Прокурор Брише

Шаветт Эжен

«Да, это именно здесь, – думал он, – вот тумба, на которой я сидел, когда увидел человека с ношей, и тогда едва встал, сильно пошатываясь…»

Но Лозериль не успел докончить размышление. Чья-то рука схватила его за горло, и он, не

будучи в состоянии сопротивляться, почувствовал острую боль между плечами. При этом страшном ударе Лозериль отчаянно вскрикнул и упал, вытянув руки, как бы пораженный громом.

Глава X

Мы уже говорили, что окна павильона, выходившие на улицу, были наглухо заколочены. Аврора Брише не хотела иметь перед глазами эти грязные и мрачные домишки, стоявшие на другой стороне улицы.

Прошло два года после этого распоряжения молодой женщины, и если бы теперь она взглянула из своего окна, то увидела бы большую перемену в доме, находившемся как раз напротив. Переделка совершенно изменила его, и теперь его можно было принять за совсем новый дом, особенно в сравнении с окружавшими его развалинами. Но в последние два года бедные жители этого квартала хорошо узнали дорогу к перестроенному дому. Неимущий больной был уверен, что при первом же ударе молотка в любое время дня и ночи перед ним отворится дверь с вывеской, где написано крупными буквами: «Доктор Мориц Гарди». Всем нуждавшимся в его советах молодой доктор охотно давал их

и был очень заботлив, оказывая необходимую помощь; очень часто Мориц Гарди прибавлял к советам и мелкую монету, потому что аптекарь не верил в долг, и если кто-нибудь из этих «выгодных» пациентов отказывался брать, то доктор говорил ему:

– Возьмите, мой друг, было время, я тоже испытывал нужду, а теперь мне счастье улыбнулось и я должен делиться с неимущим.

Это говорилось веселым тоном и с доброй улыбкой. Мориц Гарди был веселого характера и приятной наружности; он невольно обращал на себя внимание своими умными глазами и черными как вороново крыло волосами и вообще всей своей изящной фигурой. Действительно, Мориц говорил правду – не всегда он был в состоянии раздавать даром свое время и свои заботы. Соседи хорошо помнили как, бывало, он бегал плохо одетый и озабоченный, зарабатывая себе чуть ли не дневное пропитание. Тогда он жил на чердаке этого же самого дома, только грязного и полуразвалившегося; потом в один прекрасный день Мориц купил его, переделал и, отказав всем жильцам, поселился сам в обновленном здании. Говорили, что он получил наследство от какого-то дяди. И когда его поздравляли с неожиданным счастьем, он весело отвечал:

– Да, оно мне упало как снег на голову, я никогда и не мечтал даже о подобном богатстве.

Конец ознакомительного фрагмента.