Проект "Вайнах"
Шрифт:
Впрочем, все это было из области теории, на практике же всеми владел страх. Потому что объявленное казарменное положение, в сущности, было арестом по месту службы. Плюс появление "мягко стелющих" следователей из "особого отдела", которые берутся за дело редко, да метко, и если уж взялись, то обязательно кого-то да посадят. Служба у них такая. Но допросы закончились ничем, следователи помурыжили ракетчиков разными каверзными вопросами, потом сложили в служебные папки протоколы допросов да и отбыли туда, откуда прибыли. Офицеры облегченно вздохнули,
— И когда им надоест толочь воду в ступе? — попыхивая дешевой "Примой", говорил немолодой подполковник с болезненно отекшим лицом и глубокими красными прожилками на щеках.
— Служба у них такая, безопасность страны блюсти. Мы страну охраняем, а они блюдут. Ее и нас заодно, — схохмил кто-то из молодых офицеров, баловней судьбы, которым не пришлось кормить гнус и комаров на дальних "точках", мерзнуть в полярных льдах или глотать пыль в бескрайних пустынях.
Диспетчерам невдомек было, что на самом деле произошло с БЖРК, и поэтому они выдвигали самые радужные версии.
— Шутка ли, на несколько часов вышел из-под надзора передвижной комплекс. Может, ракетчики решили подхалтурить перевозкой неучтенных грузов. Подрыв обороноспособности, такое дело если правильно раскрутить, то можно заработать звезды и на погоны, и на грудь, — продолжал хохмить кто-то из остряков.
— А мне сегодня следак сказал, что завтра с Лубянки привезут полиграф, — неожиданно проговорил молодой, но уже абсолютно седой капитан с блеклыми, как у рыбы, голубыми глазами. — Так что нас еще и через "детектор лжи" пропустят.
— Да, теперь чекисты узнают, как нам удается выживать, потому что на такую зарплату жить нельзя.
Все дружно рассмеялись, не смеялся только один человек. Майор Принцев, услышав о "детекторе лжи", почувствовал, как у него холодеют ноги. Один он знал, что на самом деле произошло с БЖРК и кто тому виной.
Все время с момента ЧП и до этой минуты он держался, убеждая себя, что это скоро кончится и все пойдет по-прежнему. Но теперь ему стало ясно: ничего не кончится, и его ждет позорный крест и не менее позорный суд. Длительный срок и потеря всех родственников, друзей, близких — это было невыносимо осознавать.
Затушив сигарету, Валерий Принцев бросил окурок в урну и не слеша прошел из курилки в туалет. Запершись в кабинке, он запустил руку в карман форменных брюк и вытащил маленький хромированный пистолетик, который по случаю купил на барахолке у спившегося ветерана. Обычно оружие лежало в его рабочем столе дома, но последний раз, отправляясь на дежурство, Валерий сунул его в карман. Для чего, тогда он еще не знал, теперь уже ясно.
Чтобы
Выстрел миниатюрного, похожего на игрушку пистолетика прозвучал неожиданно громко, оборвав смех в курилке.
Труп майора лежал, неестественно выгнувшись вокруг унитаза. Ноги согнуты в коленях, левая рука вывернута, глаза навыкате. Кафель на стене густо забрызган кровью и сгустками мозга. Когда эксперты перестали работать с покойным, чекисты снова смогли подойти.
— Откуда у него оружие? С момента объявления казарменного положения их ведь разоружили, — задумчиво произнес подполковник Бородин.
— Это не табельное, это личное, — сказал стоявший рядом Филипенко. Наклонившись к трупу, вынул из холодеющей руки небольшой блестящий пистолет. — "Курц", уменьшенная модель боевого пистолета "парабеллум", при том же калибре девять миллиметров. Пуля свинцовая, необолочная, при ударе сплющилась и вырвала дырку, как от помпового оружия.
— Разбираешься? — поинтересовался Бородин, этот парень все больше ему нравился.
— В молодости увлекался, потом по долгу службы пригодилось, — признался старший лейтенант.
— Это хорошо, что есть увлечения.
Вошел один из оперативников бригады, они сейчас в ускоренном режиме вели допрос офицеров, находящихся в момент выстрела в курилке.
— Ну, что нового? — по-прежнему рассматривая труп, Спросил Бородин.
— Все офицеры показали одно и то же, никакого повода стреляться у Принцева не было, он даже не принимал участия в общем разговоре.
— Просто с бухты-барахты пошел и бошку себе разнес, — съязвил подполковник.
— Один из офицеров неуверенно предположил, что майор в туалет вышел после разговора о полиграфе.
— А это уже теплее. — Юрий Иванович резко развернулся и уставился на оперативника, в его глазах с прищуром читался неподдельный интерес. — Вышел он один или был еще кто-то?
— Нет, один. Все еще оставались в курилке, — отчеканил оперативник.
— Думаете, его подставили? — не удержался от вопроса Филипенко.
— Нет, скорее всего нервы не выдержали, — не размышляя долго, ответил подполковник. — Продолжайте колоть ракетчиков, упор теперь делать на покойного майора Принцева. С кем общался, с кем дружил, к кому ходил в гости, кого к себе звал. А мы тем временем займемся любезным Валерием Леонидовичем, что называется, вплотную.
Со сменой вышестоящего руководства изменились и задачи батальона морской пехоты "Камышовый кот", используемого в зоне боевых действий для глубинной разведки.
Новый куратор батальона полковник Анисимов, в отличие от своего предшественника, предпочитал общаться с командиром батальона не по ВЧ, а отправкой кодированных радиограмм в стиле приказа по типу "выполнить и доложить".
Прибывшая утром новая шифровка превзошла по своей глупости все предыдущие.