Проект «Немезида»
Шрифт:
Где-то открылась дверь. Сжавшись, я приготовилась к тому, что сейчас с меня сдерут шкуру, но вместо этого услышала, как та, первая дверь опять захлопнулась и тут же открылась другая. На стойке в приемной стоял служебный телефон. Некоторое время на нем мигала лампочка «Линия I», затем мигать перестала, но осталась гореть. Видимо, Майерс задержал один звонок в режиме ожидания, а сам взял трубку где-то в другом месте.
Но где? В конференц-зале? Это казалось единственным разумным предположением.
Я инстинктивно чувствовала опасность. Весь мир вчера, возможно, и был спасен, но директору Майерсу этого было мало.
– Ни шагу назад, ясно? Пропуска действительны в течение всего пяти минут.
Мы синхронно кивнули. Но выйдя в коридор, я, вместо того, чтобы идти направо, сразу повернула налево, и пробежала вдоль стены ярдов двадцать.
– Мин! Какого…
Я нетерпеливым жестом призвала его к молчанию, а сама внимательно уставилась на очередную дверь. Вела она в конференц-зал.
Окинув взглядом коридор, я приложила ухо к двери.
Гвоздь нервно тер подбородок.
– Ясно. Совсем спятила.
– Ш-ш!
Я слышала голос Майерса, но слов было не разобрать. Послушав так несколько секунд, я сменила тактику – легла на живот, распласталась на полу и, едва не сворачивая ухо в трубочку, приставила его к зазору между дверью и полом. Голос директора звучал отчетливей:
– Все случится очень скоро, – отрывисто говорил Майерс. – Вопрос нескольких дней. Здесь у нас все закончено, говорить больше не о чем. – Наступила короткая пауза, и директор снова заговорил, видимо, перебив своего собеседника. – Нет. Я не стану этого делать. Теперь уже пан или пропал, никуда не денешься. Вот и все, и ничего больше.
Волоски на моих руках поднялись. О чем это они?!
Еще одна пауза, более длинная. И когда Майерс снова заговорил, его голос звучал твердо и даже угрожающе.
– В таком случае позвольте и мне выразиться четко и ясно, генерал. Никто из «Немезиды» на территорию школы допущен не будет. Уотсон поддержит меня в этом. Проект, собственно, почти завершен. Бросить нельзя, все уже приведено в движение. Не выводите меня из себя перед самым концом операции.
И тут другой голос загрохотал надо мной:
– Что вы здесь делаете?!
Я вскочила. К нам направлялась миссис Гарсия с кипой экзаменационных листов в руках.
– Мин Уайлдер! Зачем вы легли на пол?
Гвоздь тоже удостоился ее недовольного взгляда, в ответ на который по-дурацки помахал рукой.
– Извините! – Я поскорее нацепила на спину рюкзак, чуть не грохнувшись снова. – Я уронила подвеску.
– Ну и?
Я шумно сглотнула.
– Что – ну и?
– Нашли ее? – Она говорила со мной, словно с ребенком.
Кивнув как китайский болванчик, я схватила Гвоздя под руку и буквально потащила по коридору.
– О да! Да! Нашла, спасибо! Gracias! То есть, я хотела сказать: извините. За всю эту суету. Lo siento. Adios! [24]
Добравшись до своего класса, мы тихонько пробрались внутрь.
– Что ты там делала? – настойчиво спросил Гвоздь, но урок уже начался. Мы вытащили пропуска и помахали ими, но мистер Хейлз просто сделал знак рукой: занимайте, мол, свои места. Выглядел учитель ужасно: на месте лица –
24
Спасибо… Мне жаль. Прощайте! (исп.)
Я ни на что не обращала внимания. Нетерпеливые взгляды Гвоздя тоже игнорировала. Мысли так и роились.
Немезида.
Снова это слово. После стольких лет.
Инъекции. Анализы. Пробы крови. Поездка в лес.
Никакой утечки пестицидов не было. Ничего похожего.
Но все равно происходит нечто очень серьезное. Настолько серьезное, что даже Молот не смог с этим сравниться.
Майерс сказал, что проект осуществляется прямо сейчас. Здесь. В Файр-Лейк.
И мы в центре событий.
У меня есть план.
Я сижу, согнувшись в три погибели, на южном берегу озера – прячусь за одной из хозяйственных построек летнего лагеря. Естественно, о смерти я сегодня думаю с самого момента пробуждения.
С четырнадцатилетием меня.
Все утро я провела, ни на шаг не отходя от мамы. Более того, я заставила ее проводить меня до автобуса, там села рядом с Гвоздем и тайком держала его за руку до самой школы. Зачем я это делала, он не понял, но и вырываться не стал. Три урока спустя я тихонько выскользнула через заднюю дверь.
И вот передо мной летний лагерь Библейского Содружества «На краю звездного неба». Старый, видавший виды учебный объект до следующего месяца закрыт. Раньше я никогда здесь не бывала, но в этом-то все и дело. Не бывала – значит, человеку в черном костюме не придет в голову искать меня здесь.
А если не найдет, то, стало быть, и не убьет. И я даже еще успею на вечеринку.
Я уже устала ломать себе голову, зачем им это понадобилось, но Сара и Джессика настояли на том, чтобы торжества по случаю дня рождения Ноа распространились и на меня. Именинный пирог. Боулинг. Они даже арендовали какое-то помещение для танцев. На праздник собирается весь наш класс, и, как ни странно, – наполовину в мою честь. Во всяком случае, на приглашениях черным по белому значится «Мин Уайлдер». Просто чудо какое-то.
Так вот, я побуду здесь до наступления темноты, а потом помчусь прямо в клуб «Семь-Десять». Этот план сработает. Должен сработать.
Шорох листвы за спиной. Я резко разворачиваюсь назад, все тело напряжено. Из-за деревьев показывается косуля, настороженно смотрит на меня. Затем начинает щипать клевер на лесной опушке.
Прикрываю глаза. Вздыхаю. Начинаю волноваться, что просчиталась, перемудрила. Я ведь могла пойти в закусочную Дейла или в библиотеку. И там, и там всегда полно народу. В публичном месте человека не прикончишь.