Проект "Вайнах"
Шрифт:
— Слушаю вас, товарищ полковник.
— Не хотелось бы начинать наше сотрудничество с нравоучений, но другого выхода нет.
— Слушаю вас, — сдерживая злобу, проговорил как можно спокойнее Волин.
— Ваш батальон выполняет особое, я бы сказал, конфиденциальное задание, — затянул заунывную бодягу куратор. — Первое — вы должны собирать подробную разведывательную информацию, второе — нейтрализация непримиримых полевых командиров. При этом, заметьте, маскируя эти ликвидации под внутренние разборки
— Что?
— Вы устраиваете настоящую крупномасштабную войсковую операцию с использованием дальнобойной артиллерии и авиации. Вместо того, чтобы тихо зачистить Али Бекбея. И еще чуть ли не под угрозой оружия заставляете командование ВВС объединенной группировки вывозить ваших головорезов во время объявления перемирия. Что на все это можете ответить?
— Во-первых, войсковая операция была согласована с руководством ГРУ и полностью одобрена, — начал отчитываться комбат. — Во-вторых, мне плевать на перемирия, заключенные с бандитами, я не собираюсь бросать своих людей в тылу врага.
— Вы, товарищ подполковник, военный человек и должны понимать основу армейской службы: "Приказ начальника — закон для подчиненного". Иначе это будет анархия, — проговорил назидательным тоном Анисимов.
"Видно, в разведку из замполитов попал", — подумал Волин, со злостью сжимая трубку телефона, как будто это было горло говорящего.
— Второе, — продолжал полковник. — Больше Главное разведывательное управление не будет прикрывать ваши художества. Я уж постараюсь. Запомните, незаменимых нет, не справляетесь — найдем другого, не хотите подчиняться — идите на гражданку. Надеюсь, больше к этому вопросу нам возвращаться не придется.
Не прощаясь, полковник Анисимов оборвал связь. Несколько секунд Волин смотрел прямо перед собой, потом положил трубку на аппарат, с силой грохнул кулаком об крышку стола и выругался:
— Козел вонючий, крыса тыловая!
— Что такое? — не понял майор Козинец. Обычно после разговора по ВЧ настроение комбата было совершенно другим.
— У нас сменился ангел-хранитель, — стараясь успокоиться, сказал Волин. — Не удивлюсь, если батальон переподчинят местным большим звездам, а те на радостях погонят нас цепью в атаку.
— Господа офицеры, — в блиндаж ввалился капитан Ким. Узкие глаза начальника батальонной разведки горели воинственным огнем. — Только что получен радиоперехват. "Духи" атаковали штаб сводного полка внутренних войск в предгорье. Перемирие в очередной раз похерено.
— Так, так, — задумчиво произнес Волин. Он посмотрел на Козинца: — Олег, подготовь детальный план ликвидации Горца, и как можно быстрее.
— Будем продолжать дергать тигра за хвост?
— Будем.
Тяжелый
Эти машины двигались за "Рено", как будто были привязаны к нему невидимой веревкой. Причина такого фанатичного преследования была очень проста, все дело было в грузе. За теплоизоляционной стенкой передвижного морозильника был спрятан еще один вездеход "Хаммер", в кузове которого лежал необычный и очень дорогой груз.
В "Чероки" сидело пятеро боевиков, прошедших горнило войны, потерявших в этой войне всех близких и нисколько не ценящих свою жизнь. Им и предстояло ее отдать, если в пути с машиной что-то произойдет.
Комфортабельную "Тойоту Лендкрузер" занимали руководители этой фазы проекта "Вайнах": рядом с угрюмым водителем сидел Имрам Магамедов, а на заднем сиденье развалился Али Гадаев. Бывший уголовник Гадюка выглядел не особо здоровым. Смуглая кожа его побледнела и стала серого цвета, под запавшими глазами черные круги, на фиолетовых губах появился белый налет.
— Как мне все это надоело, — облизывая пересохшие губы, простонал Али.
Сидящий впереди Имрам недовольно скривил физиономию, потом глянул на приятеля в зеркало заднего вида. Зная взрывной характер уголовника, добродушно произнес:
— Потерпи немного, еще два дня — и будем дальше двигаться с настоящим комфортом. А сегодня отдохнем, расслабимся, раз наши водилы решили здесь заночевать.
— Расслабиться — это хорошо, — чуть улыбнулся Гадюка, и стал не спеша разминать пальцы левой руки.
Его напарник все понял. Повернув голову к водителю, он распорядился:
— Пойди, Махмуд, сними нам трехместный номер. Водитель открыл дверцу и, выбравшись наружу, спросил:
— На охрану тоже брать номер?
— Нет, — в один голос вскрикнули Имрам и Али, а Гадюка со злостью постучал себя по голове, раздраженно добавив: — Они должны находиться в машине, охрана для того и нужна, чтобы охранять груз, Понял?
Водитель утвердительно кивнул и, больше ничего не говоря, направился к административному зданию.
Тем временем Али Гадаев открыл свою сумку, лежащую под ногами, и достал оттуда тонкий резиновый шланг и пластиковую упаковку с одноразовым шприцем. Сняв пиджак, он быстро закатал рукав рубахи и поперек бицепса перетянул руку жгутом.