Пробоина: Гвардеец
Шрифт:
Как оказалось, разведка — дело небыстрое…
Глава 19
Разведка боем
«Гляди в оба, зри в три.»
[Командир разведроты
вахмистр Феликс Котов]
Первый день Красной Луны. 12:00
Пустыня. Неизвестно.
Пятнадцать человек… Слишком мало для полноценного боя. Слишком много для скрытного перемещения стадом. Поэтому-то Кот и поделил группу на несколько малых
Головной дозор, в составе которого шел и наш Грозный, тыловое охранение, где шли снайпер отделения и пара стрелков, а также фланговые отряды. Ну и наша центральная группа, она же «ядро», которая насчитывала лишь пять человек — сам Кот и два пулеметных расчета.
Шли мы тихо, старательно выдерживая дистанцию друг от друга, при этом вся наша процессия из подгрупп растянулась метров на сто пятьдесят, это минимум. От головной группы, где был Грозный, наше центральное ядро держалось на удалении полусотни метров.
— Не думай, а смотри, — негромко подсказал мне идущий рядом жилистый мужичок лет тридцати с погонами ефрейтора.
Я уже знал, что это первый номер пулеметного расчета из отделения Кота. Судя по шеврону, боец носил гордый позывной «Скряга».
Встрепенувшись и пару раз моргнув, я начал смотреть под ноги.
Все-таки Скряга прав. Меня слишком разморило пустынное солнце… И это ещё надо вспомнить, сколько я уже не спал и сколько километров мною уже намотано.
В плывущую от жары голову начинают лезть разные мысли. О нормальном сне, об обеде, об отдыхе… Переставляешь ногу и думаешь только о том, как бы сесть и отдохнуть. А нужды организма даже вытесняют страх перед неизвестным противником.
Где он? Я его не вижу… Ну, упаду на песок и полежу пять минут, что, от этого убудет, что ли?
Максон пыхтел рядом и, судя по тому, как он уставился себе под ноги, думал он примерно о том же. Как бы прилечь да эти самые ноги вытянуть…
Это, наверное, какая-то самоэкзекуция, но такие мысли доставляли удовольствие. Ну, а кто ещё, кроме самого себя, пожалеет в пустыне уставшего разведчика? Только не эти бессердечные потные рожи, пыхтящие рядом от бессилия…
Все же пейзаж был слишком монотонным и убаюкивал. И, чтобы отвлечься от лишних размышлений, я решил подокапываться до напарника Скряги.
Это был молодой парень лет двадцати двух, рядовой с позывным Лысый. Но это скорее была ирония, поскольку боец был обрит лишь сверху, на манер старых чернолунных монахов, а вот на висках и затылке весело топорщилась поросль длиной до полусантиметра.
Лысый оказался словоохотливым, да и как второй номер расчета, был более расположен ко мне, нежели его напарник. Всё-таки, оба мы крутим ручку пулемёта.
И задал я, пожалуй, самый интересующий меня в этот момент в этой трижды проклятой пустыне вопрос:
— Слушай, а как так вышло, что командир отделения вахмистр? Должен же быть сержант какой… И почему, если есть вахмистр, то руководит все
— Ну ты безлунь неграмотная, — тихо усмехнулся Лысый, — Ну, во-первых, с Котом все сложно. Он вообще бывший секретчик, и звание вахмистра там и получил, в секретке. Телеграммы там шифровал, вся херня…
Я не отрывал взгляда от спины Кота, идущего в нескольких шагах впереди.
— А здесь, в боевой роте, он как командир взвода… кхм… не очень, — Лысый кашлянул в кулак, — Вот, короче, и оставили его командиром отделения разведки. Ну и ничего, вполне прижился.
— Ясно, — буркнул я, чувствуя лёгкую досаду.
Ни тебе жизненной несправедливости, ни какой-то забавной случайности. Просто человек пригодился там, где пригодился.
Лысый продолжал:
— А насчет Грозного… Наш Кот, он Подлунный, но он не маг, — мой собеседник пожал плечами, — А Контуженный самый настоящий Лунный, хоть и всего лишь Утренний маг.
Я поджал губы… Всего лишь Утренний.
Впрочем, Лысый прав, и тут тоже все оказалось проще некуда. Хотя я не особо-то и разбирался в магических рангах, и частенько в них путался, а то и забывал.
Чего-то там было у этих Лунных про конец света, так называемые Последние Времена. Или Последняя Ночь? Не помню… Но что-то там про то, что все Вертуны изрыгнут монстров, и маги будут стоять против них, защищая человечество.
При этой мысли я злобно хмыкнул. Ага, как же, будут они стоять! Зная наших Лунных, вот зуб даю — они сначала бросят всех безлуней в мясорубку, потом наверняка и подлунную свиту… Ну, а дальше уже начнут сражаться сами, если выхода не останется.
Но, если уж серьёзно, то вроде именно так свою силу маги и измеряют. Кто в теории простоит против монстров до утра, тот Утренний, кто до полудня, тот Полуденный… Ага, там дальше Вечерники идут, точно…
Ну, а таких титанов, как маги Первого, или там даже Второго Дня, я сам вблизи ни разу, наверное, и не видел. Говорят, и Третьего Дня бывают… Бывали в истории.
Я снова чуть не прыснул от смеха. А может нас, безлуней, все эти Лунные умники не просто так выделяют в ранг Ночных магов? Ну, то есть, сила у нас такая, что мы ни хрена не простоим даже до утра, и сразу же в первую ночь крякнем.
Вот потому сразу и сдохнем, что нас Лунные бросят вперёд…
— Э, чего нахмурился-то? — спросил Лысый.
— Да я как-то… ну… Лунных… это…
— Ты это брось, — он поморщился, — Да я тоже их не люблю, говнюков там хватает, да. Но Грозный — мужик он из правильных, хоть и Лунный.
— Да это я уже понял.
— Так что все просто с Котом и Грозным, и тут звание не особо решает. В группе разведки всегда должен быть маг, чтобы чувствовать Вертуны поблизости или их исчадия. Вот маг группой и командует, — тут Лысый ухмыльнулся, — Да и тем более, против Грозного никто не попрет.
— Хлеборезки заткнули! — рыкнул в нашу сторону Котяра.