Продавец троллей
Шрифт:
Гудвин подумал, что это была прекрасная мысль — сказать, будто бы он вошёл в башню с помощью магических средств. Блефуя таким образом, он рассчитывал вести разговор с Кастанаком на равных и выиграть словесную схватку с колдуном. Но его слова произвели на Кастанака совершенно неожиданное действие! От злости у волшебника оттопырилась борода, и хотя по его лицу было заметно, что он нервничает, его выражение так же ясно говорило о том, что волшебник не на шутку разъярился. Кастанак выпрямился и медленно поднял свои длинные тонкие руки. Чёрный плащ свободно висел у него на плечах, и чародей всё больше становился похож
— Если это чёрная магия и вы пришли сюда, чтобы похитить мои знания и поставить их на службу тёмных сил, то берегитесь! Гнев Кастанака ужасен! Знайте, что я использую всю свою силу, чтобы защитить великие книги. Клянусь моим именем! Я, Кастанак-Бернар-Лионель Састрафен, говорю вам, что буду до последнего отстаивать наследие моих предков и их дело!
Гудвин так и остался с раскрытым ртом, не в состоянии вымолвить ни слова. Такого он никак не ожидал, но разъярённый Кастанак по-прежнему высился перед ним, обрушивая на него свой гнев. Тень волшебника, казалось, затмила весь свет, и Гудвин чувствовал себя так, словно его загнали в мышиную норку, где он стиснут со всех сторон стенами. Но как раз в этот миг на шкаф зашмыгнуло какое-то маленькое проворное существо, пробежало вдоль него, пока не очутилось над головой Кастанака, и сорвало с его головы высокую шляпу. После этого существо одним прыжком соскочило со шкафа на лестницу и со шляпой в руке скатилось вниз по перилам.
— Боффин! — От злости глаза Кастанака сощурились и превратились в узкие щёлочки. — Это уж слишком, Боффин! Я превращу тебя в грелку для чайника! Ты же знаешь, что моя сила не действует без шляпы!
Кастанак вдруг словно бы стал меньше ростом. Куда только девался его грозный вид! Гудвин ничего не мог поделать с собой, ему стало просто смешно. Грозный волшебник был обезоружен — вернее сказать, обесшляплен — маленьким троллем в самый ответственный момент! Но Гудвин постарался не показывать, как это его насмешило, потому что сейчас его занимало то, что только что сказал Кастанак. Он едва мог поверить, что не ослышался.
— Неужели вы хотите сказать… — запинаясь выговорил Гудвин. — Вы хотите сказать… Как, вы сказали, звучит ваше имя?
— Кастанак-Бернар-Лионель Састрафен, — важно ответил Кастанак. Он старался сохранить достоинство, несмотря на потрясение, испытанное от потери шляпы.
— Вот это да! — воскликнул Гудвин. — В таком случае я должен вам кое-что объяснить, как, впрочем, и вы мне, со своей стороны, тоже!
— Что всё это значит? — спросил Кастанак. Гнев его, судя по всему, немного остыл после того, как Боффин утащил шляпу.
— Лучше уж я все сразу объясню, — начал Гудвин. — Но позвольте мне сначала сказать, что я не занимаюсь чёрной магией и пришёл не для того, чтобы похитить ваши знания. Можете об этом не беспокоиться. По-видимому, вы приходитесь родственником некоего Арсена Састрафена. Если бы я это знал, то пришёл бы к вам, постучавшись в дверь, вместо того чтобы залезать по дереву на балкон. Я должен перед вами извиниться, месье Састрафен!
— Гм-гм! — проворчал Кастанак. — Забудем об этом. Да, Арсен Састрафен — мой прапрадедушка. Но я был бы вам очень обязан, если бы вы любезно объяснили
— С величайшим удовольствием, — сказал Гуд-вин. — Но сначала, уж извините меня, я на минуточку выйду. Дело в том, что во дворе меня ждут двое моих друзей, которые, как мне кажется, за меня беспокоятся. К тому же, насколько я знаю, им бы ужасно хотелось знать, о чём мы с вами говорим, да они и сами могут дополнить эту историю.
— Я все меньше и меньше понимаю, о чём идёт речь, — нетерпеливо вставил Кастанак. — И пока вы не скажете мне, как вы тут очутились, я, наверное, ничего не смогу понять.
— Ну что вы! Уверяю вас, всё станет ясно, как только мы с друзьями расскажем вам всю историю. Слушайте, что я придумал! А не согласитесь ли вы принять наше приглашение и отобедать с нами в трактирчике у дороги? Мы там остановились, и там хорошо кормят. Тогда мы спокойно, никуда не торопясь, объясним вам все, и вы узнаете, что к чему.
Немного подумав, Кастанак ответил:
— Я совсем не понимаю, какое отношение вся эта история может иметь ко мне и моей работе, и при сложившихся обстоятельствах у меня нет лишнего времени, чтобы тратить его неизвестно на что. Но вы пробудили моё любопытство, и, кроме того, во всём этом кроется какая-то тайна. Вообще-то я никуда не выхожу из дому и совершенно не горю желанием вести разговоры в трактире, где их может подслушать любой желающий. Я должен соблюдать большую осторожность! Давайте уж лучше пригласим ваших друзей ко мне и приходите через два часа после наступления темноты. Тут мы можем поговорить спокойно.
Гудвин кивнул и попрощался с Кастанаком.
Выйдя из башни, он, насвистывая, пошёл по тропинке и вскоре повстречал Бомстафа и Анри. Они не могли поверить своим глазам, увидя Гудвина, который, руки в брюки, неторопливой походкой шёл им навстречу, насвистывая и не замечая ничего вокруг, погруженный в глубокомысленные размышления.
— Как же ты оттуда выбрался? Не околдовал ли он тебя часом? Эй! Ты нас узнаешь? — набросились они на него с вопросами, перебивая друг друга, а Гектор стал прыгать на Гудвина, стараясь лизнуть его в лицо.
— Выбраться? — удивился Гудвин. — Ну, это была не проблема! Мы немного поговорили с Кастанаком, обсудили кое-какие вопросы, и он пригласил нас всех на чашку чаю сегодня вечером, — бросил он через плечо, устремив свои стопы в направлении трактира. Бомстаф и Анри, приготовившиеся к тому, что им придётся брать штурмом башню и спасать Гудвина, посмотрели друг на друга, да так и остались с разинутыми ртами.
— На чашку чаю в башню! Для того чтобы превратить вас в фарфоровые чайники! — добавил от себя Кастанак-попугай.
Вечерняя встреча в Башне
Точно в назначенное время, ровно через два часа после наступления темноты, в дверь башни постучали. В окнах не видно было ни огонька, в башне Кастанака только в лаборатории горели масляные лампы. Со стеариновой свечой в руке волшебник спустился вниз и отворил тяжёлую дверь. Он ожидал троих гостей: Гудвина и двоих его друзей, он думал, что это будут такие же взрослые люди, как Гудвин. Выглянув за порог, Кастанак немного удивился. Но предстояли ещё другие неожиданности! Впереди стоял черноволосый мальчик с необычайно живой рожицей.