Проклятье чародея
Шрифт:
Унус отшатнулся, издав возглас удивления и тревоги.
— Ты должен был погибнуть! Что за демон тебя защищает, Кутар из Кумберии?
Не удостаивая врага ответными словами, Кутар вновь бросился вперед, но теперь Унус понял, что имеет дело вовсе не с тем, кто беззащитен перед его демонической магией. Он стремительно отпрыгнул в сторону, избегнув удара. Хотя из обрубленной руки не показалось ни одной капельки крови, лицо короля исказилось от боли и ярости, а нежные на вид уста изрыгнули проклятия, достойные обитателя девяти преисподних.
Отбежав,
Варвар рухнул на колени. Против этих чар было недостаточно даже колдовской силы, содержащейся в Ледогне.
Судя по всему, Унус использовал что-то, унаследованное им из некромантского арсенала своих создателей. Именно такие силы и требовалось разбудить, чтобы заставить камни покинуть свои места и полететь в Кутара.
Широко расставив ноги и горделиво откинув голову назад, сверкая своими красными глазами, король Унус выкрикнул слова, смысл которых Кутар не мог понять. Зато результат их не замедлил появиться во всей своей грозной красе.
В каменистой дороге разверзлась огромная трещина, именно на том месте, куда отлетел Ледогнь. Кутар кинулся вперед, протянув руку к эфесу меча, но не успел буквально на мгновение. Заговоренный меч полетел в пропасть.
Вихрь, который вслед за тем сорвался с пальцев Унуса, заставил заговоренное оружие подняться и прилететь прямо в его вытянутую руку. Сжав украшенную красным самоцветом рукоять, король радостно рассмеялся, торжествуя свою победу.
Вслед за этим Кутар ощутил, как его тело обвивает множество невидимых щупалец, лишая возможности встать и двинуться вперед. Не торопясь, красноглазый сын демонов направился к телу чародея Зоккванора.
Стефания попыталась преградить ему дорогу, но Унус отшвырнул ее прочь оплеухой. Пролетев немного по воздуху, девушка бессильно упала на дорогу.
Издав полный ненависти крик, Унус исторг из своих глаз тонкий красный луч, которым будто раскаленной иглой пронзил тело бесчувственного чародея, пригвождая его к земле.
Стефания пронзительно вскрикнула и схватилась за грудь. Девушка корчилась, будто воин, которого поразили в грудь мечом. Выгнув спину, она отчаянно молотила воздух руками.
Издав грозный боевой клич, варвар напряг все силы и разорвал объятия держащих его колдовских сил. Вырвавшись на волю, он одним мощным прыжком преодолел расстояние, отделяющее его он бледного красноглазого порождения демонов, и сжал в своих медвежьих объятиях. Варвар применил свою силу достаточно умеренно, но произошло неожиданное. Король Унус сперва оглушительно завопил, как будто вдруг ощутил сильнейшую боль, а затем его голова бессильно откинулась назад. Широко раскрытые красные глаза уставились невидящим взором в небо. Удивленный Кутар медленно выпустил поверженного
Внезапно взгляд его упал на грудь мертвого Унуса. Там, прямо напротив сердца, виднелось пятно горелой ткани. Наклонившись и распахнув одежду, варвар увидел на белой коже знак голубого пламени. Так вот в чем дело! Причиной внезапной смерти существа, созданного демоническими чарами, оказался амулет данный варвару Мердорамоном в несуществующем оазисе посреди Умирающей пустыни. Вот почему колдовство красной смерти на него не подействовало! А сжав короля Унуса в объятиях, Кутар сделал так, что амулет коснулся его противника, что имело для того самые смертоносные последствия.
Мердорамон сделал этот амулет для защиты от чар Элвириома и Талкалида, поэтому голубое пламя, заключенное в янтаре, оказалось прекрасным оружием против сотворенного ими монстра.
Повернув голову, Кутар увидел, что ему еще рано торжествовать победу. Стефания и чародей корчились на дороге, судя по всему пребывая на последнем издыхании. Чары Унуса продолжали действовать даже после его смерти. Медлить было некогда. Опустившись на колени возле девушки, кумбериец сорвал с себя амулет и надел его Стефании на шею, а затем, чтобы защитные чары быстрее подействовали, прижал кусочек янтаря с пульсирующим внутри синеватым язычком пламени к судорожно вздымающейся груди.
Прошло несколько томительных мгновений. Девушка перестала корчиться, судорожно хватая ртом воздух, но все равно не подавала никаких признаков жизни. Сжав огромные кулаки, варвар задрал голову к небу, собираясь изрыгнуть самое ужасное из проклятий, которые только были ему известны, как вдруг услышал тихий голос Стефании.
— Кутар, что произошло? Что со мной?
Девушка, не отрываясь, нежно смотрела на своего спасителя. Протянув свою крепкую загорелую руку, она вцепилась в мозолистую ладонь варвара и не отпускала его.
Немного смущенный кумбериец рассказал ей о том, как убил короля Унуса и что амулет, полученный от чародея в Умирающей пустыне, защитил его и лишил жизни демоническое порождение, именовавшее себя королем Унусом.
Варвар помог Стефании подняться на ноги и они вместе подошли к мертвому чародею. Теперь жизнь окончательно покинула тело Зоккванора.
— Я мог спасти только кого-то одного, — пояснил Кутар. — И, разумеется, выбрал тебя. Теперь оковы заклятия спали и твоя жизнь принадлежит только тебе и никому больше.
Когда Стефания снова повернулась к своему спасителю, в глазах у нее стояли слезы.
— Поедем со мной в Алкарион, Кутар, — попросила она неожиданно кротким и мягким голосом. — Помоги мне править Фалкаром мудро и хорошо.
Затем, она добавила с лукавой улыбкой и озорными искорками в глазах, выпрямившись с наигранным величием:
— Я найму тебя на должность моего первого министра. Ты продашь мне свой меч, варвар?
С довольным смешком Кутар шлепнул ее своей громадной ладонью по заду.