Продром
Шрифт:
— Альму мы заберём с собой, — отрезал я. Староста хотел было возразить, но, встретив мой взгляд, тут же заткнулся и, кажется, едва не упал в обморок.
Говорить с ним больше не хотелось. Я банально боялся не совладать с собой и треснуть его по башке посохом. Так что я зашагал прочь, а Альма последовала за мной, прокричав перед этим в лицо оторопевшему старосте кучу ругательств, иногда, правда, путая род используемых прилагательных. Староста на ругательства никак не отреагировал — видимо, привык к подобному поведению девушки, или же его больше заботила столь явно исходящая от меня угроза. На краю площади я заметил уже знакомого гнома и, подозвав его, попросил показать
Шахта располагалась неподалёку. Выход из поселения, через который можно было пройти к ней, помимо вала имел ров, утыканный острыми палками, а воротами служила белая шипастая штуковина, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся чем-то вроде осколка огромной ракушки или панциря какой-то диковинной твари. Из-за халуп поблизости за нами настороженно наблюдали как минимум с десяток гномов, но подходить никто не осмеливался.
Мы без труда отодвинули ракушку, она оказалась неожиданно лёгкой, и вышли за вал. Где-то в сотне метров впереди виднелась стена каверны, а в ней зиял проём шахты, к которой вела протоптанная даже не тропинка, а прямо-таки дорога. Строго говоря, эту дыру в стене нельзя было назвать шахтой, поскольку в проёме не было заметно следов чьей-либо деятельности. Да, вокруг была навалена груда камней, в некоторых даже угадывались правильные очертания как свидетельство того, что они подверглись обработке, кое-какие я бы даже назвал блоками, из одной скалы явно вырубался материал для строительства, но сам проём не был даже укреплён.
Гном за нами не пошёл, не стал прощаться и не предлагал нам остаться. Он сразу вернулся обратно, едва представилась такая возможность, и не успели мы отойти и на несколько метров, как услышали хруст задвигаемой на место ракушки.
— С этой стороны они явно боятся нападения, — заметил Ванорз.
— Прыг-скок, прыг-скок, — пропела Альма и вдруг присела на корточки и закрыла голову руками. — Приятного аппетита!
— Только прыгучих монстров нам не хватало, — проворчал Гильт, а Хамель приобняла девушку и помогла ей подняться.
У самого входа мы остановились. Если бы я ничего не знал об этом месте и просто проходил мимо, то решил бы, что это самый обычный зев очередной пещеры, каковых в последнее время мы видели уже великое множество.
— Где-то тут должно быть место привязки, — я завертел головой, осматривая близлежащие камни.
— Здесь, — указал Ванорз, как всегда оказавшийся самым глазастым.
Указанный камень был похож на кусок косо торчащей из земли стелы. В попытке осмотреть его получше, — мне показалось, что на нём было что-то высечено, — я прикоснулся к шершавой поверхности камня и у меня действительно выскочил запрос о стационарном месте привязки. Толком я ничего разобрать не смог, разве что нашёл множество высохших пятен крови, как на самой стеле, так и вокруг.
Привязавшись, — лучше возрождаться тут, чем в Меркаторе, — мы направились внутрь шахты.
Глава 18
Едва мы зашли в пещеру и остановились, чтобы осмотреться, как Альма нырнула за какой-то камень у стены и выскочила обратно, волоча за собой большой широкий меч размером с её собственный рост. Я обратил внимание, что далее по коридору имелось множество таких же укромных местечек, очень удобных, во всяком случае для гномов, чтобы спрятаться.
Гильт попытался было попросить у девушки меч, чтобы рассмотреть его поближе, но та никак не отреагировала на его просьбу. Она безучастно шагала вперёд, таща меч за собой по камням, отчего по пещере разносился режущий слух скрежет. Дварф лишь пренебрежительно фыркнул.
Я заглянул за те камни, откуда Альма достала своё оружие, и обнаружил кучу каких-то старых мешков и обрывки верёвки. Тем временем девушка продолжала удаляться в глубь шахты, и мы последовали за ней.
Через какое-то время Альма повернула к стене, на которой виднелись следы выработки, и, ловко крутанув мечом, вонзила его в скалу, после чего навалилась на него всем телом, используя как рычаг, и выломала из стены кусок породы.
— Какой варварский метод добычи, — прокомментировал это действие Гильт, пока мы оторопело наблюдали за происходящим.
Девушка размахнулась снова, но её удержала Хамель, положив ей руку на плечо и тихим голосом уговаривая прекратить. Как ни странно, Альма обернулась к ней и кивнула, остановив замах. Гильт подошёл и опустил свой молот на отваленный кусок породы. Этого вполне хватило, чтобы камень рассыпался в крошку. Дварф нагнулся, покопался в получившейся куче и, добыв несколько блеснувших кусочков, принялся с таким усердием изучать их, что чуть было даже не обнюхал.
— Железо, — наконец объявил он, — причём достаточно чистое.
Отбросив минералы в сторону и покопавшись ещё, он выудил из кучи маленький, похожий на капельку самородок и удивлённо присвистнул.
— Платина, — пояснил он и сунул находку в сумку. — Или это месторождение на редкость богато, или нашей малютке здорово везёт. — Выпрямившись и отряхнув руки, Гильт добавил: — Это лавовая руда, зачастую в ней попадаются драгоценные камни, рубины, сапфиры, оникс…
— Оникс мне совсем не помешал бы, — уцепился я за знакомое слово.
— Любые драгоценные камни нам не помещали бы! — воскликнул Ванорз.
— Однако мы здесь не за этим, — одёрнула нас Хамель. — Пойдёмте!
— Период близится к концу, — заметил я, и дварф согласно кивнул. — Давайте ещё немного углубимся, а потом устроим привал. Как раз пока мы спим, Гильт может покопаться в руде, заодно и посторожит.
— Плохой из дварфа сторож, если он занят рудой, — усмехнулась эльфийка. — Впрочем, идея неплохая, а посторожить могу и я.
Мы всё дальше и дальше продвигались по тоннелю, а он по-прежнему оставался прямым и широким. Пожалуй, тут вполне могли бы разъехаться две телеги. Радовало по крайней мере отсутствие ответвлений. Очень быстро тьма сгустилась и стала кромешной. Хамель извлекла из своей сумки маленький овальный бутылёк, который засветился слабым голубым цветом, как только она взболтала его содержимое.
Через пару часов мы решили наконец остановиться и разбить лагерь. Как только мы устроились на спальных мешках, — для Альмы эльфийка достала один из запасных, — Хамель раздала нам свёртки с едой. Гномиха буквально накинулась на съестное, едва только поняла, что ей предлагают. Поначалу она пожирала содержимое торопливо, бросая на нас агрессивные взгляды и прикрывая еду всем телом, будто опасаясь, что мы собираемся отнять её. Мы же молча протягивали ей один свёрток за другим, и она вскоре успокоилась, перестав походить на загнанное животное. Хотя всё равно ела она странно: иногда разламывала бутерброды на куски, чтобы положить их один на другой и откусывать по краям, то и дело перекладывала отломанные кусочки, а иногда отрывала от вяленого мяса полоски и махала ими перед глазами. Впрочем, от четвёртого свёртка она отказалась, проявив достаточную вменяемость в своём поведении. Хотя за угощение она нас так ни разу и не поблагодарила, принимая свёртки как должное.