Продавец крови
Шрифт:
Теперь, когда я увидела все своими глазами, во мне шевельнулось сочувствие. Ничто не сближает людей так, как общая беда в прошлом. Я поняла странную смесь рвения и страха, которые раньше смущали меня в охотнике. Шрамы все объяснили.
— Наверное, ты прав, — ответила я.
— Наверное? А ты не думала, что не заметить нового вампира в городе и уничтоженную группу охотников в принципе невозможно?
— Что ты хочешь сказать?
— Только то, что внутри они все звери. И не важно, кто это — респектабельный мэр или убийца.
— Эмиль к этому не причастен, — твердо сказала я.
— А ты хорошо его знаешь?
Егор срезал меня напрочь. Эмиль перегрыз мне горло, когда ему это понадобилась. И ничего бы его не остановило, кроме грубой силы. Я знала, кто он такой. И мне не нравилась эта истина.
Я молча завела двигатель. Пора возвращаться.
Да, с Эмилем нужно быть осторожной. Он беспокоится только о себе. На меня он плевать хотел, как и на остальных в городе.
Таков наш мэр, но ничего не поделать — демократичные выборы здесь не в ходу.
— Последний вопрос. За что ты выслеживал продавца крови до того, как он расправился с твоими охотниками?
— Я же говорил, — устало вздохнул Егор. — Он убил женщину. Ее звали Анна Золотова. Я не знаю, в чем он еще виновен, но нам заплатили за нее.
Когда я добралась до дома, сумерки подступали к самым окнам. Эмиль наверняка уже проснулся. Надо позвонить и напомнить о себе. К тому же, вдруг он беспокоился, когда я исчезла?
Не раздеваясь, я прошла в комнату и упала в кресло. Пальцы немного дрожали, пока я набирала номер.
Я усмехнулась, слушая длинные гудки.
Эмиль беспокоился? Обо мне? Наверное, меня в машине укачало.
Внезапно он снял трубку и резко спросил:
— Яна? Это ты?
Слова застряли в горле. Я привыкла думать о нем отвлеченно, как о чем-то далеком, и живой голос обескуражил. Сердце ухнуло куда-то вниз.
— Привет, Эмиль, — выдавила я.
— Где ты была? Я думал, тебя в живых нет.
— Уезжала.
— Почему не предупредила?
Я не придумала отговорок заранее и сказала правду:
— Не посчитала нужным. Какая тебе разница?
В трубке раздался шорох, и Эмиль дал кому-то отбой: «Подождите, важный звонок». Вот как.
Если начнет врать, что искал меня — не поверю. Смог бы найти, если бы хотел. Значит я права: никому не интересно, в городе я или нет.
— Ты дома? — спросил Эмиль. — Я приеду.
— Зачем? — испугалась я.
— Что значит — зачем? Ты исчезаешь и потом падаешь, как снег на голову. Что за детские выходки? Или приезжай сама. Я пришлю за тобой машину.
Я тщательно облизнула губы, раздумывая над ответом. Что плохого случится, если мы встретимся в неформальной обстановке? Пистолет со мной. Ладно, прихвачу пару лишних магазинов.
— Присылай, — решилась я.
— Через полчаса, — пообещал Эмиль и положил трубку.
У бывшего слова не расходятся с делом: если
К тому моменту, как автомобиль просигналил под окном, я была готова с ног до головы, надела кобуру и застегнула плащ.
Эмиль прислал свой старый джип. Кровосос за рулем вежливо поздоровался и улыбнулся. Надеюсь, этот парень не съест меня по дороге.
На улице стемнело, вдоль дороги горели фонари. В их свете водитель выглядел несколько зловеще — темный силуэт с бледным лицом. Я хмуро отвернулась к окну, размышляя, что рассказать Эмилю, а что лучше оставить при себе.
Ладно, сначала нужно восстановить отношения, а потом уже открывать рот.
Хорошо, что взяла пистолет. Он хоть немного грел душу.
Вскоре мы были у особняка Эмиля. Перед джипом открывались автоматические ворота. За ними виднелась заасфальтированная площадка с большой клумбой посередине, в ней, кроме сорняков, ничего не росло еще со времен старого мэра.
Дом был большим, двухэтажным и даже подавлял. Как здесь можно жить, не понимаю. От ворот открывался вид на центральную часть и правое крыло. Свет горел лишь в нескольких окнах — в холле на первом этаже, каморке охраны и кабинете Эмиля.
Джип осторожно объехал клумбу по кругу и остановился у парадного входа.
На крыльце меня встретил охранник, он стоял на верхней ступеньке, засунув пальцы за ремень.
— Здравствуйте, Яна Сергеевна, — вежливо сказал он. — Как добрались?
— Чудесно, — сварливо ответила я, и охранник открыл дверь.
Когда я попала в холл, Эмиль спускался по лестнице. Он остановился, и мы разглядывали друг друга, пока он, наконец, не сказал:
— Ты вернулась, — таким тоном, словно до последнего в этом сомневался.
— Вернулась, — подтвердила я.
Сначала показалось, что Эмиль не сильно изменился, но вдруг заметила несколько новых морщин на лбу. Уголки губ отвисли, придав и без того жесткому лицу злобное выражение. Крупные, грубые черты дисгармонировали с мягкими светлыми волосами, в которых прибавилось седины. У нас значительная разница в возрасте — пятнадцать лет и сейчас она стала заметна.
Кажется, должность мэра оказалась тяжелее, чем нам казалось.
Эмиль так же жадно разглядывал меня.
— Отлично выглядишь, — заключил он.
— Ты тоже, — покривила я душой.
— Идем наверх.
Я пожала плечами и начала подниматься по лестнице. Было слегка неуютно рядом с ним — чувство знакомое до боли.
По лицу трудно судить, но вроде бы Эмиль мне рад. Так почему я нервничаю? Вопрос остался без ответа. Как и все вопросы в этом доме.
Кабинет Эмиля, остался прежним. Он немного изменил интерьер, местами провел ремонт и забросил. Кабинет по-прежнему напоминал дешевый офис — пластик и жалюзи, стандартная мебель. Шкаф покрылся слоем пыли. Эмилю было не до дизайна и уборки.