Пробудить бога

Саган Илья

— Скажи, Лиза, а среди тех, кто приходил ночью, ты никого не узнала? Может, ники их заметила?

— Э-э… Да. Да, правильно, вспомнила — одного из них звали Хват!

— Как?! — воскликнули мы хором.

— Точно–точно! Татуировки в темноте светились, вот я и разглядела.

Ясно. Ну, Вальтер…

— Кстати, а сапоги у Борея были? — вспомнил я. — Скороходы которые.

— Угу, они вместе с ним пропали.

Неужели весь этот сыр–бор из–за них? Получается, Вернувшиеся не с Тьмой борются, а разбоем и грабежами

занимаются? И тут в голову пришла новая идея: а если… У меня даже дыхание перехватило от такой догадки.

— Лиза, какого уровня был Борей, когда пропал?

— Кажется, двадцать девятого. Или тридцатого.

— Ты понимаешь? — я порывисто повернулся к Сереге.

— Эмм… Не очень.

— Ладно, потом. Лиз, прости, что заставили тебя все это вспомнить. Но нам очень нужно было знать, что случилось с Бореем.

Она послушно кивнула.

— Я понимаю. Мой рассказ хоть чем–то вам помог?

— Еще как! Пойдем, отнесем твои товары.

— А? А, ну да.

Понурившись, Радуга собрала овощи с пола, мы с Серым взяли по корзине и все вместе покинули дом. Лавка торговца оказалась недалеко, и через несколько минут мы попрощались с Лизой. Напоследок она робко попросила:

— Если найдете его, дайте мне знать, ладно? Пожалуйста.

Мне стало стыдно. Жила себе девчонка, ни о чем не переживала, а тут мы…

Серега же в ответ на ее просьбу мрачно кивнул. Я понимал, о чем он думает — найдем ли?

Смеркалось. Мы долго шли молча по полутемным улицам. Даже представить страшно, что Серый сейчас переживает. Наконец он спросил:

— Так что ты хотел объяснить?

— Мне кажется, я понял, почему исчезают странники — их похищают Вернувшиеся.

— С какого перепуга? — задал он резонный вопрос, склонив голову набок.

— Да кто их знает. Может, им работники нужны. Или рабы.

— Хм…

Можно было, конечно, рассказать Сереге, кто такой Командор. Но, поразмыслив, я решил разобраться во всем сам.

— Привет, ребята! — раздалось над нами.

Я вскинул голову — сверху нависал Элмер. В броне, в шлеме, лицо озабоченное, брови сдвинуты.

— Здорово! — я вслед за Серым пожал протянутую зеленую ручищу. — Есть новости?

— Много, и все плохие, — хмуро ответил он. — Темные снова Черный Камень захватили. И кучу других мест тоже. Со всех сторон идут сигналы о нападениях. Некоторые деревни пока держатся, но защитники не знают, куда кидаться, нежить прет отовсюду.

— Она же вся здесь, под стенами Треглава.

— Если бы, — покачал головой староста. — Похоже, Марсель поднял всех покойников Синеуса.

— И ведь не поможешь, — Серега поцокал языком и спросил: — Когда ожидается штурм? Уже который день взаперти здесь сидим.

— Не торопись. Горожане активно готовятся, укрепляют стены. Чем позже нас атакуют, тем лучше.

Элмер

повернулся ко мне.

— Ну, а ты как? Смотри, не суйся, куда ни попадя. Береги себя как зеницу ока, ты у нас самое важное лицо.

— Поэтому ты всем раззвонил, что я люмен? — мои губы невольно растянулись в усмешке.

— Я раззвонил?! Что за чушь? Кому?

— Ну, Шериусу, например.

Староста так решительно затряс головой, что зазвенела бармица на шлеме.

— Ерунда, ничего я ему не говорил. Лишь пытался узнать, как пробудить Нариэля. Но имени не называл.

Пришлось идти на попятный.

— Ну, значит, я тебя неправильно понял.

— То–то же, — ухмыльнулся он. — Ладно, ребята, мне сегодня в ночь на стену. Удачи. А ты, Рокот, береги себя, слышишь? Ни во что не ввязывайся!

— Погоди! — крикнул я, и Элмер, потопавший было дальше, остановился.

— Чего еще?

— Скажи, а Шериус… — облечь свои сомнения в слова было непросто. — Ну… в общем, ему можно верить?

Староста в недоумении нахмурился.

— Конечно. Ну–ка, рассказывай, что ты там себе напридумывал.

— Вспомнил об ордене Семи чародеев. А он как раз чародей. Вот я и…

— Чушь! — рассмеялся Элмер. — В Мелизоре их тьма, на одном только Синеусе несколько сотен. А Шериус старик надежный, хоть и себе на уме. Я с ним знаком не очень близко, но точно знаю, что мэр Стефаний ему доверяет. А он тертый калач. Это все? Ну ладно, тогда бывайте, парни.

Он благополучно отчалил, а мы двинулись дальше. Честно говоря, совпадение с чародеем не давало мне покоя, но раз староста в нем уверен, то все в порядке.

Тем временем мы подошли к перекрестку, и Серега махнул рукой в сторону.

— Мне туда. И да, спасибо, что раздобыл зелье для Радуги. Мне и в голову не пришло, что заклятье можно снять.

— Видимо, поэтому и говорят, что одна голова хорошо, а две — лучше.

Мы простились, и дальше я пошел один. Уже совсем стемнело, кое–где горели факелы, но гораздо меньше, чем в предыдущие ночи. Увы, картина была мне хорошо знакома. То же самое происходило в Питере — когда начался синдром Шеффилда, частично отключили уличное освещение. Первый признак разрухи и паники. Темные давят со всех сторон, и народ потихоньку приходит в отчаяние.

Мысли снова переключились на Шериуса. Как он узнал, что я люмен? Очень похоже, что он, как и Вальтер, водит меня за нос. Вот только зачем?

В доме что–то происходило. Еще издали я услышал восклицания Василисы, а приблизившись, разобрал писк Фроси и бубнеж Диогена. Вошел в избу и обалдел: посреди стола лежал венец Кощея, рядом топтался филин, ковыряя его клювом. Девчонка летала вокруг него и тараторила:

— Розовый, розовый сюда. Нет, не этот, говорю же, розовый.

— Что вы тут устроили? — возмутился я.