Профиль мозга
Шрифт:
На улице было хорошо - свежо и тихо. Правда, заметил это Денис далеко не сразу, сперва он минут двадцать бегал по окрестным переулкам, избывая обиду. Почему она так ведёт себя? Почему отдаляется от него, отбрыкивается, грубит?! "Никто!" Надо же! Да что он ей сделал? Если виноват, так объясни в чём! Сколько уже он пытается с ней поговорить? Неделю? Две?.. Денис уже и счёт этим дням потерял. На работе куча, просто херова кучища дел: парень этот, Малышев, как сквозь землю провалился, буферсы косяком прут, Илья до сих пор в коме, Кривочук явно под отца копает, на улице ещё кто-то
Реклама вспыхнула прямо перед носом, и Денис остановился. Оказывается, ноги сами принесли его к круглосуточному синтро, где среди автоматов со жратвой притаился один синтромат с алкоголем. Это было удивительно - спиртного в ситро обычно не продавали - слишком много разрешений надо было получить, купить лицензию, платить поборы и выдерживать дополнительные проверки и т.д. и т.п. При этом риск, что набравшиеся посетители разнесут автоматы, был велик - всем известно, что за контингент ходит ночью по таким дешёвым забегаловкам...
Однако это синтро сейчас, в два тридцать пять ночи, пустовало, и алкогольный синтромат выглядел новеньким и исправным, зазывно крутя на виртэке картинки с красиво сервированными напитками.
Денис зашёл внутрь и, открыв и-код, ткнул в картинку, где на фоне жарко горящего очага красовался на изящном кованом столике пузатый бокал с коньяком.
Автомат тихонько загудел и выдвинул закрытый пластиковый стаканчик. Тонкие стенки глубоко проминались под пальцами, внутри плескалось что-то тёмное, крышка была в подозрительных серых разводах. Денис открыл стаканчик, и в нос ударил резкий запах проспиртованной резины. Глядя на мутное пойло, совсем не походившее на обещанный картинкой золотисто-красный коньяк, Денис подумал, что после такого, похоже, его никакие антипохмельные капсулы не спасут. Однако выпить хотелось. Он чувствовал не отпускающее напряжение во всём теле, расслабиться бы! А если принять на грудь побольше, то, глядишь, и майор объявится, поболтать можно будет.
Помнится как-то, когда Денис, желая быть добрее, дрался со шпаной в подворотне, майор посоветовал: "Хочешь помогать людям, начни с самых близких". И Денис тогда внял голосу друга. Он позвонил Миа и позвал её к себе жить, думая, что она нуждается в нём... но, как видно, ошибся. И зачем она только согласилась переехать, если теперь не хочет с ним даже разговаривать?.. Что скажешь ты на это, майор?
– Скажу, что ты хочешь отравиться!
– произнёс Бортков, заставив Дениса замереть с уже поднесённым к губам стаканчиком.
– Выбрось эту дрянь к чертям и срочно пружинь домой!
– резко повысил голос майор.
– Что?
– Что слышал! Говорил же я тебе - есть другие способы, забыл? Ну так напоминаю! Сейчас вот как раз именно такой случай! Ты же заметил, как Миа задрожала, видел, как резко она побледнела, как сузились её зрачки, разве нет? Пить он тут собрался, кретин!
Стаканчик хрустнул под пальцами,
– Беги!!!
– заорал в ухо майор.
Денис выронил остатки пластика и, выскочив на улицу, стремглав помчался к дому.
* * *
– Слушай, Борь, а как там Кулаков? Давно с ним виделся?
– спросил Трухаков, придвигая Боре чашку.
Кофе источал одуряющий аромат и был дьявольски дорогим, как и всё в этом ресторане, но Игорь и слушать ничего не стал, настояв, что угощает.
– Давно, - Валента помрачнел.
– Год назад примерно. С тех пор больше не общаемся.
– Да?
– удивился Трухаков.
– А в детдоме вы прямо не разлей вода были! Я думал, такие друзья детства...
– Я тоже думал, - перебил его Боря.
– Но так вышло. Что ж теперь поделаешь!
– Да я просто привет передать хотел.
– Не получится, извини, - Валента отпил кофе и буквально уткнулся носом в чашку, явно не желая дальше обсуждать эту тему.
– Ну и ладно, - легко согласился Трухаков.
– Я, собственно, спросил, потому что вдруг вспомнил ваши бодания с Марандрой, когда она его способ решения задачи не признавала, помнишь?
– Это когда мы производные, что ль, проходили?
– Боря улыбнулся.
– Ага, вот смеху-то было! Марандра к концу вашего с ней спора вся красная стала и так глаза пучила, что у неё линза вылетела!
– Игорь расхохотался.
– Послушай, Игорь, - дождавшись, когда тот отсмеётся, Валента выпрямился и посмотрел Трухакову прямо в глаза, - когда столько лет прошло, детдомовскую математичку вспоминать, конечно, весело, но ты же не для этого меня сюда пригласил, верно?
– Верно. Просто я хотел, чтобы ты немного расслабился - очень уж ты, Борька, нервяка давишь... И я знаю почему.
– О чём ты?
– Лицо Валенты резко посерьёзнело.
– Да о дочке твоей, Галеньке. Ей ведь операция срочная нужна. Причём операция весьма дорогостоящая.
– Откуда у тебя информация?
– отрывисто спросил Боря.
– Да брось, ну что ты сразу так заводишься? Я, между прочим, помочь тебе хочу.
– Трухаков вызвал виртэк стола и, заказав силовую штору, оплатил сразу час полной непрозрачности.
– Ты не ответил на вопрос, - Валента нахмурился, глядя на замерцавшее вокруг них плотное синеватое поле. Эта полная защита от чужих ушей и взглядов почему-то, наоборот, вдруг заставила Борю почувствовать себя уязвимым.
– Откуда про Галю знаю?
– Трухаков посмотрел на него с удивлением.
– Так жена твоя никакого секрета из этого не делает - неделю уже на Киберпаперти сидит - побирается, да только всем наплевать - ты разве не в курсе?
– А-а... ну да, - Валента сник.
– Ну-ну, не расстраивайся так, ты чего! Им наплевать не потому, что дочь твою не жалко, а потому, что слишком уж много народу на Кипе развелось, на всех разве напасёшься? Да и мошенников, опять-таки опасаются... вот и жмутся, родимые! Но я-то не жмусь! Я здесь, с тобой, и могу реально помочь! Ты знаешь, я - известный врач, лауреат премий и автор полезных изобретений, так что в средствах не стеснён. Хочешь, я прямо сегодня, сейчас, переведу деньги на операцию твоей дочери?