Продажная

Свет софитов выжигал душу сильнее пожара. Но моя улыбка, украшенная помадой цвета холодной вишни, все тщательно скрывала. Ни один человек не смог бы догадаться, что мои губы искусаны до крови, а тело до сих пор бьет легкая дрожь. Никто из них не сможет меня запомнить, поскольку на моем лице кожаная маска, которая хоть и не скрывает его полностью, обнажая скулы, кончик носа и щеки, но ее достаточно, чтобы на улице в меня никто не тыкал пальцем.

Выходя на сцену вместе с другими девушками, я заранее провозглашаю себя товаром.

Здесь нас негласно прозвали «рабынями», которые ждут своего господина, чтобы ублажить его беспрекословным подчинением.

Мы стоим практически обнаженные, лишь тоненькая ткань прикрывает самые пикантные места. Я чувствую, как в спину дует легкий ветерок, но я больше не вздрагиваю, и мое сердце уже не колотится, когда я вижу, как один из администраторов клуба шепчется с неизвестным мужчиной, а затем делает знак рукой, чтобы я подошла.

Пока я подхожу к ним, успеваю оценить клиента. Не молод, но и в старики его записывать рано. Думаю, ему немного за сорок, может сорок пять, не более. Это плюс, поскольку моими гостями чаще всего становятся или очень молодые юноши с заниженной самооценкой, которые находятся только в самом начале своего сексуального пути, или же настоящие старперы, плотно сидящие под каблуком у своей жены и отчаянно нуждающиеся в том, чтобы хоть где-то почувствовать власть в своих руках.

Он стоял прямо за моей спиной. Мужчина, который не произнес ни слова, пока мы шли по коридору. Обычно уже там меня начинают лапать и высказывать свои фантазии, однако он оставался равнодушным до того момента, когда дверь не закрылась на ключ.

– Развернись, – властно приказал он.

Я покорно повернулась к нему, сразу же наткнувшись на презрительно внимательный взгляд темных глаз. Его ладонь легла мне на затылок, сильно его сжав, а затем он распустил пучок собранных волос, которые, только почувствовав свободу, рассыпались по плечам.

В следующий момент он одним резким движением сорвал с меня маску. Черная ткань упала к его ногам.

На моем лице отразилось сразу несколько эмоций, начиная от удивления и заканчивая страхом, что теперь меня узнают. Я всегда встречалась с клиентами в ней. И не чувствовала себя обнаженной, хотя на мне кроме этой кожаной маски ничего не было.

– Что вы делаете? – повысила голос я. Это было нарушение, поскольку нам строго запрещалось повышать голос на клиентов, – Так не… – он не дал мне договорить, сжав мой подбородок до покраснения.

– Здесь я устанавливаю правила, – процедил мужчина.

Он развернул меня обратно. Я не видела, что он делает. Это меня немного пугало, и я старалась ориентироваться на слух.

Это было похоже на звук снимающегося со штанов ремня. Обычно он был неуловим, но в полной тишине слышался отчетливо.

Я вся напряглась, а в следующую секунду почувствовала сильный шлепок по ягодице. Затем второй раз, третий, и вскоре я сбилась со счету. Довольно долгое время стоя за моей спиной, неизвестный продолжал безжалостную порку, от чего в помещении раздавался характерный свист.

Сначала я стойко выдерживала удары, а потом мои ноги начали подрагивать. Это все напомнило один момент из моего прошлого, который я мечтала забыть.

В

какой-то момент я начала терять равновесие, но мужчина меня подхватил и больно впечатал в стену, отчего я поморщилась. Он поднял мои руки вверх над головой и, доставая из кармана брюк наручники, зафиксировал их в таком положении.

– Неплохая мордочка, – усмехнулся неизвестный, глядя сверху вниз, – но пора оголять твой зад.

Он стянул с меня белье, от которого было только одно название. Легкая ткань поддалась сразу. В это же мгновение в сторону откинулись его штаны.

В меня вошло сразу два пальца. На секунду я зажмурилась, стараясь привыкнуть к этим ощущениям. Не сказать, что мне было больно, я уже столько испытала, что доставить мне серьезную боль уже сложно, но было неприятно. Они двигались так усиленно, что мне показалось, будто его цель не приятно провести время, а просто разорвать мои внутренние органы.

– Боишься боли?

Я отрицательно покачала головой.

Мужчина оскалился, вынимая из меня пальцы. Я судорожно вздохнула, но в следующий момент туда вошло сразу четыре пальца. Крик вырвался из моей груди, и я дернулась вперед, но он толкнул меня обратно к стене свободной рукой.

Он продолжал долбить меня пальцами, пока по лицу ручьями не начал бежать пот.

Когда он достал из меня свои пальцы, на какое-то время я почувствовала облегчение. Это было что-то вроде отдышки между поркой, от которой у меня до сих пор все горело, и его рукой.

Когда он снял с меня наручники, я не смогла удержаться и упала коленями на пол.

– Правильное положение, – одобрил мужчина.

Его упругий член вырвался из черных боксеров. Он врезался в мои губы, которые тут же приоткрылись, впуская внушительного гостя внутрь. Ствол сразу уперся в горло, снова поражая меня своими размерами, и я начала усиленно сосать. Этот человек вызывал у меня страх, поэтому я старалась сделать все как надо.

Я водила языком вверх и вниз, вырисовывая различные узоры на чувствительной плоти. Особое внимание я уделяла головке, комкая ее губами и старательно вылизывая языком. Мои движения были очень резкими и быстрыми, голова стремительно взлетала и опускалась, чтобы я могла достать до прохладных яиц и тоже обласкать их мокрым языком.

Мои руки уперлись в его бедра, так я могла удерживаться в сидячем положении, поскольку, когда член проникал в мой рот, я немного покачивалась.

Доминанта намотал на кулак копну моих волос и, дождавшись пока я выну член изо рта, приподнял меня вверх, заставляя посмотреть ему в глаза.

– А теперь я хочу, чтобы ты встала на четвереньки и начала целовать мои ноги.

Я опустилась на пол и припала к его ногам, осыпая поцелуями кожаные ботинки. Видимо, ему было мало, ибо через секунду мужчина добавил к этому свой ремень и стал ударять меня по лопаткам и спине, по всем тем местам, которые не затронула первая порка.

Это длилось довольно продолжительное время, и я начала тихо стонать от каждого удара.

– Я не слышу тебя, – рыкнул неизвестный, и я тут же подняла на него свое раскрасневшееся лицо, к которому уже стали прилипать пряди волос.