Прогрессоры

Михайловский А.

Спустив сходни и спустившись на землю, Сергей Петрович в первую очередь обошел свое детище, осматривая его подводную часть. Состояние подводной обшивки было вполне удовлетворительным, доски из лиственницы, как им и положено, прекрасно перенесли морское путешествие, состояние рулевого пера и винта тоже было удовлетворительным, если не хорошим. За 'Отважный' можно было не беспокоиться - следующей весной он снова будет в строю.

Если обедали они еще в старом лагере, то ужинали уже всей командой на новом месте, после чего Сергей Петровичу и Андрею Викторовичу, вместе с Лялей, Фэрой и Лизой, оставалось только собрать свои палатки, уложить вещи и перебраться на новые квартиры. Кстати, спали теперь Ляля и Фэра с Петровичем

по очереди, не устраивая больше такого группен-секса как в первую ночь. Та из них, что в эту ночь оставалась свободной, устраивалась спать с Илин и детишками. Сергей Петрович мужик тоже не двужильный, один раз за ночь для него нормально, а вот два только по праздникам. Фэра, обретя семью и мужчину, успокоилась и понемногу начала расцветать, на ее лице все чаще стала появляться улыбка, а в движениях грация сытой кошки. Собирая вещи, она из-под прикрытых глаз нет-нет поглядывает на Петровича и облизывает язычком губки. Предвкушает. Сегодня снова будет ее ночь, уже на новом месте.

OV Spb, o050279, Thanai и 25 других изволили поблагодарить

Поблагодарить

Руссобалтъ: Михайловский Александр

Имя или Цитата

Жалоба

#13 Михайловский Александр

Ведущий аналитик

Пользователи

Cообщений: 8 361

Поблагодарили: 44 739

Ташкент

Пол:Мужчина

Интересы:Политика, литература

Отправлено 10 июля 2016 - 11:17:12

Популярное сообщение!

9 августа 1-го года Миссии. Среда. Пристань Дома на Холме.

Прямо с утра, после завтрака, Антон Игоревич придя к обжигательной печи, приказал тушить огонь в топке. Процесс обжига был закончен, и теперь, примерно в течение суток, печь вместе с ее содержимым должна была медленно остывать, как и положено по технологии. Повлиять на этот процесс Антон Игоревич никак не мог, а потому, оставив своим заместителем Мару, с указанием продолжать месить и лепить, ибо кирпича много не бывает, вернулся в новый береговой лагерь. На этот день у него были свои особые планы.

Мара, каждый раз уходя на работу, оставляла своих малышек на попечение Илин, годовалую дочь которой Марина Витальевна посоветовала уже переводить на прикорм из мясного или рыбного бульона и растертой на мясорубке рисовой каши или картофельного пюре. Сначала маленькая Мули немного капризничала, а потом привыкла есть с ложечки и втянулась. Кстати, первое произнесенное ею русское слово было именно 'каська'. Так что для Верочки и Любаши, как окрестили Мариных дочек в клане Прогрессоров, молока у Илин вполне хватало, к тому же, в обед и вечером их прикладывала к груди уже родная мать. Взаимовыручка - это наше все.

Антон Игоревич же, вернувшись в новый береговой лагерь, натянул длинные до паха сапоги и, взяв с собой четырех изнывавших от безделья подростков полуафриканок с лопатами, корзинками и мешками, а также одну кожаную лодку, отправился совершать то дело, ради которого он и пошел в прошлое - искать болотную и луговую руду. Очень его заинтересовали пойменные болотца в низовьях Ближней и Дальнего. Зара проводила его тоскующим взглядом, но была не в силах оторваться от своего пищащего и скулящего выводка.

Остальных девочек-подростков, пока их руки свободны от стройки, Марина Витальевна погнала на прополку и окучивание картошки. Скучное и неинтересное, зато нужное занятие. Собирать в лесу массово высыпавшие белые грибы девочкам было бы куда интересней, но отпустить их туда без сопровождения вооруженных мужчин Марина Витальевна не могла. Вот вернутся после обеда Гуг с Серегой - тогда, пожалуйста, а сейчас нет, нет и еще раз нет.

