Проблеск

Максимова Дария

— Чшшш! — внезапно шикнула на неё Альгира.

— И прекрати шикать на меня! — разозлилась Кэт. — Но если уж неймется, то заведи себе какого-нибудь питомца и шикай на него сколько тебе влезет!

— Да тише ты! — быстро зажав фее-ведьмочке рот одной ладонью, Альгира прижала указательной палец другой к своему. — Там кто-то есть!

Перестав вырываться из крепкой хватки Альгиры, Кэт замерла и внимательно посмотрела в сторону указанного фее-ведьмочкой переулка, где на фоне падающего на мостовую света определённо мелькала чья-то тень.

— Это же гостевой домик! — едва слышно прошептала фее-ведьмочка.

— А за окнами

с этой стороны здания находится кабинетная библиотека, — также тихо, но как-то подозрительно медленно продолжила Альгира. — Пойдем, узнаем, что замышляет Барбела?

— С чего ты вообще взяла, что это она? — поинтересовалась Кэт.

— Да с того что в поселении сейчас только один гость — и это Барбела. Пошли говорю! Может, узнаем что-нибудь важное…

— Не пойду! — упираясь каблуками в выложенную камнем дорогу, испуганно прошипела фее-ведьмочка.

— Ну и трусиха! — вынесла вердикт Альгира, впрочем, тут же поправившись. — Нет… скорее уж баран четырёхрогий. Тебе уже говорили, что со своим упрямством ты просто обязана была родиться в клане «Горных джакобов»?

— Как это ни странно… да! — наконец вырвавшись, по-прежнему шёпотом ответила Кэт. — Я, к твоему сведению, сегодня уже разозлила эту высокопоставленную змеюку, так что иди ты хоть к тёмному, Аль, но подслушивать я не буду!

— Ну и оставайся! — обидевшись, кинула Альгира. — Может, узнаю что-нибудь стоящее, но делиться с тобой даже не собираюсь!

— Аль!

Тихо окрикнула фее-ведьмочку Кэт, но та, полностью игнорируя подругу, уже перебралась через невысокую ограду и, двигаясь вдоль стены, стала осторожно подбираться к окну, которое каким-то макаром оказалось ещё и незакрытым. Душно им там что ли?!

— Аль! — снова попыталась достучаться до подруги фее-ведьмочка, но, не добившись от неё абсолютно никакой реакции, ругнулась. — Чтоб тебя! — и… поспешила следом.

Двигаясь быстро и бесшумно, Кэт в несколько секунд оказалась рядом с Альгирой, которая ещё только-только пристроилась под окном.

— Ну, надо же! — протянула она, насмешливо глядя на фее-ведьмочку. — Похоже, что кое-кто всё-таки из клана «Чёрных кошек»…

— Чшшш! — шикнула на неё Кэт. — Не слышно…

Ехидно хмыкнув, Альгира всё же замолчала, решив, по-видимому, отложить комментарии на более удачное время, и начала прислушиваться к доносящемуся из библиотеки очень знакомому голосу…

— Даже если вы и говорите так, госпожа Барбела, это всё же не даёт никакой гарантии на то, что они согласятся сотрудничать с нами. Скорее всего, что после произошедших событий их уже настроили против нас!

— Неважно, — равнодушно ответила та Марьяне. — Если эти две переведённые девчонки откажутся заключить с нами союз, то это лишь даст мне повод убрать их… но не раньше, чем они станут «незаменимыми» в этом фарсе под названием «ритуал по поддержанию гармонии в мире».

Почти сразу поняв — о ком идёт речь, фее-ведьмочка всё же не смогла удержать удивлённого вдоха, который, по счастью, не смогли услышать только из-за того, что Марьяна в этот самый момент вновь заговорила:

— Но зачем избавляться от них? Они же ни в чём не повинные девочки, которые являются такими же жертвами системы, как и остальные жители нашего мира!

— Да потому что они верят в сказку, придуманную системой, и являются марионетками, не осознающими того, что они марионетки, которых дёргают за ниточки.

— Но…

— Марионетки тоже

ведь бывают разными, Марьяна. Одни из них настолько слепы, что совершенно не видят нитей, через которые управляют ими, и эти марионетки очень опасны, поскольку фанатично верят абсолютно во всё, что им преподносят… пусть даже и в виде тонны дерьма, но зато на подушечке с голубой каёмочкой, заявив, что это восхитительный нектар. Другие же марионетки прекрасно видят эти самые нити, но абсолютно ничего не предпринимают, дабы избавиться от них. Они либо делают вид, что этих нитей на самом деле нет, либо активно ворчат и возмущаются, но по-прежнему ничего не делают, ожидая, что кто-нибудь придёт и сделает всё за них. Есть те, кто сам в состоянии избавиться от контроля, но таких крайне мало, ибо мало у кого есть достаточно силы воли, чтобы хотя бы решать за самого себя. Ну и есть особый вид марионеток, так сказать, подкатегория второго вида с лёгкой примесью первого, это те, которые либо с подсказки, либо сами могут разглядеть эти нити, захотеть избавиться от них и даже поверить, что им это удалось… но на самом деле они, при умелом манипулировании, лишь меняют одного кукловода на другого. И опять же некоторые из них вполне чётко осознают это, но по-прежнему ничего не предпринимают. К тому же за примером далеко ходить не надо.

— Вы про Катерину?

— Именно. Образно говоря, Катерина — это кошка. Бездомная и брошенная всеми кошка, которая, будучи наученной горьким опытом, научилась чураться и избегать как прикосновений, так и общества людей… но, как и любое другое живое существо, она ищет хоть кого-то, кто сможет полюбить её такой, какая она есть, и забрать к себе… что в принципе я и сделала. Я дала ей «дом», где она чувствует себя на своём месте среди людей, которые её ни в чём не осуждают и относятся с теплом и пониманием. Катерина превосходно понимает, что находится под моей властью, и ей это совсем не нравится, но она ничего и никогда не сделает, дабы избавиться от контроля над собой, ибо панически боится оказаться на «улице» вновь покинутая всеми.

— Но не кажется ли вам, что мы поступаем бесчестно и даже жестоко по отношению к девочке?

— Высокие цели требуют высоких жертв. Мы всего лишь следуем по стопам наших основателей, которые ради всеобщей свободы уничтожили саму Светлую, а значит и в том, что наш агент повесил совершённое им убийство какой-то феи на Катерину, нет ничего зазорного. Это война, Марьяна, и она не терпит проявлений слабости или нерешительности.

— Значит, Катерина для вас — это лишь разменная пешка, которая неожиданно оказалась куда более ценной фигурой? — голос Марьяны дрожал от еле сдерживаемого возмущения.

— Можно и так сказать, — равнодушно согласилась ведьма. — Появление столь значительной фигуры сокращает срок выполнения нашего плана на несколько десятков лет.

— Но…

— Я понимаю, — уже с проскальзывающими нотками раздражения в голосе, оборвала её Барбела. — Что ты заботишься о Катерине так же, как и об остальных воспитанниках приюта — что все они тебе не безразличны. Я помню, как ты не хотела отпускать Мойру и всячески противилась тому, чтобы она становилась участницей ритуала. Даже сейчас, когда мы уже заменили Катерину на Мойру, которая, как наш тайный агент, всячески дискредитирует других участниц ритуала, ты по-прежнему не оставляешь попыток вернуть свою воспитанницу… но при этом также пытаешься защитить от меня и вторую.