Пробка
Шрифт:
Между тем давно уже перевалило за полдень. Юрий Греков нервничал: захотелось вдруг выпить. Он машинально оглянулся, окидывая взглядом салон.
— Что такое? — спросил Володя.
— Выпить бы.
— Ну выпей.
— Так нет ничего! Все там, в автобусе.
Он с ненавистью посмотрел на тихоход, маячащий впереди. Все там: и коньяк, и закуска. Бывшие коллеги небось уже отмечают. То есть поминают. Ну как же он так не подготовился? За хлопотами вылетело из головы. А хорошо бы сейчас выпить рюмочку-другую. Нервишки шалят. Что ни говори, жену похоронил. Жену… Восемь лет прожили…
— …Юра?
— Да?
— Я спрашиваю: а как вы познакомились?
— Разве
И Греков невольно усмехнулся. Володя Петров работал старшим оперуполномоченным в РУВД, в отделе по борьбе с особо тяжкими преступлениями, в том самом районе, где находилась дача Грековых.
Место расположения коттеджного поселка было очень выгодное. Всего в двух шагах Зеленоград, город-спутник. Прописка московская, инфраструктура тоже. До самой же Москвы, той самой, настоящей, полчаса езды на хорошей машине, если без пробок. Если же с пробками, так можно добираться часа два, а то и три.
Но все равно: земля здесь, через дорогу от столицы, была дорогая, нарезанная мелко, по десять соток. А дома, стоящие на этих Сотках, огромные. Тут селились люди богатые, и машины в поселок заезжали о-го-го какие!
Про себя, а порою и в разговоре с коллегами злой на язык Юрий Греков называл коттеджный поселок не иначе как Беверли-Хиллз. Подмосковного, конечно, розлива, но суть вещей от этого не менялась. Сам же Греков лет семь назад правдами и неправдами урвал здесь кусок земли. Те же десять соток. По причине того, что в однокомнатной им с женой тесно, да и жить под старость хочется на природе. До старости им с Ниной было далеко, но и дом так сразу не построишь.
Раньше Юрий Греков работал в Москве, а потом ушел в область, вроде бы с понижением. Всем родственникам и знакомым сказал при этом, что на работу стало ездить неудобно: постоянно пробки. Женился, мол, и решил больше времени проводить с семьей. Тогда еще он не знал, что детей у них с Ниной не будет.
Так Юрий очутился в районной прокуратуре, старшим следователем. По работе Греков и Петров частенько пересекались и вроде бы успешно сотрудничали. Считалось, что они друзья. Со временем и Греков стал думать, что Володя Петров — его друг. А учитывая, что других нет, выходит — лучший. Само собой получилось, что Петров стал в их доме частым гостем. Нина его привечала и отношения у них были довольно-таки трогательные. Нина мечтала Володю женить, то и дело сватала кого-нибудь из своих подружек, Петров же упорно сопротивлялся. Это было похоже на игру, в которую вот уже несколько лет оба играли с увлечением. Юрий Греков смотрел на это с усмешкой. Он был уверен, что верх одержит Володя, который гораздо умнее его Пробки. Навязать Петрову чужое мнение невозможно. Если не женится, значит, этому есть серьезная причина.
Беверли-Хиллз считался местом относительно спокойным. Но если Володе Петрову приходилось сюда забредать по службе, он обязательно заходил на дачу к Грековым. Несмотря на нелады с бытовой техникой, Нина замечательно готовила, а покушать Петров любил.
Участок Грековых был на самой окраине коттеджного поселка, сразу за глухим, выше человеческого роста забором. Что касается двухэтажного дома, это был типичный долгострой. Ну откуда у следователя прокуратуры деньги, чтобы отгрохать шикарный особняк? Потихоньку, кирпичик к кирпичику, дощечка к дощечке. Начали в двадцатом веке, к середине двадцать первого закончим — так порою шутил Юрий Греков. Но он лукавил.
Сейчас дом был отстроен, первый этаж
— …Как познакомились, спрашиваешь? — И он невольно усмехнулся. — После развода с первой женой мне пришлось уйти на частную квартиру. Ты ведь помнишь: я не москвич. Квартира изначально была ее, имущество наживали вместе, но я, как благородный человек, ушел с одним чемоданчиком в руках и…
— Я не про квартиру. Про Нину, — перебил Петров.
— Про Нину? Лет девять назад я работал над делом, довольно запутанным, и мне надо было поднять кое-какие газетные материалы. Компьютер в то время далеко не у каждого в доме был, на работе мы его только-только осваивали, об Интернете больше слухов, чем дела. Это сейчас любую информацию можно получить, не сходя с места, а тогда… Помню, помню. Ты о Нине спросил. Это просто. Зашел в библиотеку, а там, в читальном зале, сидела она.
Греков вспомнил: да, так оно все и началось. Пришел в библиотеку, а там, в читальном зале, за кафедрой — маленькая серая мышка. Во внешности его жены не было ничего примечательного. Типичная библиотекарша. Не удивительно, что почти до тридцати замуж никто не взял! Роста невысокого, субтильная, волосы гладко зачесаны, одета скромно. Он же был мужчиной видным, в плечах широк, в талии тонок и лицо… ну, скажем, значительное. Когда Греков смотрелся в зеркало, то с удовлетворением отмечал, что все вроде бы на месте. Красавцем писаным он себя не считал, но если уж по правде, то рядом с ним Нина выглядела и вовсе уж серо.
— Девушка, говорю, дайте мне подшивку газет за прошлый год. Смотрю: она вдруг зарумянилась, вскочила — и бегом в хранилище. Принесла мне подшивку, потом еще одну. Засиделся я допоздна. И вдруг голосок над ухом: «Извините, мы закрываемся». Так и вышли из читального зала: вместе. Делать нечего, пришлось ее проводить.
И Юрий Греков вновь невольно усмехнулся. Вспомнилось вдруг: зима, вечер тихий, теплый, с неба мягко падают огромные, как пушинки из бабушкиной перины, снежинки. Она в осеннем пальтишке, но в смешной меховой белой шапке с пришитым сзади пушистым хвостом. У двери в подъезд внезапно краснеет, бормочет «до свидания» и исчезает, не оставив ему даже номера телефона.
Пришлось зайти в читальный зал еще разок. Недоработали.
— Значит, это не была любовь с первого взгляда?
— Любовь? Ах да. Конечно. Любовь.
В действительности же ему надоело жить на частной квартире. Юрий Греков был человек основательный. И делать все умел основательно: содержать семью, зарабатывать деньги и организовывать близких людей так, чтобы всё остальное делали за него они. А не умел он делать ремонт своими руками, готовить, стирать, гладить белье, мыть полы и так далее. Не то чтобы не умел — не хотел. Развод его не столько огорчил, сколько разозлил. Бытовых неудобств Юрий Греков не выносил.
Поэтому, узнав, что у Нины пустует отдельная квартира в Зеленограде, задумался всерьез. Приданым девушку обеспечили, но жила она по-прежнему с родителями. Почему?
— Я так и спросил, когда к дому шли: почему? Она говорит: привыкла, мол. А замуж, говорю, не хочешь? Тут она опять покраснела.
— Так сразу и спросил? — удивился Володя.
— А что такого?
— Ну ты даешь! Я вот их боюсь.
— Кого?
— Женщин. Потому и не женат до сих пор.