Продавец крови
Шрифт:
Он был сам не свой, поняла я. Во время нашей встречи в «Фантоме» все было отлично. Неприятности грянули потом. С понедельника Эмиль начал звереть.
И вел себя странно: полез целоваться вместо того, чтобы предложить место городской охотницы. Я бы вернулась, он знал. Что-то тут не так.
Я поежилась, плотнее запахивая плащ — холодно. Гулять расхотелось.
— Может, поедем куда-нибудь? — предложила я и преувеличенно бодро добавила. — Не угостишь меня?
— Без проблем, — обрадовался он, и мы побрели обратно к воротам. Темнота впереди расступилась,
Но Эмиль полностью владел моими мыслями. Андрей сказал: «Ты его ахиллесова пята».
Я самой себе напоминала заезженную пластинку, но все-таки решилась:
— Как ты думаешь, а если силы Эмиля и его противника будут равны, а я примкну к другой стороне, это будет перевес? Или я много о себе думаю?
Влад остановился и задумчиво хмыкнул. Я смутилась под взглядом: наполовину оценивающим, наполовину раздраженным.
— Ты хорошо его знаешь, хороший боец, у тебя полно связей. Наверное, да. На его месте я бы постарался привязать к себе, как можно крепче.
Я слегка покраснела, вспомнив, как Андрей говорил, что на месте Эмиля меня бы шлепнул. Какие они разные…
— Ты мне все еще не веришь? — продолжил Влад, — Яна, все понимаю, но ты можешь о нем не говорить?
— Прости, — пробормотала я и пошла за ним к машине. Улыбка исчезла, как свет погасшей лампочки, как только он отвернулся.
Да, такая возможность была. Игорь рассчитывал именно на это, кажется, но обломался. Нельзя меня привлечь на свою сторону силой. Я могу оставить Эмиля сама, но если сделаю это — то всем сердцем.
Охотники это поняли. Значит, лучше не ходить одной.
Обещание я сдержала, и остаток ночи провела вполне неплохо. Расслабилась и вскоре сама не знала, чего хочу, и чем закончится вечер.
Зато чего хочет Влад стало предельно ясно. Намеки появились в каждом взгляде, словах, ненавязчивых прикосновениях. Он собирался закончить вечер в моей спальне, но при одной мысли об этом я цепенела от страха. Нет, он мне нравился… Но, когда он сделал первую попытку меня поцеловать, меня накрыло страхом.
Я рефлекторно отпрянула и улыбнулась, пытаясь сгладить неловкость. Влад не обиделся.
— Чего ты боишься?
Вместо ответа я отпила из бокала и почувствовала, что слишком плотно сжимаю челюсти. Злилась на себя, и невесть кого еще.
Влад ждал, и вдруг в глазах появилось понимание. Кажется, сообразил сам.
— В твоем бывшем муже дело?
Главное, не оправдываться.
— Не совсем, — у меня закружилась голова. Я натворю глупостей…
— Яна, он просто маньяк какой-то, — вздохнул Влад. — Ты ему не собственность. Ну что он сделает, если мы начнем встречаться? Перестань о нем думать.
Что сделает? Откуда мне знать?
Надеюсь, он никогда об этом не узнает. Очень хотелось поверить в эти аргументы.
Около шести утра я запросилась домой. День выдался тяжелым.
Во дворе я сделала попытку попрощаться. Меня слегка шатало от захватывающих приключений, я прислонилась спиной к стене рядом с подъездом. Над горизонтом
Влад взял меня за руку, и я с трудом подавила желание хихикнуть. Я и так слишком фривольно опираюсь спиной, слишком вольно улыбаюсь. Может он специально меня угостил? Не помню, когда я так себя вела в последний раз. Нет, помню… Ладно, не важно.
Во двор свернула машина и по нам скользнул свет фар. Я закрыла глаза, Влад принял это за приглашение — я не увидела, что он собирается меня поцеловать, но почувствовала дыхание на губах и снова отвернулась.
Да что со мной такое?
Он не отодвинулся, наоборот, плотнее прижал к стене. Но на лице появилась досада, такая, мужская — из разряда «я хотел, а она опять ломается».
— Я же спросил, Яна, — сдержанно произнес Влад. — Если ты несвободна, так и скажи.
Я вздохнула. Глупо: мне не пятнадцать, чтобы так дергаться.
Просто поцелуй.
Я знала, что до этого дойдет, когда шла с ним, знала, что может дойти до большего, но что-то меня держало. Может быть, это от неожиданности. Еще не привыкла к свободе.
Мой последний поцелуй был с Эмилем. Не тот, когда я его подстрелила, а нормальный — три года назад.
— Не злись, — вздохнула я. — Попробуй еще раз.
Все-таки он мне нравился. Давай: закрой глаза и вперед, ничего тут страшного нет, а мне нужно удалить вкус Эмиля из воспоминаний. Нужно просто привыкнуть. Влад снова наклонился, и я потянулась навстречу, обхватила его шею руками — немного скованно, но как сумела. Кожа под пальцами была теплой, но губы оказались прохладными — я прижалась к ним, открыла рот и на секунду застыла, как будто у меня есть возможность для последних сомнений.
Влад не стал ждать, так что можно сказать, что я отдала инициативу ему: ответила на поцелуй. И ничего страшного не произошло: небо на меня не упало, земля не провалилась под ногами. Просто поцелуй: приятный, неторопливый, первый.
Я рефлекторно сжала пальцы на его шее. Он прижал меня к себе.
Это совсем не было похоже на Эмиля: абсолютно ничего общего, и без привкуса крови во рту. Не хочу прощаться. В конце концов, можно ведь ненадолго задержаться, забрать вещи и поехать к нему?.. Вряд ли он откажется, правда?
Его рука полезла под блузку, деликатно, но щекотно и отрезвляюще. И тут меня что-то дернуло, словно ангел-хранитель подергал за плащ: какого черта я стою здесь, целуюсь с ним, и размышляю, не залезть ли ему в штаны? Он ведь меня чуть не пришил.
Но Влад так крепко притянул меня за поясницу, что сомнения становились все менее и менее уверенными…
— Ни хрена себе! — произнес приятный тенор с хрипотцой откуда-то сбоку. — Это не твою Яну там тискают?
Ласковые руки под блузкой исчезли, и Влада впечатало в стену рядом со мной. Феликс, ухмыляясь с какой-то радостной злобой, вдавил его лицом в кирпичи и приставил к голове пистолет. В слабом рассветном свете блеснула сережка в ухе, глаза закрыты солнцезащитными очками.