Пропавшая без вести

Вахненко Елена Владимировна

Мужчина мрачно уставился на кончик сигареты, наморщил лоб. Которая это по счету за сегодня? Он выкурил больше пачки, пожалуй... а ведь Катрин в свое время принудила его отказаться от многих вредных привычек... Все вернулось на круга своя, как только ее не стало...

– Какой мерзкий табак в этом времени, - буркнул он, с раздражением гася окурок.
– Мерзкий...

Да, в его мире сигареты были намного приличнее, а от этих только кашлять тянуло. "Вонь в бумажке" - так, кажется, назвал подобное курево герой старого фильма. Лучше и не скажешь!

Движимый

внезапный импульсом, он сделал очередной магический пас. На сей раз эффект был более впечатляющим, чем с уборкой: пространство перед мужчиной сгустилось в зеркало с мутным стеклом. Он нагнулся, вглядываясь в собственное отражение, и оно его отнюдь не порадовало: глаза запали, между бровей пролегла складка, волосы в хаотичном беспорядке... впечатление усугублял зыбкий свет крохотного огонька, расчертивший его лицо резкими тенями и тем самым состаривший лет на 10.

Впрочем, мужчина вовсе не намеревался любоваться собой.

– Давно я там не был, - пробормотал он и поднялся, разминая мышцы. Не то, чтобы это было необходимо, скорее, помогало настроиться...

Вот и все. Кажется, он готов...

Улыбнувшись своим мыслям, Роман, он же Радомир, наклонился к зеркалу. Поверхность отражающего стекла тотчас подернулась рябью, как вода в неспокойную погоду, и мужчину затянуло в зазеркальные глубины.

3. Звонок

Его разбудил телефонный звонок. Спросонья, не вполне понимая, что происходит, он потянулся за своим айфоном, который привычно лежал в изголовье кровати на столике. С трудом разлепив одно веко, парень постарался сфокусировать взгляд на экране любимого девайса. Номер был незнакомым...

– Это кто?
– раздался со стороны дивана сонный и крайне недовольный голос Колпакова.
– Какой идиот...

– *** его знает, - буркнул Роман, сбивая вызов.
– Неизвестный номер.

– Три утра!
– взвыл Дима.
– Кто звонит в такое время?!

– Спи давай, - пробормотал его друг, снова укрываясь с головой пледом - в комнате было прохладно.
– Мы ж легли недавно...

Они и правда легли всего час назад, после весело проведенного вечера. Развлеклись приятели неплохо, Диме даже не хватило сил добраться до общежития, и он остался ночевать у друга - и далеко не в первый раз.

"Ты скоро совсем ко мне переберешься" - бывало, насмехался Роман.

"А чтоб тебе скучно не было, - нисколько не смущался Колпаков. Его вообще трудно было смутить.
– Нужно делиться!"

"Тот еще коммунист выискался..." - обычно отвечал Рома.

"А что? У меня-то нет состоятельных родителей..."

Такие подколы Рома сносил только от него.

"У меня тоже нет, - уклончиво и не вполне искренне отвечал он.
– Они не так уж богаты..."

"Но на съем квартиры мне мои предки дать не могут... даже такой развалюхи" - ехидно замечал Дима. Квартира и правда была, мягко говоря, не класса "люкс", да и располагалась у черта на куличках, однако по сравнению с плачевными условиями студенческого общежития казалась

апартаментами с евроремонтом.

Впрочем, Роман был рад компании. Он не привык жить один и предпочитал, чтобы его одиночество хоть иногда разбавлялось чьим-нибудь обществом. Ну, а поскольку все близкие остались в родном городке, выбирать особенно не приходилось - в столице парень не успел завязать достаточное количество знакомств. Порою он подумывал предложить Колпакову переселиться к нему на постоянной основе, но в последний момент отметал эту идею. В конце концов, Дима мог удовлетворить лишь его потребность в общении, тогда как были и другие понятные нужды... А значит, рано или поздно найдется (должна найтись!) особа, которой куда больше подойдет роль очаровательной сожительницы. И Дима Колпаков в качестве соседа окажется весьма некстати... а поди выгони, раз уж сам пригласил!

Однако это был вопрос будущего, в ожидании которого Рома нередко предлагал другу разделить досуг и ночлег - а друг, конечно, охотно соглашался. Вот и сегодня они заночевали у него дома. Вернее сказать, попытались заночевать, ибо после первого звонка с неизвестного номера последовал второй, причем практически сразу - парни едва успели задремать.

Сначала проснулся Колпаков, о чем громогласно заявил во всеуслышание, нисколько не стесняясь в выражениях. И Рома, вновь разлепляя глаза, не был уверен, что именно его разбудило - сигнал айфона или возмущенные крики приятеля.

– Слушай, заткнись уже, ничего не слышно...
– сердито попросил он, не без труда садясь в постели и бессмысленно пялясь в экран айфона. Собраться с мыслями не получалось...

– А ты чего, собираешься отвечать?!

– Ну, а что делать, достали...

Рома слишком хотел спать, чтобы всерьез обеспокоиться столь неурочному звонку, хотя в другое, более приемлемое время суток, вероятно, заподозрил бы неладное. В конце концов, среди ночи обычно звонят с плохими (причем крайне плохими!) новостями - если исключить шутников, конечно. Но в данную минуту парень не был способен к активной мыслительной деятельности, и столь простой вывод в голову ему не пришел.

– Аллё!
– крайне раздраженно выдохнул он, отвечая на вызов и пытаясь вложить в голос все свое неудовольствие. Пускай таинственный собеседник знает, ЧТО о нем думают!

Правда, оказалось, что это не собеседник, а собеседница... причем как будто знакомая.

– Алло, алло!
– тревожно залепетал испуганный женский голосок.
– Рома, Рома, это ты?

– Я...
– прохрипел тот в ответ, морща лоб и стараясь припомнить, где слышал этот высокий тембр. Мозг упрямо отказывался работать как следует.

Дима, крайне недовольный, тоже принял полувертикальное выражение. Его растрепанные со сна кудри напоминали гнездо, на отекшем лице запечатлелись следы от подушки. Роман, мельком глянув в его сторону, рассеянно подумал, что вряд ли и сам выглядит лучшим образом. Впрочем, мысль сразу погасла, и он вновь сосредоточился на беспокойном голосе в трубке. Парень был не в том состоянии, чтобы размышлять о двух вещах одновременно.

– Рома, помоги мне!

– А кто ты?
– настороженно спросил он и тотчас сообразил, где слышал этот голос.