Проект «Немезида»
Шрифт:
Там собрались люди. Сам директор Майерс. Человек с огромными усами – шериф Уотсон. И еще двое в костюмах – стоят у стола. Все напряженно вглядываются во что-то, разложенное на столешнице, и лица у всех более чем серьезные.
Директор Майерс выпрямляется и обращается к одному из незнакомцев:
– Так вы действительно не знаете? Ничего об этом не знаете? Да знаете ли вы, черт побери, хоть что-нибудь?!
Я вздрагиваю от неожиданности – и в этот самый момент директор перехватывает мой
Я мгновенно отвожу глаза, но уже поздно. Майерс продолжает что-то грозно выкрикивать, и дверь с треском захлопывается.
В животе у меня все переворачивается. Похоже, угодила я в переделку.
Побледневший Ноа смотрит на меня. Он что, тоже все это видел?
Но прежде, чем я успеваю у него спросить, двери спортзала распахиваются.
– Заходите, пожалуйста! – командует Человек с Ноутбуком. Похоже, тут уже успела собраться вся школа. Старшие ребята выходят через левую створку, мрачно ворча и потирая плечи.
– О, нет, только не прививка! – стонет Тоби. Волна страха катится по нашему классу.
Ноа сильно сжимает мне руку. Я отвечаю тем же.
Миссис Томпсон никак не реагирует на стон Тоби, что может означать лишь одно – он попал в точку. Мы плетемся за учительницей к раскладному столу, за которым сидит сурового вида женщина в очках с толстыми линзами. На баскетбольной площадке установлено восемь белых палаток. Из них, тоже потирая плечи, медленной струйкой сочатся первоклашки.
– Шприцы! – перешептываются Майк и Крис. Наши кошмарные подозрения сбываются.
Человек с Ноутбуком становится во главе нашей шеренги.
– Прошу выстроиться в алфавитном порядке по фамилиям. Кто услышит свою, делает шаг вперед и отвечает на вопросы доктора Паркер.
Нам нужно время, чтобы перестроиться. Миссис Томпсон подгоняет. Понимая, что рядом нам уже не оказаться, я выпускаю руку Ноа. Он еще несколько секунд не разжимает пальцы, потом, наконец, отпускает меня и вытирает влажную ладонь о рубашку.
– Извини.
– Да нормально все. – Я, спрятав руку за спиной, чтобы он не видел, тоже вытираю ее.
– Альбертсон Тобиас!
Тоби ковыляет вперед, его ноги заметно дрожат. О чем его спрашивает строгая женщина, не слышно. Моя фамилия начинается на «У», так что в шеренге я почти последняя. Один за другим моих одноклассников вызывают к столу, они отвечают на вопросы, затем скрываются в одной из восьми белых палаток. Наконец подходит моя очередь.
– Уайлдер Мелинда!
Я подхожу к столу.
– Возраст? – равнодушно спрашивает женщина.
– Шесть лет, – отвечаю я, скользнув взглядом по лицу миссис Томпсон. На
– Дата рождения?
– Семнадцатое сентября.
Опрос продолжается несколько минут. Я стараюсь отвечать четко и ясно, но не на все вопросы знаю ответы. Всякий раз, когда я запинаюсь, строгая женщина хмурится. Я слышу, как миссис Томпсон бормочет: «Откуда шестилетний ребенок может знать историю своих болезней?» Наконец доктор проставляет печати в каких-то бумагах, закрывает папку и указывает мне на последнюю палатку справа.
– Прошу в блок «Ф».
Я бреду через спортзал и ныряю под белую занавеску. Внутри стоит кресло, похожее на стоматологическое, а рядом, на раскладном столике, разложены медицинские инструменты. В глаза мне сразу бросается лоток со шприцами и оранжевая мусорная корзина с предупреждающими надписями.
Сердце уходит в пятки.
В палатку входит человек в белом халате, худой и седой, с голубыми глазами, сияющими над маской. Небрежно бросив стетоскоп на столик, он оттягивает маску к подбородку и улыбается мне:
– Ну, привет!
– Здравствуйте, – скрестив руки на груди, отвечаю я.
– Ну-ну, – человек в белом халате садится на корточки, так что наши глаза оказываются на одном уровне, – бояться нечего… – Он привстает, чтобы заглянуть в мои данные. – …мисс Мелинда, я доктор Харрис, приятно познакомиться.
– Мин, – бормочу я в ответ.
Его улыбка становится еще шире.
– Что-что, прости?
– Мин. – Я слегка повышаю голос. Этот доктор, кажется, приятнее остальных. – Меня зовут Мин. Терпеть не могу, когда меня называют Мелиндой.
– Что ж, тогда мы так и запишем. – Доктор с преувеличенной размашистостью вычеркивает что-то в данных и вносит новую запись. – Итак, имя – Мин, а не какая-то там Мелинда. Готово! Так гораздо лучше.
У него приятная заразительная улыбка. Я невольно улыбаюсь в ответ.
– Так вот, Мин, – начинает он, – не присядешь ли ты в это кресло-вертушку ненадолго. Обещаю, мы все будем делать плавно, медленно, шаг за шагом.
Я напрягаюсь, но подчиняюсь и карабкаюсь на высокое сиденье.
Доктор Харрис, в свою очередь, плюхается на маленький стульчик – тоже на колесиках.
– Я понимаю, что ты слегка взволнована: что, мол, такое мы сейчас будем с тобой делать, да?
Я медленно киваю. Он тоже наклоняет голову.
– Ну, так вот, волноваться совершенно не о чем. – Он что-то записывает. – Это исследование – превентивная мера, мера предосторожности. Надо убедиться, что ты здорова, и с тобой и дальше все будет хорошо. Понимаешь?