час, и могу спорить, мы с тобой еще до утра погибнем в аварии. Единственное, что мы можем – это изображать, что ничего не понимаем, и тем временем выведать все, что только возможно. И нельзя терять время на разговоры с полицией. Одна оплошность – и все кончено. У Майкла не будет и шанса.
В теплый гавайский вечер Катарину бил озноб. В том, что говорил Роб, было много правды.
Вернувшись к машине, она набрала по сотовому 911 и торопливо рассказала, в чем дело. Запнулась, когда оператор спросил ее имя, и, дрожа всем телом, прервала связь.
Все ее мысли были о Майкле – вернуться назад в поместье, выкрасть сына, уехать.
Но она знала, что охрана ей ни за что это не позволит. Даже если б она сумела забрать Майкла, что толку? Он умрет
На миг ею овладела беспомощность, но мысль о Майкле в его плексигласовой тюрьме преобразила отчаяние и страх в холодное бешенство.
Майкл еще не умер. Йошихара пока не догадывается, как много она уже знает.
И впереди еще целая ночь.
Она перестала трястись, страшный холод ослабил хватку. Не выпуская телефона из рук, она пошла назад к магазину. На этот раз при виде изувеченного тела Рихтера она испытала не ужас.
Ярость.
– Что-нибудь нашел? – спросила она Роба.
– Да, в общем-то, ничего особенного, – признался он. Пока ее не было, он осмотрел подсобку, ни к чему не прикасаясь и не выходя в торговый зал. – Здесь только снаряжение для подводного плавания, которое он давал напрокат.
– Что это? – спросила Катарина, указывая на большую белую доску на стене, расчерченную графами и испещренную именами.
– Расписание погружений. – Роб впервые посмотрел на доску внимательно. – Он всегда держал... – Глаза его расширились, он подошел к доске, потянулся к ней, но отдернул руку, не прикоснувшись. – О, Боже! Вот оно! Посмотри!
– На что? – Катарина подошла тоже.
– На доску! – Роб показывал на клеточку графика. – Посмотри! – повторил он. – У него было VIP-погружение на другой день после того, как наши мальчики ныряли ночью.
– VIP? Особо важные персоны? – нахмурилась Катарина. – Кто это? Звезды экрана?
Роб помотал головой.
– Это специальный код Кена. Время от времени ему звонили из офиса Такео Йошихары и просили устроить подводную экскурсию для отпрысков каких-нибудь деловых партнеров.
– Я все-таки не понимаю...
– Йошихара не только оплачивал организацию. Он присылал и специальное оборудование. Ласты, маски, регуляторы, все прочее.
– Включая кислородные аппараты, – внезапно поняв, прошептала Катарина.
Роб кивнул.
– Если мальчишки взяли те баллоны, что были приготовлены для утреннего погружения... – начал Роб, но Катарина уже не слушала.
Выхватив из сумки блокнот и ручку, она быстро переписала имена тех пяти ребят, что должны были участвовать в погружении, помеченном Кеном Рихтером знаком VIР.
Четверо из них благодаря Майклу и его компании, несомненно, избегли судьбы, запланированной для них Йошихарой.
Пятый, наверно, уже мертв.
Она только успела сунуть блокнот назад в сумку, когда тишину ночи прервал вой полицейской сирены.
Глава 30
– Что, если он не сможет? – спросила Катарина. Они ехали по Липоа-стрит к Компьютерному центру. С тех пор, как пятнадцать минут назад они покинули магазин Кихей-Кена, Роб сделал два звонка по сотовому телефону. У Ника Грико никто не отвечал, но Эл Калама взял трубку. Охваченный страшным подозрением, Роб завернул к многоквартирному дому, где жил Ник. Три полицейские машины у подъезда доказывали, что подозрения были оправданы.
– Не думаю, что у нас есть выбор, – мрачно сказал Роб. – Ты больше не можешь оставить Майкла у Йошихары, а нам с Филом одним со взломом не справиться. Нужен эксперт.