Приют
Шрифт:
Ярик с удовольствием ел наваристый бульон с горячими лепешками, про себя отмечая, как все-таки жизнь иногда бывает прекрасна. Рута тоже уплетала за обе щеки. После того как Дина перевязала руку Ярику, она согрела для Руты воду, и та долго и с наслаждением мылась.
Дина и Олег ели молча, лишь иногда Дина делала замечание сыну, когда тот слишком громко чавкал.
– Как же вы живете здесь? – задал вопрос Ярик. – Ни телевизора, ни радио… Как папуасы в джунглях.
– Почему же, телевизор есть. – Дина даже немного обиделась. – Он долго нагревается, но работает
– А еда? – продолжал допытываться Ярик.
Женщина пожала плечами:
– У нас свой огород. Когда чего-то не хватает, я езжу в Макеевку. Это в тридцати километрах отсюда.
– У тебя есть машина? – У Ярика загорелись глаза.
– «Москвич», он достался от мужа. За сараем есть гараж.
Ярик мельком видел этот «гараж» – прогнившая насквозь от ржавчины железная коробка, но он и предположить не мог, что в ней мог поместиться целый автомобиль.
Парень заметно повеселел. Черт возьми, «Москвич»! Если машина исправна, то дело не так уж плохо…
– А зимой? Тут, наверное, полно снега, – подала голос Рута. Она налила себе клюквенного морса.
– На зиму мы обычно стараемся хорошенько запастись, – ответила Дина.
– Послушай, Дина, – сказал Ярик, доедая остатки супа. – Поверь, я очень сожалею, что мы доставляем вам столько неудобств. Когда все закончится, мы не останемся в долгу.
Женщина стала собирать посуду.
– Мне ничего не нужно, – сухо сказала она. – Просто не трогайте нас, и все. Извините, но мне нужно подняться к матери, – произнесла она, выходя из-за стола. Ярик обратил внимание, что она вообще не прикоснулась к еде.
– К матери? – переспросил Ярик.
«Бабуля. Кажется, она обделалась», – вспомнил он слова Олега. Точно, как он мог забыть об этом!
– Да. Маргарита Ивановна, моя мама, она парализована, – бесцветным голосом ответила Дина, ставя посуду в раковину.
– Она на втором этаже? – спросила Рута.
Женщина кивнула. По всему было видно, что эти расспросы уже начали ей надоедать.
– Я быстро.
Она стала взбираться по ступенькам на второй этаж. Ярик направился за ней.
На втором этаже было темно. Мощность генератора, который находился в подвале, была рассчитана только на первый этаж, и Дина зажгла свечку. Она открыла дверь, и Ярик вошел за ней, очутившись прямо-таки в карликовой комнате. Ему пришлось пригнуться, иначе он задевал головой потолок.
«В моей бывшей квартире туалет в два раза больше», – подумал он. В комнате стоял ужасный запах – застоялого пота, нечистот и каких-то лекарств.
– Мама, что случилось? – Дина склонилась над кроватью. Освещение было слабым, но Ярику все же удалось разглядеть пожилую женщину. На ней был смешной чепчик, который Ярик видел в детстве в книжке у бабушки, к которой с пирожками спешила Красная Шапочка. Из-под чепчика в беспорядке торчали седые волосы. Рот беззвучно открывался и закрывался, как у подыхающей рыбы.
Дина обернулась.
– Ну, что? Убедились, что я не держу здесь пулемет? – срывающимся голосом выкрикнула она. – Пожалуйста,
С каменным лицом Ярик вышел из комнаты. Когда Дина спустилась вниз, он спросил:
– У тебя есть замок?
Дина непонимающе смотрела на Ярика, потом кивнула.
– Отлично, – удовлетворенно сказал он. – Тащи сюда вместе с ключами. Быстрее! – прикрикнул он, видя, что женщина замешкалась. Испуганно стрельнув глазами, Дина выскочила на улицу и вскоре вернулась с огромным замком.
– А теперь – марш в комнату, – скомандовал Ярик. – Я закрою вас на ночь, чтобы было надежнее. Вы, конечно, можете улизнуть через окно, но тогда, Дина, у меня останется твоя мамочка. Так что не советую совершать необдуманные поступки.
– Моей матери может понадобиться помощь, – дрогнувшим голосом произнесла Дина.
Ярик поджал губы, обдумывая ее слова:
– Ничего не могу поделать, Дина. Если будете хорошо себя вести, следующую ночь я не стану вас запирать.
Олег сонно таращился на Ярика, и по его виду было ясно, что он очень хочет спать и совершенно не намерен куда-то бежать, особенно через окно. Дина ничего не ответила и прошла в комнату. Закрывая их, Ярик внутренне порадовался, что почти на всех дверях дома были крепкие петли под замки.
Рута пошла разбирать постель в так называемой гостиной, а Ярик решил еще раз осмотреть дом. На первом этаже, кроме гостиной, были кухня и детская, куда он только что затолкал Дину с сыном. Туалет был на улице.
Проверив замки на первом этаже, Ярик осторожно, стараясь не удариться головой о низкий потолок, поднялся на второй этаж. Тут были две комнаты – в одной из них спал Митрич, в другой находилась Бабуля. Из ее комнаты тянулся тусклый свет – Дина оставила свечу. Затаив дыхание, Ярик на цыпочках подкрался к двери и заглянул в комнату.
Маргарита Ивановна лежала с закрытыми глазами. Грудь ее, обтянутая старомодной ночной сорочкой, мерно вздымалась, и, если бы не это, Ярик решил бы, что перед ним покойник. Рядом с кроватью на колченогом стуле в треснувшем блюдце горела свеча. Она уже догорала, пламя испуганно дрожало, отражая умирающие блики на темном окне. Ярик поежился, у него неожиданно возникло ощущение, что он находится на чьих-то похоронах.
Он тихонько прикрыл дверь и быстро спустился вниз к Руте. Они без слов набросились друг на друга, срывая одежду. Они занимались сексом яростно и грубо и одновременно испытали оргазм. После этого молодые люди молча лежали, слушая завывания ветра в трубе. За окном уже наступила ночь, но им не спалось.
– Знаешь, о чем я думаю? – спросила Рута, проводя тонким пальчиком по груди юноши.
– О чем? – машинально отозвался Ярик, думая о своем. Сам он думал о «пятерке». Если менты наткнутся на машину, им не составит большого труда разыскать домик Дины. Впрочем, никакая тропа, по крайней мере, с того места, где встала машина, к дому не ведет, Ярик в этом убедился. Едва различимая тропинка от дома шла в противоположную сторону – и все.
– Что мы с тобой самые настоящие подонки.
– Подонки? Это еще почему?