Прокурор рисует круг
Шрифт:
— Да, — подтвердил Селби. — Только пока нет уверенности, что именно из этого пистолета стреляли в убитого.
— Почему?
— После вскрытия в теле нашли две пули. Обе попали почти в одно и то же место и находились рядом. Но пули разные. Они выпущены из разных пистолетов и отличаются по калибру, весу и характеристикам.
— Да?!
— Стреляли тоже в разное время. Любая из пуль была смертельна.
— Вот как? — удивилась девушка.
— Стреляли два человека из разных пистолетов. Представьте себе это.
— Что
— Какая бы пуля ни была первой, она уложила бы его наповал. Судя по заключению медицинского эксперта, этот человек умер через секунду после первого выстрела. Нам неизвестно, какой по счету выстрел — первый или второй — был произведен из пистолета с отпечатками Питера Риббера.
— Но они оба намеревались убить его, Дуг.
— Это ни о чем еще не говорит, — сказал Селби. — Преступник выстрелил в живого человека и убил его. Но против человека, стрелявшего в труп, не существует конкретной статьи закона. Следовательно, Риббер может быть виновен или в убийстве, или только в нарушении закона о ношении оружия.
— Но, Дуг, ты же не можешь арестовать его по обвинению в попытке совершить убийство, потому что…
Селби покачал головой.
— Убийство или покушение на убийство можно совершить только на живого. А после того как человек убит, он становится трупом.
Сильвия недовольно посмотрела на Селби.
— Как все запутано, — медленно произнесла она. — Но, Дуг, все-таки вы имеете одно очко в свою пользу. Выстрел, который произведен в человека в костюме, должен быть первым. Следовательно, смертельный выстрел был произведен, когда этот человек был одет.
Селби усмехнулся.
— Это все так. Но кто из какого пистолета стрелял? — задался он вопросом.
— Ну… почему… я… а вы не можете определить это по размеру отверстий?
— Они одного размера.
— Послушай, Дуг, а у тебя есть доказательства, что этот Риббер стрелял уже в труп?
— Это зависит от ряда обстоятельств, но я продолжаю собирать доказательства.
— Дуг, это работа А.Б. Карра. Я почему-то уверена. Он единственный, кто может изобрести нечто подобное и знает, как обойти законы и помешать вам.
— Возможно, — не мог не согласиться Селби.
— Что же ты собираешься предпринять?
— Пусть Ларкин делает что хочет. А я выжду немного и сам побеседую с Карром.
— А кому еще известно об этих отпечатках?
— Шерифу.
— Ну, с ним все в порядке. Вы сможете сохранить это в тайне от Ларкина еще пару часов. Если в «Блейд» узнают об этом, они выпустят экстренный номер. Для Ларкина это будет хорошим подарком.
— Нет необходимости сообщать ему об этом в течение ближайших двух-трех часов, — заметил Селби.
— Да, этого будет вполне достаточно. Благодарю тебя, Дуг. Я пошла.
Она улыбнулась ему на прощанье и торопливо вышла. Дуг Селби долго прислушивался к звуку ее шагов в коридоре, пока не наступила тишина. Затем
Раздался осторожный стук в дверь. Он встал и открыл ее.
В дверях стояла Сильвия, рядом с ней седой мужчина лет шестидесяти.
— Добрый вечер, — поздоровался Селби. — Почему вы не заходите?
— Я сказала ему, что уже все закрыто, но подумала, что вы еще здесь и можно зайти в ваш кабинет, — сказала Сильвия.
— Заходите и присаживайтесь, — пригласил Селби мужчину.
— Мое имя Абнер Хендрикс, я отец миссис Артрим., Он медленно прошел в кабинет.
— Чем могу служить? — спросил Селби.
— Я пришел… насчет своей дочери. Селби кивнул.
— Не знаю, известно ли вам что-нибудь об истории нашей семьи, — начал Хендрикс.
— Не очень много, — ответил Селби.
— Рита, — продолжал Хендрикс, — одна из тех женщин, которые стремятся вести слишком современный образ жизни. Она доставляла много беспокойства матери и мне.
Селби внимательно слушал его, изредка кивая.
— Она вышла замуж, когда ей было двадцать два года. Мы не одобряли этот брак, но надеялись, что она хоть немного угомонится. Но получилось наоборот. Рита связалась с молодым типом из Голливуда. Он много пил и играл.
— Они развелись? — спросил Селби.
— Да. А через два месяца после развода она вышла замуж за Джеймса Артрима, азартного игрока.
— Тот, который попал в автомобильную катастрофу и погиб?
— Да. Его отец, Фрэнк Артрим, управлял машиной. Насколько я слышал, Фрэнк не смог справиться с управлением, а сын был сильно пьян. Машина перевернулась и загорелась. Отца отбросило в сторону, а Джеймс остался в машине. Фрэнк повредил спинной мозг и потерял память.
— Вы имеете в виду амнезию? — взглянул на него Селби.
Так говорят врачи. Он не может ничего вспомнить, что было до катастрофы. Он даже не помнит своего имени.
— Это очень интересно, мистер Хендрикс, — сказал Селби, — и я знаю, что вы не пришли бы сюда, не считая все это очень важным. Но будет все же лучше, если вы сначала объясните, что вас ко мне привело.
— Поскольку это связано с Ритой, я не собирался вмешиваться в ее дела. — Голос его дрогнул. — Но она моя дочь, мой единственный ребенок…
Селби ждал продолжения.
— Деньги, которые у нее есть, это деньги игрока. Она сказала, что получила их от страховой компании, но я знаю, что это не так. Она хорошая девочка. Теперь она остепенилась, купила себе большой дом на Оранж-Хейтс, надеясь, что мать и я будем жить с ее свекром и с ней…
— Пока я не пойму, к чему вы клоните, мистер Артрим, — вставил Селби.
— Я думаю, что старик чокнулся.
— Кто?
— Фрэнк Артрим, ее свекор.
— Амнезия — обычное следствие шока. Поврежденные клетки уже не влияют на умственные способности человека.