Пролог (часть 1)
Шрифт:
Губернатор между 21 и 26 июля провел еще и свой собственный частный опрос общественного мнения (через фирму «Политические исследования и анализы инкорпорейтед»). Этот опрос, подытоженный все теми же первоклассными айбиэмовскими компьютерами, принёс совсем уже бодрые новости о том, что только Рокфеллер может победить любого демократического кандидата на выборах, а никак не Никсон. Поэтому на конвенте в Майами республиканская партия должна выдвинуть кандидатом в президенты не Никсона, а Рокфеллера.
Что-то неладное творится с первоклассными айбиэмовскими машинами…
Оба
Нельсон Рокфеллер избрал для своего командного пункта 14-й этаж восьмиугольного отеля. Оттуда хорошо видно здание, в котором будет происходить конвент. Телефоны, телевизоры, портативные радиостанции «хожу-говорю», сложное электронное оборудование — все это обеспечивает бесперебойную связь с полем сражения — залом конвента и его делегатами.
КП Никсона оборудован на территории женского солярия на крыше отеля «Хилтон Плаза». Сам кандидат с супругой будут жить в номере рядом. Номер стоит 300 долларов в день. Женский солярий заставлен средствами связи. Оттуда тянутся провода к зданию конвента — прямая связь с «ключевыми» делегатами.
Разведки обоих КП трудятся денно и нощно. Благодаря их стараниям стало известно, что в штабе Никсона — 225 человек. У губернатора — только 50. Однако Рокфеллер снял для своих людей (включая путешествующий с ним корпус прессы) весь отель, все 550 номеров. Никсон же довольствовался лишь двумя этажами «Хилтона» (100 номеров) и известным уже нам женским солярием.
Конвент выделяет в распоряжение каждого кандидата по 20 автомашин. Обоюдные разведки донесли, что команде Рокфеллера этого хватит. Команда же Никсона будет пользоваться 125 легковыми автомобилями.
Впервые в истории избирательной борьбы США применены военно-морские силы. Имеются в виду два быстроходных моторных бота Никсона, которые будут стоять, так сказать, под парами постоянно. Они предназначены для того, чтобы в случае дорожных заторов команда Никсона могла пробираться к зданию конвента свободным морским путем. Рокфеллер, чей КП находится на пять миль дальше от здания конвента, военно-морскими силами не обладает.
Объявлено, что «Роки» дает первый прием делегатам конвента, гостям и прессе (6 тысяч человек) в понедельник, в день открытия.
В среду Никсон пригласил делегатов на, как выражаются газеты, «гигантский чай».
Чай — тоже составная часть политического супа, который варится в Майами. Варево обходится недёшево.
Губернатор Рокфеллер (вступивший в предвыборную борьбу значительно позже Никсона) истратил на свою компанию 6 миллионов долларов.
Входной же билет в Белый дом обойдётся будущему президенту, как здесь считают, минимум в 50 миллионов долларов, то есть на 15 миллионов дороже, чем в 1964 году. Все дорожает в Америке. Когда-то (впрочем, можно сказать и точнее — в 1846 году), когда Авраам Линкольн собирался стать конгрессменом, его сторонники дали ему 200 долларов на избирательную кампанию. Линкольн вернул кредиторам, 199 долларов и 25 центов. Вся кампания обошлась ему в 75 центов — он купил на них бочку сидра и выставил её избирателям.
Простые
Теперь сенаторское кресло стоит, по подсчётам американской прессы, миллион долларов. По этому же прейскуранту кресло губернатора — полтора миллиона! Место в палате представителей обходится победителю в 50 тысяч. Чуть дешевле обходится побежденному только мечта об этом кресле.
Так что воздушные шарики с именем кандидата — не очень-то лёгкая ноша. Но дороже всего обходится в политической торговле, конечно, телевидение, точнее, реклама навязываемого президентского товара.
В 1960 году по телевидению было передано 9 тысяч специальных «коммершлз» — коротких рекламных программ, восхваляющих товар — в данном случае кандидата в президенты. В 1964 году число их увеличилось до 29 300. Сколько будет «коммершлз» в следующие годы, даже трудно себе представить. Но их будет много, очень много. Судить можно хотя бы по 1966 году. Во время выборов в конгресс и в муниципалитеты общее число «коммершлз», посвященных рекламе разного рода кандидатов, достигло тогда астрономической цифры — 3 миллионов 797 тысяч 783.
Стоимость каждой такой передачи различна. В Лос-Анджелесе минута политической рекламы вечером стоит 2300 долларов, в Бостоне — 1700. А 60 секунд политической рекламы по общенациональной программе стоят до 55 тысяч долларов.
Это означает, что войти в американскую политику может, как правило, или очень богатый человек, или человек, который, по выражению одного американского обозревателя, «запродал свою душу».
Каждое пятое кресло в сенате США занято миллионером.
Губернатор Рокфеллер сказал, что на переизбрание его губернатором штата Нью-Йорк в 1966 году республиканская партия потратила 5 миллионов долларов. Однако Дик Никсон намекнул, что сумма в 14 миллионов будет гораздо точнее.
Статистика говорит, что в восьми случаях из десяти в американской политической жизни побеждает тот кандидат, который больше истратил на свою избирательную кампанию.
Предвыборная кампания этого года, критического года в истории Соединенных Штатов, отличается от обычных.
Американцев, уставших от войны во Вьетнаме, гораздо больше волнует политика будущего президента, они с гораздо большим, чем обычно, вниманием вдумываются в позиции кандидатов и, может быть, меньше разглядывают шарики с их именами. Но сейчас вопрос о том, кто будет баллотироваться в ноябре, решают не избиратели, а делегаты, в большинстве своем назначенные партийным руководством.
Они-то и представляют собой основной продукт, из которого варится политический суп в жарком городе Майами.
Грим не сходит с лиц трех возможных республиканских кандидатов в президенты — Никсона, Рокфеллера, Рейгана. Толстым, весьма заметным слоем лежит он, прибавляя лицам недостающее: щекам — мужественный загар, бровям — орлиный размах, взгляду — лучистость.
Всего этого требует его величество цветное телевидение, под гипнотическим оком которого постоянно пребывают все трое. Телевидение создает «имидж» — образ, телевидение диктует свои законы, вплоть до фасона стрижки и цвета галстука. Телевидение’Господствует сегодня в Майами-Бич, где проходит конвент республиканской партии. Господствует оно и в самом зале конвента. Все физические командные высоты — у него.