Шрифт:
Странная тень
В этот день бабушка оставила меня вечером дома одного. Я – это Стёпушка. Но я и не расстроился. Папа на выходных привёз мне большой конструктор. И я, усевшись на половике, с удовольствием соединял кирпичики. Однако, когда стемнело, стал волноваться. Почему это бабушка не возвращается?
Но вот услышал долгожданный стук калитки, подбежал к окну и сквозь тусклый
– Ну, как, внучок? Небось скучал по мне? – спрашивает бабушка.
– Да не очень, – вру я; стою, прижавшись к дверному косяку и растопырив голые ноги.
– А я к тебе не одна вернулась, – говорит, она, раздеваясь.
«Точно!» – вспомнил я. Хотел под лавку залезть, чтобы узнать, кто там. А от туда шипение. Испугался даже.
– Бабушка? Ты кого привела? Он кусается, поди? – с досадой заметил я, вовсе не обрадовавшись гостю.
– Кусается? Вряд ли, – отвечает бабушка. – Ну, ежели ты его обижать будешь. А лезть за ним не нужно. Он сам тебя боится. Вот только поставлю ему блюдечко с молоком, и покажется. Думаю, голоден он.
И тут я присел на стул, жду, когда шипевший на меня зверь выглянет. И, правда, стоило только бабушке блюдце с молоком на пол опустить, а нам отвернуться, чтобы наш гость не смущался, как он потихоньку из-под лавки вылез и к молоку подошёл, лакать начал.
Обернулся я. А это кот, не большой и не маленький. Просто кот.
– Подросток ещё, – пояснила бабушка. – Месяцев семь будет; всю дорогу за мной шёл.
– Как всю дорогу? – спрашиваю. – Позвала, его что ли?
– Да нет, – отвечает бабушка. – Засиделась я у соседки. Стемнело. Домой засобиралась. Вышла на дорогу. Луна светит, и фонари горят. Снег сверкает, почти как днём светло. Только вокруг тени, моя, да от домов, заборов и деревьев.
Вот, иду я, по сторонам не гляжу. Думаю, потерял ты меня.
– Точно, не знал, куда моя бабушка делась, – подтвердил я.
– Семеню я, – продолжает рассказывать бабушка, – и вдруг замечаю, что неподалёку от меня тоже двигается кто-то. Я несколько шагов, и он. Я несколько шагов, и он. Присмотрелась – никого не видно. Опять иду, и опять рядом чья-то тень движется. Только когда уж к своей калитке подошла, слышу:
– Мяу.
Оглянулась по сторонам –
– Мяу.
– Так кошки всегда кричат, – сказал я.
– Да погоди, ты, не перебивай, – осерчала бабушка. – Я и сама знаю, что кошки, да только никого же рядом не было. Я давай:
– Кис-кис, кис-кис.
И остолбенела: небольшая тень от забора отделилась и ко мне идёт. «Вот, – думаю, – всю дорогу мне казалось, кто-то преследует меня. Неужто и впрямь странное существо по-кошачьи разговаривать научилось, а теперь ко мне направляется?» Я уж караул кричать хотела, а потом пригляделась: и вправду кот. Чёрный такой. Вот я его за тень и приняла.
Тут давай я смеяться. А бабушка мне обиженно:
– Ты бы впотьмах увидел, что кто-то идёт за тобой, тоже бы испугался.
– А у соседки допоздна засиживаться не нужно, – говорю я.
Присмотрелся к коту.
– Бабушка, да он и не чёрный вовсе! У него только голова и хвост тёмные, а туловище и лапы коричневые.
– Точно! – всплеснула руками бабушка.
– Это он в темноте только чёрным кажется, – поясняю. И тут же спрашиваю: – Теперь он у нас останется?
– Конечно! – отвечает бабушка. – За мной пришёл, наш дом в качестве жилья выбрал. Разве выгонишь такого?
– Не выгонишь! – согласился я. – А как назовём его?
– Может, Негра? – предложила бабушка.
– Но он же не чёрный, а коричневый. Вот ты книжку мне недавно читала про старика Хоттабыча. Может, так и назовём?
– Хоттабыч! Важно, но длинно, – заметила бабушка.
– А если короче, Хоттаб, а?
– Вот Хоттаб уже можно, – согласилась она. – Давай-ка я ему ещё молока налью, а то, поди, не насытился, блюдце вылакал, да мало.
Так и остался с нами жить кот по имени Хоттаб.
Хоттаб занимается моим воспитанием
Я думал, что раз я человек, а Хоттаб – кот, то это я его буду воспитывать. Но на деле вышло не так. Стал я замечать, что это Хоттаб меня воспитывает.
Вот пришёл как-то к нам приятель мой Славик. Соорудили мы с ним башню. Хоттаб в это время на диване спал. А потом наставили пушек и давай ядра кидать по комнате. Вскочил Хоттаб и прямиком по нашей башне – она и развалилась. Не понравилось ему, что мы грохот устроили.
Конец ознакомительного фрагмента.