Проект «Сфинкс»
Шрифт:
Воронов повольготнее расположился за столом. Внутренне напряжение, вызванное сомнениями и неуверенностью, прошло, и он вновь почувствовал, что удача бродит где-то рядом. «Еще несколько усилий, несколько шагов — и мы найдем с ней друг друга, — подумал он. — Вопросов у меня действительно накопилось немало. И услышать на них ответы не помешает».
— Давайте поговорим, — сказал он уверенным тоном. — Я не буду спрашивать — замужем вы или нет, так как боюсь, что мое любопытство может наткнуться на скалку. — Лиса улыбнулась и утвердительно кивнула. — Вопрос первый: как вы могли допустить смерть моего деда, ведь он мог бы
— Мы не смогли просчитать все комбинации действий противника, — ответила Лиса, нисколько не смутившись. — Для охраны вашего деда был выделен человек, но он не успел предотвратить его смерть и сам едва не погиб. Согласитесь, ваш дедушка был не совсем обычный человек. Кто мог предположить, что он пойдет на такие крайние меры? Он спасал вас, и его квартира стала ловушкой для одного из врагов.
— Как и его смерть — фактом, — с горькой иронией добавил Николай, тяжело вздохнув.
— К его смерти мы не имеем отношения. Трагическая случайность. Еще вопросы ко мне имеются?
— Да. — Ник отхлебнул из чашки кофе. — Сигареткой угостите? А то мои закончились еще ночью.
Лиса протянула Воронову открытую пачку сигарет и зажигалку.
— Спасибо. — Ник достал сигарету, закурил. — Расскажите о себе… то есть о вашей группе. Я имею право на подобную информацию?
— Безусловно.
Девушка вкратце рассказала об обязанностях членов команды.
— А вы? — спросил Ник. — Что входит в ваши обязанности?
— Видите ли, Николай, на самом деле у нашей организации более широкие задачи, чем банальные убийства. — Лиса обворожительно улыбнулась. У Николая по пояснице пробежали приятные мурашки. — Я — решаю эти задачи. Это моя работа. Я сотрудник организации, которая занимается анализом научных разработок, попадающих в поле зрения спецслужб, которые в будущем могут быть использованы для нужд национальной безопасности. По совместительству занимаюсь психоанализом сотрудников, чтобы успеть вовремя предупредить какой-нибудь безумный фортель с их стороны. В тренировочном процессе, проводимом нашей группой, я занимаю должность инструктора по выживанию и провожу специальный психологический курс включения резервных возможностей организма в экстремальных ситуациях. Надеюсь, полностью удовлетворила ваше любопытство?
— Почти, — ответил Ник и задал вопросы, которые давно крутились у него на языке: — Что будет дальше? Какую роль во всей этой истории отвели мне?
— Полагаю, роль проводника по воспоминаниям вашего дедушки, — Лиса сказала это так умиротворенно, как мать говорит ребенку, меняя пеленки. — Я была против вашего непосредственного участия в этой миссии, но получила отказ от Шельги. Чем-то вы ему приглянулись. Вы должны сделать перевод текста рукописи и передать эту информацию Василию Ивановичу. Нам нужен компас и человек, создавший его. К тому же на вас возлагается еще одна обязанность: разбавить нашу команду двумя-тремя толковыми учеными, которые умеют держать язык за зубами. Подадите список этих людей вместе с расшифровкой текста дневника сегодня вечером. Кофе допили?
Ник кивнул.
— Тогда приступайте к работе, — продолжила девушка. — У нас слишком мало времени. Надеюсь, наш разговор останется между нами. Шельга приедет сегодня к пяти часам. Завтра вечером вас отвезут в наш тренировочный центр.
— Центр? — встрепенулся Ник. — Зачем?
— Пройдете
— А без этого никак нельзя обойтись?
— Нет. Хотите выжить — учитесь, пока не поздно. Забыли рекомендацию Суворова?
— Тяжело в учении — легко в бою? — Ник вспомнил крылатую фразу легендарного генералиссимуса.
— Так точно, — по-военному подтвердила Лиса. — К тому же вам не помешает ознакомиться поближе с кое-какой техникой. Малыш поможет с этим. И не переживайте так сильно. Рядом будет подготовленная команда, способная постоять за себя и помочь другим. — Девушка взяла руку Николая и развернула ладонью вверх. Ради этого прикосновения он готов был поехать куда угодно, хоть на край света, лишь бы и дальше чувствовать тепло этих пальцев. — Да и линия жизни у вас очень длинная.
— А любви? — поинтересовался Ник.
Ответа не последовало. Девушка поднялась со стула и ушла, закрыв за собою дверь.
Николай почувствовал себя одиноким, словно солнце ушло на другую сторону планеты, окутав землю мраком. Он сидел на кухонном стуле и усмехался. Левый уголок рта усмехался. Некоторые из чувств обладают разрушительным потенциалом. И одно из них — отображала линия на его ладони.
11. Эвакуация
Ноябрь 1946 года. Антарктида.
Секретная подземная база «Черное Солнце».
— Фу, ну и запах, — отшатнулся один из солдат от обгорелого трупа Майера.
Другой нагнулся, поскреб ножом наполовину оголенный череп, покрытый на макушке черной коркой.
— От этой гадости почти ничего не осталось, — констатировал он, с отвращением рассматривая останки паразита. Затем развернулся к Штольцу и отрапортовал: — Все в порядке, господин штандартенфюрер! Тварь уничтожена!
— Занять оборону! — приказал комендант. — Если это существо можно хоть как-то уничтожить, пусть даже по кусочкам, то мы это сделаем!
Из тоннеля раздался леденящий душу вой, от которого у людей похолодели сердца. Лица их сделались мертвенно-серыми.
Солдатам потребовалось всего несколько мгновений, чтобы занять оборонительный рубеж.
Существо больше не издало ни звука. Оно затаилось, словно чего-то ждало.
Нависла тишина. Слышалось лишь учащенное дыхание людей и бряцанье оружия о камни.
— Почему оно затихло и не появляется? — шепотом спросил Штольц у Фогеля. — Как думаете?
— Дайте время, — ответил доктор. Его слова прозвучали как вздох. — Вы говорили, что нам нужно убираться отсюда? Чего мы ждем? Ведь вы обещали мне, что мы сразу же уйдем из этого места!
— Подождите немного, — заартачился Штольц. — Нельзя терять шанс закончить всю эту канитель в свою пользу. Вы видели, что произошло? Оно боится огня! Сожжем его и точка!
— Вы с ума сошли! — громко воскликнул Фогель. — Прекратите это безумие! Давайте уберемся отсюда как можно быстрее! Сейчас дорога каждая секунда! Вы погубите всех нас и себя в том числе!
— Чепуха! — отрезал Штольц, напряженно всматриваясь в темноту. — Оно должно появиться, обязательно должно. У него нет другого выхода. Мы заперли тварь в ловушке и теперь у нее есть только один выход: пройти через нас. Я заставлю ее заплатить сполна за гибель моих солдат и все свои неудачи.