Приват

Мун Алекса

— Какая еще неустойка? — хватаюсь за бортики, боясь снова оказаться под водой.

— Ну, ты же не удосужилась прочитать свой контракт. У тебя осталось два дня чтобы вернуться на работу или в свои права вступит пункт «три один-один».

Приближаюсь к нему очень близко, насколько это мне позволяет бортик ванной:

— Я повторюсь: гори в аду! — цежу сквозь зубы.

У меня проблемы посерьёзней, чем какой-то пункт «три один-один».

— Позволь я предположу. Твой бывший пожаловался мамочке, что его побили? Так пусть благодарит, что

ушёл на своих двух.

— Так это ты виноват в том, что мою дочь забрали?

Ярость вмиг наполняет меня и почему-то, я себе вбиваю в голову, что если бы Мир не тронул Диму, то ничего подобного не случилось. Но следующие слова, слетевшие с его уст, наповал убивают меня:

— Его мамаша, была настроена решительно. Рано или поздно она бы сделала это, я просто шепнул, куда нужно обратиться в первую очередь.

— Ах ты мерзкий подонок! — срываюсь на крик и пытаюсь оттолкнуть его. — Ты хоть понимаешь, что ты натворил?

Мирослав поднимается и переступает высокий бортик. Не боясь намочить одежду, залазит в ванную. Склоняясь, хватает за волосы, поднимая меня. Немыслимая боль простреливает голову, и я хватаюсь за его руку, чтобы хоть как-то уменьшить давление.

— Конечно, понимаю, — произносит иронично. — Я лишил тебя единственной преграды, что могла образоваться между нами.

А дальше он произносит самые страшные в мире слова. Я уже совершенно не понимаю, кто предо мной стоит. Какой монстр в человеческом обличии может так виртуозно жонглировать человеческими жизнями?

— Когда ты мне надоешь, получишь свою дочь обратно!

— Ты слышишь себя? — еле шевелю губами не веря в услышанное.

— Более того, я даю полный отчёт своим действиям. Тебе крупно не повезло, зайдя тогда в мой кабинет!

Злость, гнев и ещё множество эмоций бурлят во мне, хочется вцепиться в его высокомерную наглую морду и расцарапать до крови.

Да как он смеет мне вообще такое говорить? Какого черта он притащил меня сюда, будто я его игрушка и он может со мной вытворять все, что ему вздумается. Да, я не спорю, он горячий мужчина но, черт возьми! Он не имеет права так просто распоряжаться чужими жизнями.

Это я должна жалеть о том, что зашла в его кабинет? Нет уж, это он пожалеет, что перешёл дорогу мне.

— Ты не всемогущий Господь Бог! — цежу сквозь зубы. Честное слово, хочется плюнуть ему в лицо.

На какой-то ничтожный момент я почувствовала себя настолько отвратительно грязной, из-за того что поддалась этой мимолетной слабости. Раз в жизни я позволила сделать то, что хочу Я и вот как судьба отплатила мне.

Меня сглазили что ли? Почему я всегда выбираю не тех мужчин?

Чужая рука скользит вдоль шеи, проводит тыльной стороной по ключице. Я шарахаюсь от него, как от высоковольтного провода. Между нами искрит, это видно невооруженным взглядом и я всей душой искренне хочу, чтобы его прибило.

— Я не всемогущий, но я могу вернуть тебе дочь.

— Серьезно? — отступаю назад и упираюсь в полукруглый бортик. Истерика медленно, но уверенно

поражает нервную систему. Миллиарды нервных клеток сейчас взорвутся. — Ты забрал моего ребенка, а теперь говоришь, что можешь вернуть его мне?

— Немного порезвимся, и получишь обратно свою дочь. — Мирослав переступает бортик, расплёскивая воду.

— Это блин не вещь, с которой можно отобрать поиграться, а потом снова вернуть. Это живой человек! — вот тут я окончательно взрываюсь. Слёзы щиплют глаза, меня начинает дико трусить. — Мой живой человек! Ты понимаешь, сколько всего ужасного может произойти пока она там? Да она нафиг никому нужна кроме меня!

— Хватит попусту орать! — спокойно. Какое-то ложное спокойствие сквозит в его голосе.

— Ты меня не слышишь?

— Это ты меня не слышишь! — мужчина резко меняется в лице и быстрым шагом приближается ко мне. — Ты будешь рядом, пока мне это не надоест. Потом, ты вернёшься в свою никчемную жизнь обратно.

— Это твоя жизнь — никчемная! — кричу на него и шиплю от боли, когда его рука вновь цепляет мои волосы, собирая их в кулак. Запрокинув мою голову, долго всматривается в глаза.

— Почему у тебя голубые глаза?

Нелепый вопрос сбивает с толку, я не сразу нахожу что ответить.

— Были же зелёные. — Продолжает он.

Неужели он запомнил цвет моих глаз?

— Это линзы! Образ. — От неудобного положения затекает шея. Пытаюсь выкрутиться, но рука сжимает волосы ещё сильнее.

— Никаких больше линз!

Хочется брызнуть ядом и пошутить на счет возможного силикона в моей груди. Как он на это отреагирует? Скажет вырезать? Но я так и не решаюсь, а он больше не проронил ни слова. Выволок меня из ванной и под строгий взгляд овчарки впихнул в руки охраннику, или кем он ему тут приходится. Тот понял без слов и проводил меня к машине.

Мягкая обивка сиденья вмиг впитала влагу одежды и где-то к середине пути меня начало дико трясти. Единственное, что сделал мой водитель — включил обогрев и направил на меня тёплый воздух.

У входной двери в квартиру меня ждал человек Мира. Парень отдал ключи и оставил одну. Здесь и вправду было все убрано.

Первым делом я нашла свои телефон и набрала номер Макса. Уже через двадцать минут его сонная туша подпирала косяк входной двери:

— Я, конечно, все понимаю и люблю тебя, ну не в четыре же утра, Пантера? — стонет бедолага.

— Макс, ты можешь сегодня переночевать у меня?

Не понимаю, зачем мне это? Но, наличие двухметрового бывшего боксера, внушает уверенность.

— С тобой все в порядке? — окидывает встревоженным взглядом.

— Завтра. — Разворачиваюсь, направляясь в ванную.

Закрываю на замок дверь и включаю горячую воду. Скидываю халат и погружаю одну ногу, затем вторую. Вода обжигает ступни, но это сейчас пройдёт. Тело очень долго было в холоде.

Окунаюсь, полностью погружаясь с головой. Хочу утонуть, но понимание, что я не имею на это право, заставляет вынырнуть обратно.