Продавец крови
Шрифт:
Лицо Андрея было испачкано кровью: особенно справа, куда пришлись выстрелы. Он поднялся, пошатываясь, огляделся, и взгляд снова вернулся ко мне. Сфокусированный, но пустой, он словно вспоминал, где находится.
Вполне возможно. Он говорил, у него бывают провалы в памяти после ранений.
Главное, чтобы узнал меня.
— Твою мать… — дрожащим голосом пробормотала я. — Андрей?
— Тихо, — сдавленно пробормотал Феликс. — Не зови… Я перед тобой стою.
Андрей кашлянул, но не сильно — словно подавился. Кажется, дезориентирован. Опустил глаза, словно потерял к нам интерес или
Я уставилась на деформированный кусочек металла — то, что это пуля я поняла по звяканью об доски.
Андрей потерянно осмотрел бойню, словно спрашивая: кто это их так?
Давай, вспоминай. Вспомни, кто я.
— Кто это? — изменившимся голосом спросил он, хрипло и слегка шепеляво. — Что случилось?
Я неуверенно выглянула из-за плеча Феликса. Андрей уставился на меня. В комнате не слишком светло — самые страшные повреждения скрывали тени. Да я и не хотела смотреть.
Шатаясь, он направился ко мне. Сжавшегося Феликса оттолкнул с дороги. Андрей смотрел мне в глаза, но будто не видел.
— Кармен, — наконец невнятно сказал он, и я выдохнула. — Не бойся, я в себе.
Я положила дрожащие ладони на липкие щеки, и медленно повернула к свету. Смотреть было страшно. Как выглядят два попадания в лицо из сорок пятого? Тусклый свет постепенно наполз на правую скулу, тени съежились. Господи боже… Пули вошли под правый глаз. Пол-лица вдребезги. Глаз вроде цел, но с огромным зрачком и белок в кровоизлияниях. Я сравнила зрачки: разные — пуля задела мозг или зрительный нерв.
При этом Андрей стоял и спокойно смотрел на меня, как оживший мертвец.
Я почувствовала, что меня мутит.
— Ты видишь правым глазом?
— Кармен, — нижняя челюсть почти не двигалась и косила набок, с окровавленных губ капало. Я пошатнулась, но Андрей поймал меня за плечи. — Все нормально.
У меня возникло ощущение, что комната завращалась. Я опустила голову, но перед внутренним взором еще стояло лицо моего друга из страны кошмаров. Я обессиленно уткнулась лбом в испачканное плечо, пытаясь перевести дыхание, взять себя в руки, хоть что-нибудь… От него пахло кровью и порохом. Андрей обнял меня крепко, сдавливая плечи, и комната, наконец, остановилась. Я стояла с закрытыми глазами и жадно дышала, надеясь, что меня не вывернет. Затем с облегчением обняла его в ответ. Пальцы на правой руке мелко и часто дрожали.
— Думала, тебя застрелили, — пробормотала я.
Он наклонился к моему уху и сказал, отрывисто, с паузами, словно ему трудно говорить:
— Ничего… Заживет, — голос звучал незнакомо, с придыханием, и сдавленно, словно ему что-то мешало.
Черт возьми, я была так рада, что поцеловала бы его, не будь он покалечен.
— Больно?
— Нет пока… Шок, — шепеляво ответил он и добавил что-то еще, но голос утонул в выстрелах.
Меня оглушило, сердце прыгнуло в груди, как ненормальное. Мы с Андреем отлипли друг от друга и обернулись: Феликс избавился от остальных. Он покосился на Андрея, но понял, что нападать тот не станет и расслабился. Обыскал по очереди карманы одного из напавших и сердито
— Нужно снять наручники, — бросил он. — Пора возвращаться, Эмиль там один!
Феликс судорожно искал ключи, но слишком медленно из-за скованных рук. Проверил несколько связок, но к замку ничего не подошло.
— Который их на тебя надел?
— Не помню, — огрызнулся он. — Все на одну рожу. И ключей нет!
Андрей недобро наблюдал за ним, но пока молчал. У них ведь серьезный конфликт был, как они оказались вместе? Он потерял к Феликсу интерес и повернулся ко мне:
— Кармен, почему ты раздета? — зрачки разного размера выглядели нездорово и пугающе, как глаза демона. — Что это на тебе?
Знаю, что он подумал.
— Да все нормально, — я потерла глаза ладонями, пряча неловкость, да и смотреть в эти жуткие зрачки не хотелось.
Продолжить я не успела — Андрей взял меня за руку. Я открыла глаза: он рассматривал прокол на сгибе локтя. Вокруг налился приличный синяк. Под эмоциями я забыла про травму, хотя локоть ныл.
— Кто с тебя пил? — поинтересовался Андрей. — Эмиль?
— Это не он, — пробормотала я, по тону догадавшись, что ему это не нравится.
— А кто? Добровольно ты не даешь, а насильно только он решится. Почему кольцо не надела?
Я заметила, что Феликс позади встревоженно встал и попятился. Андрей услышал скрип половицы и обернулся. Феликсу бы научиться держать лицо у брата, но страх выдал его с головой.
— Это ты? — Андрей недоверчиво прищурился. — Не понял, ты мне кровь не продаешь, еще и пьешь с моей подруги?
Феликс вжался в стену. Он успел подобрать оружие, но оно мало поможет. Крови здесь хватает, чтобы Андрей восстановился, а потом всем точно конец.
— Я даже не знал, что вы знакомы! — тенор предательски дрогнул, и я поняла, как сильно Феликс испуган. Он снайпера так не боялся, как Андрея. — Больше никогда, обещаю!
— Конечно, никогда, — согласился Андрей. — Сейчас зубы выбью, и вообще никогда больше.
— Яна! Скажи ему, что я тебя от пули закрыл!
Андрей сделал всего шаг, и Феликс бухнулся на колени. Я уже видела такое однажды — мольба о пощаде. Улыбка заискивающая, а в глазах страх. Я впервые подумала, что возможно, Феликс пришел сюда недобровольно.
С полминуты он наблюдал, как тот унижается, а потом ударил открытой ладонью по лицу. Не сильно, но Феликс покачнулся и оперся на стену, чтобы не упасть.
— За что? Я ее закрыл, — убито повторил он. — Она согласилась.
— Перестань! — я схватила его за плечо. — Надо сваливать.
— Я перегоню машину, — решил Андрей. — А ты, — бросил он Феликсу, — даже не думай сбежать, если хочешь еще раз увидеть свою девчонку.
Глава 49
Кобуры у меня не было, так что пистолет я положила на приборную панель.
Я сидела на пассажирском сиденье своей машины, поджав ноги, и пыталась согреться под курткой Андрея. Он сам сидел за рулем. В салон дул горячий воздух, но Андрей не дал закрыть водительскую дверь, и тепло улетучивалось, как и не было.