Пропавшие

Переводчик: Кристина Руснак

Редактор: Мария Чугунова

Вычитка: Ксюша Попова

Русификация обложки: BySashka

Для Эшлинг, Орлы и Кэхала

Моя жизнь, мой мир 

Яма, которую они вырыли, была неглубокой, менее трёх футов. Мешок для муки молочного цвета полностью закрывал маленькое тельце, туго связанное тесёмками некогда белого, но уже перепачканного передника. Они тащили тело по земле, хотя оно было очень лёгким, и не составило бы труда его поднять. Почтение к погибшим было им чуждо: один из них пнул тело в середину ямы, придавливая его подошвой ботинка глубже в землю. Они не произнесли ни молитвы, ни прощального благословения, а просто сгребали лопатой влажную глину, спешно покрывая белое тёмным; будто ночь без сумерек спускалась на землю. Под яблоней, которая весной пустит белые почки, а летом принесёт богатый урожай, теперь покоились две кучи земли: одна утрамбованная и твёрдая, другая – свежая и рыхлая.

Три личика с глазами, тёмными от страха, выглядывали из окна третьего этажа. Они встали на колени на одну из кроватей, покрытую подушками, набитых жёсткими перьями.

Люди внизу собрали свои инструменты и повернули обратно, а трое ребят продолжали смотреть на яблоню, теперь выделявшуюся в свете полумесяца. Они стали свидетелями события, которое их юные сознания были не в состоянии понять. И содрогнулись, но не от холода.

Ребёнок, сидевший посередине, сказал, не поворачивая головы:

— Интересно, кто из нас будет следующим? 

Сьюзен Салливан собиралась встретиться с человеком, которого больше всего боялась.

Прогулка, да, прогулка пойдёт ей на пользу. Выйти на свет дневной, подальше от удушающей атмосферы её дома и подальше от собственных навалившихся мыслей. Она надела наушники айпода, накинула тёмную шерстяную шапку, затянула коричневое твидовое пальто и вышла навстречу колючему снегу.

Мозг её закипал. Кого она обманывала? Она не могла отвлечься, не могла сбежать от кошмара своего прошлого; оно преследовало её каждую минуту каждого дня и вторгалось по ночам, словно летучая мышь, чёрная и проворная, делая её несчастной. Она пыталась связаться с детективом в полицейском участке города Рагмуллин, но безрезультатно. Это могло бы стать её страховкой. Больше всего на свете ей хотелось узнать правду, и, исчерпав все обычные источники, она решила действовать сама. Возможно, так она сможет ей избавиться от демонов. Сьюзен вздрогнула. Шагая быстрее, поскальзываясь то тут, то там, больше не переживая; она должна была знать. Время пришло.

Склонив голову под порывами ветра, она продиралась сквозь город настолько быстро, насколько позволяли замёрзшие тротуары. Войдя через железные ворота,

она посмотрела вверх на двойные шпили собора и по привычке перекрестилась. Кто-то бросил горстку соли на бетонные ступени, которая теперь хрустела под ботинками. Снегопад утих, и из-за темных облаков выглянуло низкое зимнее солнце. Сьюзен толкнула большую дверь, ступив заледеневшими ногами на резиновый коврик и сквозь эхо закрывающейся двери вошла в тишину.

Она сняла наушники, оставив их свисать на своих плечах. Хоть её путь занял всего полчаса, она сильно замёрзла. Восточный ветер прорывался сквозь слои одежды, и её скудный телесный жир не мог защитить кости, которым был уже пятьдесят один год. Сьюзен потёрла лицо, проводя пальцами под запавшими глазами и вытирая стекавшую с них воду. Она пыталась привыкнуть к полутьме. Свечи на боковом алтаре освещали тени вдоль мозаичных стен. Слабый солнечный свет проникал сквозь витражные окна высоко над Крёстным путём, и Сьюзен медленно пошла вперёд сквозь тусклую дымку, вдыхая аромат ладана, витавший в воздухе.

Склонив голову, она боком прошла в первый ряд; ее колени коснулись деревянной скамейки для коленопреклонения. Сьюзен снова перекрестилась, задаваясь вопросом, каким образом в ней осталась ещё хоть толика набожности после всего, что она сделала, через что прошла. Ощущая одиночество в тишине, она подумала: «Какая ирония, что он предложил встретиться в соборе». Она согласилась, потому что считала, что в это время дня там будет немало людей. Будет безопасно. Но собор был пуст, погода всех удержала по домам.

Дверь открылась и закрылась, пуская порывы ветра по центральному проходу. Сьюзен знала, что это был он. Страх сковал её. Она не могла обернуться, просто неотрывно смотрела вперёд на свечу, горевшую в нише, пока та не померкла.

Шаги, медленные и решительные, эхом раздавались в проходе. Скамья за её спиной скрипнула, когда он встал на колени. Туман холодного воздуха кружил вокруг неё, а его узнаваемый запах подавлял аромат ладана. Она встала с колен и откинулась назад. Его дыхание, короткие резкие вдохи, было единственным звуком, который она слышала. Она чувствовала его и без его прикосновения к ней. Неожиданно она поняла, что совершила ошибку. Он пришёл сюда не за тем, чтобы ответить на её вопросы. Он не даст ей успокоения, которого она жаждала.

— Тебе не стоило вмешиваться не в своё дело, — его голос — резкий шёпот.

Она не могла ответить. Дыхание участилось, сердце быстро забилось, гулом пульсируя в ушах. Она сжала пальцы в кулаках так, что костяшки побелели. Ей хотелось убежать, скрыться как можно дальше, но силы покинули её, и она поняла, что её время пришло.

Слёзы предательски заблестели в уголках глаз, и его рука обхватила её шею, а пальцы в кожаных перчатках чертили линию вверх и вниз на её дряблой плоти. Сьюзен вскинула руки вверх, чтобы схватить его, но он оттолкнул ее руки. Его пальцы нащупали провод айпода, и она почувствовала, как он закрутил его вокруг её шеи. Она почувствовала запах его лосьона после бритья и четко осознала, что умрёт, так никогда и не узнав правды.