Профиль мозга
Шрифт:
– Спасибо.
– Баскаков занял предложенное место и застыл с прямой спиной, положив руки на колени.
– Меня зовут Денис Андреевич, - сказал Денис, - а это Валерий Максимович, - представил он Тополькова.
– Сейчас он задаст вам несколько вопросов, после чего уже я с вами побеседую.
– Назовите, пожалуйста, ваши имя, отчество, фамилию и год рождения, - попросил Топольков, открывая скрин анкеты.
– Алексей Анатольевич...
– начал отвечать Баскаков, но Денис его не слышал - он уже вышел в ментальное поле, исследуя возможности кандидата.
А исследовать там было что! Впервые с начала работы по отбору сотрудников Денис
– Какое качество вы считаете в себе самым главным, определяющим...
– Валера поднял глаза и, обнаружив, что Кулаков и Баскаков уставились друг на друга, примолк.
Денис и Алексей одновременно перестали играть в гляделки и посмотрели на Тополькова.
– ...ваш характер?
– закончил вопрос Валера.
– Я очень врать не люблю, - ответил Баскаков и, вновь посмотрев на Дениса, сказал: - Как вы сумели?
– Что сумел?
– Ваш мёртвый друг... имя какое-то странное - Ма... Май?.. майор?.. Он всегда с вами, вы... вы как будто часть его сознания у себя в голове держите! Как это у вас получилось?
– Это не у меня, это у него так получилось.
– А можно подробнее?
– Нет, нельзя. Это государственная тайна, - ответил Денис.
– А как вы поняли про майора?
– Мне отец подсказал.
– Ваш отец тоже умер?
– предположил Денис.
– Да.
Топольков звонко клацнул зубами, возвращая назад отвалившуюся челюсть, и Баскаков с Кулаковым одновременно повернули к нему головы.
– Извините, - пробормотал Валера, смущённо потирая подбородок.
– Вы только отца слышите?
– спросил Денис Алексея.
– Нет, но сам приходить умеет только он. И то не всегда... а вот если бы он у меня был так же, как у вас с майором, вот это...
– Это такое стечение чрезвычайно редких обстоятельств, что оно не повторится.
– Не скажите, - серьёзно ответил Алексей.
– В нашем мире возможно всё.
– Ну, тогда надейтесь, - посоветовал Денис.
– Отец считает, что вы ищете людей с такими же способностями, как у вас, поэтому и открылись ему.
– Открылся?
– переспросил Денис, вспоминая то, что почувствовал в ментальном поле несколько минут назад. Теперь произошедшее там предстало в новом свете.
– Да. Но у нас с вами разные способности: вы можете обмениваться информацией с живыми, а я - с мёртвыми. Да и то в основном только с отцом. Всех других специально призывать надо, и не факт, что получится.
– И как же вы их призываете?
– не выдержал молчавший до того Топольков.
–
– Валерий Максимович тут не просто заполняет анкеты, он - специалист по центральной нервной системе, генетик, психолог и антрополог и может задавать любые интересующие его вопросы. Так что ответьте ему, как вы призываете мёртвых.
– Ну, это целый процесс. Сначала я хожу по кладбищам, ищу духов, которые неприкаянные, а потом... у меня есть такая... как бы книжка, куда я их как бы записываю, чтобы после можно было позвать.
– А что значит - неприкаянные?
– уточнил Валера.
– Ну, это кто умер не когда ему положено и потому не упокоился, а живых родственников, к кому можно было бы прилепиться, у него нету. Вот я таких нахожу и предлагаю ко мне записаться.
– И они соглашаются?
– Топольков поднял брови и улыбнулся.
– Как правило, да. Им же очень тоскливо, понимаете? Когда их перестают вспоминать, они становятся бесполезными и начинают постепенно растворяться в вечности, а со мной у них появляется шанс оставаться нужными.
– А это так плохо?
– заинтересовался Денис.
– Я имею в виду - раствориться в вечности?
– Не знаю, - пожал плечами Баскаков.
– Наверное плохо, раз они хотят продлить своё существование тут, рядом с нами.
– Хорошо, Алексей Анатольевич, - сказал Денис.
– Вы нам подходите, так что если заработная плата, соцпакет и остальные условия работы вас устраивают, можете идти оформляться.
– Да, я согласен. Спасибо.
* * *
Вырваться в Центр реабилитации удалось уже только под самый конец часов посещения, поэтому, быстро забежав к Миа, Денис сразу же рванул в Клинику здорового сна в надежде успеть застать там Трухакова. То, что у врача сейчас не приёмные часы, мало волновало Дениса. Не оттого, что в его и-коде значилось место работы, позволявшее беседовать с кем угодно в любое время, а потому что, когда он пробил Игоря Трухакова, тот оказался тем самым Трухой, плюх-ботаном номер один, который за всё время жизни в детдоме приобрёл всего двух друзей: Дениса Кулакова и Борю Валенту. Остальные воспитанники или издевались над "опрокинутым на череп" Трухой, или, в лучшем случае, смотрели на него как на пустое место. Возможно, друзья - это слишком громко сказано, но дрался Денис из-за Трухакова в детдоме регулярно, и надеялся, что выросший в известного врача Игорь этого не забыл.
С однокашником Денис столкнулся в коридоре и, конечно, не узнал бы его, если б тот, узрев приятеля, сам не заорал "Кулаков!!" во всю мощь своих синтетических лёгких и голосовых связок. Вместо изображения в профайле базы стояла пометка "неустойчивый внешний вид", и Денис понял, с чем это связано: очевидно, тот самый неизлечимый порок мозга, редкая врождённая болезнь, из-за которой Трухакову с детства постоянно приходилось глотать лекарства, мог исказить лицо до неузнаваемости. Поэтому в Клинику здорового сна Денис шёл, зная, что знаменитый врач выглядит далеко не лучшим образом, но всё равно оказался не готов увидеть то, что увидел. В детдоме Игорь был обычным мальчишкой, разве что гораздо бледнее и слабее других детей, - таким и остался в памяти Кулакова, и потому его теперешняя внешность потрясала до самых глубин души. Причём потрясала не столько сама изуродованность, сколько то, какие муки за все эти годы пришлось перенести обладателю этого, мягко говоря, нестандартного лица.