Привет рогатому!
Шрифт:
– Слушай бес, иди ты в лес! Я о себе, то есть я своим ходом – пешком.
– Тогда может и в своей одежде. Легко!
– Вспомнила, что на мне здесь своего осталось, и за него испугалась. Вот не выдержу/ ведь и вряд ли сдержусь, и врежу. Да так, что мало не покажется.
– Знаешь, рогатик, а не пошел бы ты, касатик, после вашей пробежки грибочков по лесу искать.
– Что делать, - говорит красавец, - пойду, раз просишь.
Глазами синими сверкнул и ушел.
– Все, - вслух сообщаю, - хочу себе серьги под цвет его глаз! А еще парик черный из вот
– Что за оказия с этими жертвенницами, - бес руками всплеснул. – Все его раздеть хотят, так ты еще и разделать!
– А много их было? Жертвенниц?
– Ты седьмая.
– А живые остались?
– Наверное, остались. – Макушку почесал, прищурился.
– Трудно сказать, черт их щелчком назад переправлял.
– Сразу в цинковый?
– Что «в цинковый»?
– Значит сразу. Что-то мне в кустики захотелось. Я пойду вон в те, - с травы поднялась, в сторону кустов указала.
– Не подглядывай.
– Как не подглядывай, если за тобой приглядывать нужно? – он на меня посмотрел, сжалился. – Ладно, а ты далеко не уходи.
– Что? Чтоб ты подслушивал?
– И не подумаю. – Бес от меня отмахнулся.
– Это я и не подумаю рядом размещаться. И вообще, сильно приглядывать хочешь, до кустиков за ручку проведи.
– Иди, иди. Справляй нужды.
Глава 4.
И пошла я к кустикам. Под первыми выбранными явно кто-то богу душу отдал, вторые цвели и пыльцой все вокруг покрыли, третьи были редкими, четвертые колючими, а за пятыми я и забыла, откуда пришла. Оглядываюсь, а рядом ни полянки, ни беса, уши заткнувшего, нет, и черт, блин, черт знает где.
– Ну, что за чертовщина! – топнула ногой в сердца. Поворачиваю, иду к кустам колючим, затем к редким, от них к пылящим, а рядом никого. И лес другой какой-то. Зову их тихо.
– Черт?! Бес?! – и тишина, - да чтоб им пусто было!
А из-за соседних кустов голоса слышатся - два, оба мужские и страшные по своей тональности: один скрипит, второй басит. Никак мордоворот душит тощего.
– С наживой сегодня не густо. Влетит от главаря за то, что девку упустили.
– Сипящий произнес понуро.
– Сдалась она ему? Все девки как девки, а эта только и делает, что плюется. И плевать ей на запреты с высокой горки.
Разбойники! Мама родная, про какую-то сбежавшую говорят. О девице, что позарез нужна их главарю. Молодец девка, хвалю за находчивость! Опоила главаря якобы лечебным соком, а когда ему «Хорошо» от сока стало, вызвалась найти нужную траву озерную. Заманила стражей – сипящего и басящего к озеру и мерным брасом в камыши. Там-то не умеющие плавать разбойники и потеряли из виду голову ее рыжую.
Молодец рыжая. Голова! Вот только бы не стать ее заменой.
Я осторожно, кустов не задевая, в сторону шагнула и, как распоследняя неудачница, наступила прямиком на громко хрустящую ветку. Мужики в кустах замолчали. Вот же ж! Е-к-л-м-н! И здесь закон подлости работает, все как в жизни. Я еще шаг и опять на ветку, которая по жанру
– Видишь? – спросил скрипящий. Вот черт, меня засекли!
– Вижу, - послышался басовитый ответ. И эти двое напролом через кусты ко мне продираются, а я от них.
– Черт! Черт! Черт! Черт!
– бегу, задыхаюсь, но выговариваю. – Чеееерт!
И хоть бы хны! Ни черта, ни беса. Поляна справа, лес слева. Из двух диспозиций выбрала наиболее затененную - побежала в лес, треск ломаемых сзади кустов и довольные вопли преследователей, вышедших на охоту, подстегивали бежать во всю прыть. Не останавливаясь, даже когда бок заколол, и воздуха перестало хватать на призывное «Черт!», а спустя пару десятков метров и на дыхание тоже.
– Черт?!
Да, блин, не работает, не отзывается. Неужели обиделся гривастый? Да залезу я на ту лошадь, и на пони залезу! Только бы не попасться, только бы не…
Откуда корень под ногами возник, не знаю, но за сальто и кувырок через голову из-за него я бы на вечно пропускаемых парах физкультуры получила бы высший бал. В этом чудном мирке моих фантазий после первой подставы закон подлости не ослабевает, а наоборот - набирает обороты. Акробатический кувырок и громкое падение на кухонную утварь стали завершающим аккордом в погоне.
Разбойники как глупую зайку загнали меня к своему стойбищу. И почему в этих сказочных условиях я не создала прототип навигатора из игры Call of Duty 4 или хотя бы из Gotika?
Лежу, пытаюсь косить под дополнительную кастрюлю в груде их казанков, чанов и мисок, смотрю в небо сизое и, что есть силы, матом крою и черта и беса и этих двоих из кустов появившихся. Отдышаться не дали, подняли как добычу за шиворот, представив группе собравшихся на полянке.
Мечты сбываются!
Как-то в юности я все думала, как чудесно будет крутить романы с пятнадцатью парнями. Пятнадцать парней, с которыми я бы начала встречаться в первых числах марта, чтобы не разоряться на 23 февраля. Ведь это и подарки, и прогулки, и выходы в свет или в сквер - у кого на что фантазии хватит. А главное, все-все вечера заняты. И надоесть даже самый заурядный парень не сможет никак!F! Потому что видеть я его смогу лишь дважды в месяц.
Особой сложностью в моих грезах было представить, как они отреагируют, если, не дай им Бог, соберутся все вместе и поделятся информацией обо мне такой неуловимой, вечно занятой и красивой. Так вот… то, что я не могла представить тогда, сейчас предстало во всей красе и с такой яркостью, что мне опять захотелось в кустики, к которым я все никак не доберусь.
Мужики, ровно пятнадцать человек, включая и того, кто меня удерживал за шкирку, были мне рады. И не просто рады, а так, словно успели перемыть все мои косточки, пожаловаться на капризы и требования бросить пить, курить, по бабам шастать и мало зарабатывать. А в их случае - уйти с большой дороги или темного леса и податься в казначейство уже известного короля, чтобы работать, то есть грабить, по крупному. А как иначе? Я девушка с запросами. Со мной - либо по-моему, либо никак.