Прогулки в темноте
Шрифт:
А получив второе предупреждение, я и вовсе не смогла его понять. Что тут поймёшь, когда духи выводят только дату — тридцать первое декабря, на самодельной спиритической доске и говорят: «что-то будет плохое», а больше ничего сообщать не хотят. Тому сну же с виселицей уже было не меньше трёх месяцев, и я думать о нём забыла.
Но накануне нового года, плохое действительно случилось. Мой брат вытянул у своего напарника жребий, и вместо него отправился дежурить в один из питерских баров. А после полуночи, на бар напали вооружённые люди, устроившие
У меня образовалось огромное чувство вины из-за того, что я не смогла никак этому помешать, хотя предчувствовала. Иногда пыталась винить других, чтобы избавиться от тяжести сдавившей мне грудь. Надо ли говорить, что это помогало не слишком хорошо? ..
Когда я снова встретила проводника в мир иной, то накинулась на него с вопросами.
– Почему я не могла предотвратить? Почему его забрали? А могло ли всё случиться иначе? ..
И многое в таком духе.
— Знаешь, а мне казалось, это известно всем людям. — задумчиво произнёс парень в облачении Смерти.
— Что? — не поняла я.
— О выборе. Ведь тот жребий — не простое совпадение. Его путь и в самом деле был именно таким. И он это чувствовал, пусть и, не желая верить.
— Но, тогда он мог выбрать жизнь. — робко предположила я.
— Тогда погиб бы другой.
— Но кто сказал, что жизнь того другого ценнее, чем его! — я сорвалась, отчётливо понимая эгоистичность сказанных в запале слов.
— Он сам сказал. Своим действием.
До боли сжав кулаки и стараясь не смотреть на него, я постаралась говорить как можно спокойнее:
— Тогда скажи, к чему все эти предчувствия. Зачем они нужны, когда всё равно ничего не можешь изменить? Просто страдать в ожидании неминуемого?
— Вовсе нет. Знания всегда нужны для того, чтобы пользоваться ими с умом. И знания о том, что времени на самые важные дела осталось немного, не исключение. — ответил мне Проводник душ.
Подняв на него взгляд, я вдруг поняла, и это оказалось сродни откровению, почему-то до сей поры для меня недоступного. Я так зациклилась на возможности изменить что-то, и не поняла самого главного — нужно было просто пользоваться тем, что есть. Точнее, тем, что оставалось…
Надо же, никто не учит жизни лучше, чем смерть.
Не знаю, радоваться тут или грустить. Ведь теперь для меня это не просто слова или прочитанная где-то мудрость, а личный опыт.
Дальше предаваться размышлениям, мне не дали, потребовав исполнения одного уговора…
И немного позже обитатели потустороннего мира могли наблюдать премилую картину. В уютном кафе за одним столиком с вазочками мороженого в руках, расположились двое — девушка лет пятнадцати и парень немного старше двадцати на вид. За её спиной к стулу была приставлена метла, а из-за его плеча выглядывала длинная рукоятка косы.
========== Чужое пламя ==========
Возможность иметь личную комнату всегда казалось такой роскошью, что получив её, я даже спустя время, не могла нарадоваться.
Хорошо, признаю. Я немного лукавлю. Правильнее сказать, пытаться заниматься, потому что с магией у меня сложилось своё особое отношение. То есть, правило хаоса распространялось и на неё. Всё, что бы я ни делала, срабатывало обычно стихийно. Но не в этом суть.
Дело в том, что благодаря этим попыткам, я однажды нашла себе хороший досуг практически на все воскресенья. И всего-то, что надо было сделать, это произнести заклинание-призыв на иврите прямо посреди урока, когда попросили поговорить на любом иностранном языке. А затем, быть вызванной преподавательницей на разговор после уроков.
Признаюсь честно, я успела немного испугаться, и многое себе вообразить под влиянием бросившегося во все тяжкие, богатого воображения (вплоть до существования местного Хогвартса и тайной магической организации). Но всё оказалось намного проще и меня пригласили в воскресную школу, для более углубленного изучения языка.
Воскресная школа стала местом, где я не только смогла исправить свои проблемы с произношением. Там всегда царила тёплая дружелюбная атмосфера и мне по-настоящему были рады. Это позволило вспомнить, насколько ценно общение с обычными живыми людьми. Их мнения и поддержка.
Так, рядом со мной незаметно появились люди, кого мне хотелось называть друзьями. Нина — девушка, учившаяся в одном со мной колледже и Ваня — парень, который был лет на десять нас старше.
Иногда после занятий мы втроём прогуливались по городу или просто составляли компанию до автобусной остановки. Поэтому, когда мне на глаза попалось объявление о курсах по обучению медитации, я не устояла и принялась звать их с собой.
— Я не могу, слишком поздно. — сразу отреклась от предложения Нина.
Тогда я перевела взгляд на парня, которого подобное не должно было смутить. Только не тут-то было…
— Не хочется, если честно. Да и тебе не советую. Настораживает то, что всё бесплатно.
Мне оставалось разочарованно вздохнуть.
— В следующее воскресение не ждите меня. Я всё же схожу, посмотрю, что там. — сказала я.
— Сдалось тебе. — фыркнул Ваня. — Не понимаю я твоего интереса. Лучше не ходи.
Он ещё долго меня отговаривал, но случилось, как обычно.
***
Зал, в котором проходило обучение, был наполнен людьми почти под завязку и мест едва хватало. Но, тем не менее, здесь царила тишина и спокойствие. Каждый внимательно вслушивался в слова лектора.
Странно, но первый день был посвящён не только занятию как таковому, но и особой инициации. Впервые слышала о том, что она нужна для медитации, но всё же, решила идти до конца.
Когда электрический свет погас и зал погрузился в мягкий сумрак, я, как и многие другие, закрыла глаза, слушая тишину и пытаясь найти внутри себя свет.