Приватир
Шрифт:
Не успели мы ещё толком подступиться к еде, как из зала послышались какие-то странные звуки, сменившиеся буквально гробовой тишиной. Ладно бы грохот, крики, пальба, тогда понятно как следовало бы реагировать. Но ничего этого нет, а чувство опасности взвыло боевой сиреной.
Со мной сыграла злую шутку уверенность в том, за дверью находятся трое бойцов, заряженные амулетами по самую маковку. Таких и взвод солдат при картечнице не вдруг сковырнёт. Во всяком случае, без серьёзного шума точно не обойдётся. Ничем иным я свою медлительность объяснить не могу.
В момент когда распахнулась дверь,
Купец уронил голову на стол. Фёдор, поднявшийся было на ноги и вскинувший руку с двуствольным обрезом, упал как подрубленный, с грохотом опрокинув стул. Настя ощутила плотный поток Силы, и резко поднялась со своего места, вперив взгляд в незнакомца, в драповом пальто, с бобровым воротником, и такой же шапке на голове. Очки блюдечки, но никаких сомнений, что они лишь для солидности, как и усы с бородкой клинышком, без капли проседи.
Свалить одарённого резким выбросом Силы используя «Рассеиватель» не получится. Для этого нужны плетения посерьёзней. И разумеется, будь у него желание пригвоздить её, он управился бы с этим и глазом не моргнув. На вид вполне себе обычный мужчина среднего возраста и привлекательной наружности. Но она ощущает мощь, заключённую за не особо примечательным фасадом.
Однако, в планы незнакомца явно не входит применять в отношении неё насилие. Он желает подружиться с ней, сделать так, чтобы она сама выбрала его. Потому что впоследствии придётся ей довериться настолько, что она будет способна нанести ему вред. А иначе какой смысл в ученике. Передача своих знаний? Бред. Тут подход сугубо прагматичный.
Впрочем, несмотря на уверенность в этом, в глаза ему она не смотрела. Ей пока не под силу подчинить чужую волю. Для достижения подобных высот потребуется ещё несколько лет. Может меньше, учитывая её медитации в потоке Силы. Брилёв же сделает это походя, стоит только ему поймать её взгляд, и она сделает всё, что он пожелает. Конечно даже ему не добиться того, чтобы одарённая позабыла, что именно происходило с ней под давлением чужой воли, но увести её получится. Однако, пока она уверена в том, что с ней захотят договориться полюбовно. Хотя и отводит взгляд.
— Здравствуйте, Анастасия Ильинична, — прикоснувшись к шапке, поздоровался незнакомец. — Позвольте представиться, Брилёв Никифор Авдеевич.
— Чем обязана? — опускаясь на стул, спросила она, уже взяв себя в руки.
— Я хотел предложить вам свою дружбу и взаимовыгодное сотрудничество. Вы ведь уже знаете какому роду я служу.
— Великокняжеский род Демидовых.
— Совершенно верно. А значит понимаете и то, что я имею прямой доступ к источнику. Вы когда-нибудь прикасались к нему?
— Учитель возил меня в Оренбург, и будучи неподалёку от кремлёвской стены я имела возможность прикоснуться к потоку, в краткий миг открытия двери купола.
Ей приходилось быть осторожной, дабы не выдать себя. Одарённым не нужен «Лжекамень», они и без костылей определят ложь. Разумеется могут и сами обманывать, как амулеты, так и
— Вы даже не представляете, что ощущает одарённый прикоснувшись непосредственно к потоку, — с самым приветливым видом, продолжил Брилёв. — Уверен, что Василий Ильич мечтал об этом всю свою жизнь, и согласился поддержать князя Туровского в надежде подступиться к источнику. Вы же получите таковую возможность без каких-либо усилий. Уже через несколько часов, я введу вас в зал, и вы убедитесь в том, что оно того стоило. Наконец, это ведь к взаимной выгоде. Горин же… Я понимаю, возможно вы испытываете к нему привязанность. Но что он сможет вам дать? Пройдёт совсем немного времени и вы поймёте, что потеряли гораздо больше, чем приобрели. И это при условии, что охота на вас уже началась. Корпус жандармов не будет столь щепетилен. Как и многие другие. Сломать же можно любого. Абсолютно. Вы будете выполнять чужую волю с радостью, подобострастно и с умилением.
— Хотите сказать, что если я не пожелаю идти с вами, то вы меня отпустите? — склонив головку на бок, поинтересовалась она.
— Разумеется. У меня нет желания обладать одарённой рабыней. Мне нужна ученица, помощница и соратница, а не безвольная кукла.
— А как же Фёдор Максимович? — указав на бессознательного Горина, поинтересовалась она.
— Если вы согласитесь пойти со мной, то он вскоре очнётся. Вы не будете в клетке, и если пожелаете, то сможете впоследствии с ним видеться. Правда, только тайно. Увы, моё влияние не всеобъемлюще. Если пожелаете уйти со мной, то можете оставить ему записку, время пока терпит.
— Вы прибыли сюда не один, — указала она на очевидное.
— Сопровождающие меня доложат то, что им скажу я, и сами будут свято в это верить. Вы же понимаете, что мне такое под силу.
— Если вы пообещаете его не трогать, я пойду с вами, — подумав немного, произнесла она.
— Договорились, — кивнув, легко согласился Брилёв.
— И ещё. Если вдруг я решу оставить вас, вы не станете чинить мне препятствий.
— Разумеется.
Врёт. Нет Настя это не определила с помощью дара, не ей тягаться с мастером. И не была уверена. Она это просто знала. Ничем иным как враньём его слова не могли быть по определению. И пожелай она отказаться от его предложения, Фёдор уже был бы мёртв, а её Брилёв для начала обездвижил бы её, потом заглянул в глаза, и посадил бы на поводок. Прилетел за тысячи вёрст, чтобы расшаркаться в любезностях и просто сделать предложение? Очень смешно.
— Я хотела бы оставить Фёдору Максимовичу записку.
— Разумеется. Я же говорил, вы вольны поступать по своему усмотрению. Если желаете, я оставлю вас чтобы не мешать, — слегка развёл руками Брилёв.
— Не стоит, — она отрицательно покачала головой.
После чего извлекла из внутреннего кармана куртки записную книжку с карандашом. Она отдавала предпочтение именно ему, так как грифелю не страшны никакие морозы, он не протечёт, и чернила не закончатся в самый неподходящий момент. Быстро набросав короткое послание, она вырвала листок, положила на стол и поднявшись грустно улыбнулась Брилёву.