Сергей Петрович, тем временем,

начал подготовку к заготовке каркасного материала для Большого дома. Это вам не доски для временных строений, тут к сборке штабеля надо было подходить серьезно. Выровнять площадку, собрать над ней крытый тростником односкатный навес из жердей и более или менее годного горбыля, а уж потом приступать к основной работе. Разметив площадку и объяснив Валере, что конструкция должна быть простой и максимально дешевой, целиком из отходов основного производства, все равно как только в этом навесе отпадет надобность, его сразу же можно будет пустить на дрова, Сергей Петрович вооружился рулеткой и направился туда, где были сложены бревна - подбирать сырье для будущего каркаса Большого дома и вообще провести переучет имеющихся запасов.

Полуафриканки под руководством Валеры, вздохнув, взялись за лопаты и в первую очередь начали выравнивать площадки под основание будущих штабелей. При размерности шестнадцать на шесть метров будущий навес должен был быть способен вместить в четырех своих штабелях до шестидесяти кубов пиломатериала уложенного со шпациями. Так сказать, с запасом. Никакого бетонирования опор или ленточного кирпичного фундамента не предусматривалось. Сами опоры заглублялись в землю не больше чем на лопатный штык и укреплялись камнями. Вместо пиленого бруса на столбы пошли очищенные от ветвей тонкие стволы соснового подроста, негодные к переработке. Валера даже кору с них не снимал, ибо незачем. Соединялось все это более или менее подходящим горбылем, вытащенным из кучи для отходов. Короче, работа спорилась.

Вернувшийся с переучета Сергей Петрович, проверил качество выровненных площадок и распорядился еще кое-где подтесать лопатами грунт. Если опорные балки лягут неровно, то сырые доски в процессе хранения может повести, а это будет совсем не гут. Впрочем, всем остальным Сергей Петрович остался вполне доволен. Под их с Валерой руководством брига полуафриканок возвела уже каркасы трех строений нормальной, так сказать, конструкции и этот, упрощенный, они могли собирать с почти закрытыми глазами.

Когда Марина Витальевна застучала на обед, конструкция в общих чертах была готова. Осталось только нарезать тростник, увязать его в снопики и застелить ими крышу, но эту работу Сергей Петрович собирался возложить на молодежную Лизину бригаду, а его работницам во второй половине дня хватит и других дел.

Узнав, что грибы отменяются и вместо этого надо лезть в воду и опять резать этот противный тростник Лизины девчонки разочарованно вздохнули. Но, что поделать, такова жизнь, тем более что Сергей Петрович пообещал, что если они быстро управятся с этой нудятиной, то и грибы от них тоже никуда не убегут. Они просто не умеют. Двадцать пар рук. Одни режут, другие вяжут, третьи оттаскивают, четвертые застилают. Единственная забота - чтоб никто не сверзился с верхотуры при застилке. Ходить по такой хлипенькой крыше будет нельзя и все придется делать со стремянки. Девчонки помотали головами, типа - они то уж не сверзятся, по деревьям лазать умеют, хоть и не обезьянки.

Когда обед для строительной бригады подходил уже к концу, вместе со своими помощницами вернулся Антон Игоревич и привез четыре плетеные корзины, доверху наполненные крупными неровными комьями ржавого цвета.

– И что, Игоревич, - недоверчиво спросил Сергей Петрович, - это и есть болотная руда?

– Да, - ответил Антон Игоревич, - причем, как бы не наилучшая. Химический анализ я тут тебе сделать не могу, но на глаз из ста килограммов смеси такой руды с древесным углем должно выйти до двадцати килограммов железа, и мы, считай, на этой прелести буквально сидим. Даже далеко ходить не пришлось. Нашел руду прямо там, где Антошка со своими девочками ловит рыбу. Сверху дерн, под ним сантиметров тридцать-сорок песчано-илистых наносов, а под ними, до полуметра слой такой вот руды.