Проект «Вальхалла»
Шрифт:
Раздражение Вентури выместил на машине, рванув с места так, что чуть не протаранил бок неудачно припарковавшегося «фиата».
Вентури плохо знал биографию своего шефа, иначе он еще больше пожалел бы о визите к начальнику полиции. В годы войны тот был «чернорубашечником» и поклонником Муссолини.
Прошлое не помешало его карьере. После войны, несмотря на протесты коммунистов, бывшие офицеры фашистской полиции вновь оказались на своих местах и были повышены в чинах — им даже зачли в общий «трудовой стаж» пребывание в плену у союзников. Правительство оказывало «проверенным кадрам» явное
Кристиан включил телевизор. Прежде он презрительно называл его «ящиком для дураков». Но после возвращения из Японии он чувствовал себя выбитым из привычной колеи и, чтобы отвлечься, каждый вечер усаживался перед экраном. На этот раз разыгрывалось какое-то шоу. Смысл шуток плохо доходил до него. С досадой он выключил телевизор, взял рукопись статьи, оставленной Хорстом, и стал читать.
«Арестованные за последнее время в Федеративной республике несколько десятков неонацистов из разных групп получали финансовую помощь и оружие из-за границы. Помощь правым экстремистам поступала главным образом из США и Бельгии, каналы доставки денег и вооружения обеспечивали группы поддержки «коричневого фронта» — организации, которая продолжает оставаться недосягаемой для полиции многих стран.
Служба безопасности, как мне удалось выяснить, знает, что на встрече в Париже французская организация «Оксидан» — «Запад» предложила собратьям из ФРГ оружие, обмундирование и взрывчатые вещества, необходимые для производства бомб. Группа «Оксидан» подозревается в организации многочисленных взрывов во Франции, в том числе и в парижском клубе «Медитеран». За границей немецкие неонацисты находят надежное убежище у соратников по движению в США, Швейцарии, Бельгии и Дании. Компетентные лица в Интерполе неофициально говорили мне, что за этим «распределением труда» чувствуется единый центр, планирующий и организующий действия.
В этом году во Франкфурте-на-Майне значительная группа неонацистов сделала попытку возродить НСДАП. Рассказывают, что на учредительное собрание прибыли важные гости из-за границы. Замысел был сорван, поскольку квартира, где они собрались, была — совсем по другому поводу — на подозрении у полиции, и патруль заинтересовался многочисленными посетителями этого дома.
Правда, арестовать никого не удалось из-за «недостаточной оперативности сотрудников полиции», как официально было объявлено, но в квартире обнаружили большое количество пропагандистского материала, нацистские эмблемы, оружие, обмундирование, взрывчатку. Среди бумаг — заявление группы о присоединении к «коричневому фронту»...
Фашисты второй половины XX столетия многому научились на опыте своих предшественников. На уровне идеологии, мировоззрения все осталось прежним, но тактика борьбы за власть изменилась. Они делают ставку на организацию наднационального масштаба, на создание Движенияодновременно во многих странах.
Вот уже некоторое время в неофашистских акциях в разных странах чувствуется чья-то направляющая рука. Существование координирующего центра праворадикальных групп в Западной Европе кажется мне очевидным.
Не так давно я получил достоверную информацию о том, что неофашисты вынашивают планы создания всемирной
Но их желание использовать антикоммунистическую лигу не означает, что у неофашистов нет собственной организации мультинационального масштаба. Это и есть «коричневый фронт», величайшая тайна правых радикалов. Тем не менее кое-какие сведения просочились сквозь стену секретности. Собираясь в ближайшем будущем посвятить «коричневому фронту» специальную статью, я хотел бы поведать читателям следующее...»
На этом рукопись, которую оставил Хорст, обрывалась. Верно, он забыл дать окончание, решил Кристиан.
Вечером Уолтер Смит, занимавшийся непонятной вспышкой в Атлантике, приехал в Лэнгли и сразу же отправился в приемную заместителя директора по разведке Аллена Фергюсона.
Возле лифта он столкнулся лицом к лицу с Джексоном и вежливо поклонился. В ведомстве Аллена Фергюсона недолюбливали управление планирования, но открыто демонстрировать антипатию помощнику Малькольма было бы верхом неблагоразумия. Джексон кивком ответил на приветствие, но, повнимательнее вглядевшись в Смита, остановил его.
— Вы как будто издалека?
Уолтер Смит настороженно кивнул: с чего бы это вдруг Джексон стал интересоваться его делами?
Помощник Малькольма взял его под руку и отвел в сторону подальше от любопытных глаз.
— Не удивляйтесь, что я расспрашиваю вас. Просто история с таинственной вспышкой оказалась в сфере наших интересов.
— Вот оно что, — протянул Смит, — и ваше управление забирает у нас это дело?
— Пока нет, но это не исключено. А у вас есть что-нибудь новое по вспышке?
Смит похлопал рукой по папке, которую держал в руке.
— Я как раз отправляюсь на доклад к Фергюсону. Мы выяснили кое-что: это, несомненно, была бомба. У наших ученых есть все доказательства. Нам помогли и специалисты ВМФ. Исследовательская лаборатория ВМФ определила, что гидроакустические эффекты были характерными для ядерного взрыва. Вы же знаете, их «электронные уши» прослушивают весь океан.
Джексон присвистнул. Интуиция не обманула его. Этот парень из разведки и не понимает, какую «бомбу» несет с собой в папке. Хорошо, что он успел, по крайней мере, перехватить Смита. Информация не должна распространяться. Почему директор не поручил это дело их управлению? Но как бы там ни было, а сообщение о бомбе помощнику президента должен передать, разумеется, его шеф Малькольм. Джексон протянул руку Смиту.
— Еще увидимся.
Джексон бросился в приемную своего шефа. Секретарша остановила его:
— У шефа люди.
Джексон вернулся в свой кабинет и оттуда позвонил Малькольму по прямому проводу.
Через минуту Малькольм зашел к нему и, плотно притворив дверь, спросил:
— А вы уверены?
— Абсолютно. И надо поторопиться.
По спецсвязи Белого дома Малькольм соединился с помощником президента по национальной безопасности Уайтом. Тот откликнулся как всегда бодрым голосом: