Пророк

Шидловский Дмитрий

– Честно говоря, да, – Юля заметно смутилась.

– А вы еще не были у Римского фонтана?

– Нет, мы только вчера приехали.

– Обязательно сходите. Очень занятное место. Вы знаете, с ним связана одна прелюбопытнейшая история, относящаяся еще ко временам цезарей. Если позволите, я вам расскажу ее.

Юля растерянно посмотрела на меня. Я кивнул.

– Василий Алексеевич – прекрасный рассказчик, – заметил я.

– Вот как? – Юля одарила графа очаровательной улыбкой. – Тогда расскажите, я буду вам очень признательна.

– Это произошло,

когда здесь был римский курорт, – Сперанский подал Юле руку, и они вместе двинулись вглубь парка. – О необычности этих мест говорит уже тот факт, что курорт основали здесь римляне, а жители Апеннинского полуострова, поверьте, знают толк в курортах...

Я подал руку графине, и мы вместе зашагали вслед графу и Юле.

– Как необычно видеть вас, князь, в Висбадене, где собирается высший свет, – сказала графиня.

– Что ж, решил развеяться, отдохнуть от насущных дел.

– Наверняка такой затворник, как вы, имел веские причины появиться в обществе, – графиня скользнула цепким взглядом по ладной фигурке Юли.

– Да как вам сказать, я затворник, но не монах. Обетов не покидать свой монастырь не давал. Вот и стало интересно, чем дышит свет. В своем доме на Мойке я совершенно оторвался от моды, да и подлечиться не мешает.

– Ну, раз вы оторвались от моды, надеюсь, мне удастся заинтриговать вас. Скажите, слышали вы что-нибудь об учении «Небесного предела» Гарри Гоюна?

– Слышал что-то краем уха.

– А вы действительно затворник, весь свет об этом только и говорит, – кокетливо улыбнулась графиня. – Гоюн чрезвычайно популярен. Некоторые даже считают его пророком.

– Вот как?! И что же он напророчил?

– О, вы не слышали его последнего пророчества?! – глаза графини заблестели от восторга, что она может поделиться с кем-то своими обширными познаниями, и я понял, что мне предстоит узнать многое о модах высшего света и учении «Небесного предела».

Глава 9

ГЕРЦОГ

Представительский «Мерседес» прибыл к отелю ровно в час. Машина быстро домчала нас до замка герцога Фридриха Третьего Дармштадтского. Сам Фридрих встретил нас в парадном мундире полковника дармштадтской гвардии. Его супруга, очаровательная дочь тайского короля, одетая в длинное платье, стояла рядом, широко нам улыбаясь.

– Здравствуйте, Александр, – приветствовал он меня по-русски. – Рад снова видеть вас в Дармштадте.

– Здравствуйте, Фридрих, здравствуйте, Ти, – я пожал руку герцогу и поцеловал его жене. – Я тоже рад снова оказаться в вашей гостеприимной стране. Познакомьтесь с моей спутницей. Юлия Тимофеевна Грибова.

– Рад приветствовать вас в Дармштадте, – герцог поцеловал руку Юле. – Доставит ли вам неудобство, сударыня, если мы перейдем на другой язык? Моя супруга, к великому сожалению, не очень хорошо владеет русским.

– Мы можем говорить по-английски или по-французски, – Юля слегка смутилась. – Я одинаково владею этими языками.

– Прекрасно, – герцог перешел на язык Вольтера. – Прошу в замок. Обед уже ждет нас.

Застолье протекало спокойно и весьма буднично. Герцог

расспрашивал Юлю о том впечатлении, которое произвел на нее Висбаден. Юля, вначале заметно смутившаяся, очень быстро оттаяла и в самых лестных выражениях описала, как она восхищена красотами Дармштадта. Ти рассказала, как непривычно было для нее переселиться из тропиков в Европу и как долго она не могла привыкнуть к прохладному климату своей новой родины. Как водится, разговор очень быстро перешел на превратности погоды в Германии и целебные свойства вод Висбадена и Бад-Эймса. Слуги споро меняли блюда, и я не без интереса наблюдал, как Юля, украдкой поглядывая на Ти, усваивает сложный этикет придворного застолья.

Наконец герцог произнес сакраментальную фразу, которая должна была означать переход от формальностей к сути дела:

– Между прочим, Александр, вам, наверное, было бы интересно посмотреть новую коллекцию исторического оружия, которую я приобрел в прошлом году на Сотби.

– Да, это было бы чрезвычайно любопытно, – поддержал его я.

– Но, Фридрих, госпоже Грибовой наверняка безразлично ваше оружие, – заметила Ти, поняв, что супруг хочет остаться со мной наедине. – Если ты не возражаешь, я покажу ей оранжерею.

– Конечно, дорогая, если госпожа Грибова не возражает.

– Я с огромным удовольствием посмотрю оранжерею, – Юля тоже поняла, что мне надо поговорить с герцогом тет-а-тет.

Когда мы вошли в оружейный зал, герцог сразу перешел на русский язык:

– Вы, кажется, давно здесь не были?

– Лет пять. Хотя, честно говоря, не вижу больших изменений.

– Их немного, но, надеюсь, кое-что вас заинтересует. Посмотрите, в той витрине самурайский меч эпохи феодальных войн. Говорят, им владел сам Такеда Синген.

– Ах, шестнадцатый век! Синген был великий полководец, но я сомневаюсь, что он часто пользовался этой вещью, если даже меч и принадлежал ему, – ответил я, бережно принимая в руки богато отделанное оружие.

– Почему вы так считаете?

– Слишком много украшений. Такая роскошь больше подошла бы придворному вельможе, которому надо произвести впечатление. А Такеда Синген был воином и предпочитал простые и надежные вещи, – я обнажил клинок и бегло осмотрел его. – Боюсь, что огорчу вас, Фридрих. Это клинок эпохи Токугава. Похоже, он был выкован двумя столетиями позже, чем предполагали устроители Сотби. Хотя, безусловно, меч сделан для какой-то очень важной персоны, да и отделка представляет большую художественную ценность... пожалуй, ваши деньги все же потрачены не зря.

– Как безразлично вы взираете на богатство отделки! – усмехнулся герцог. – Помнится, в прошлый раз вы никак не могли расстаться со значительно более простым клинком. Вот этим.

Я отложил в сторону разукрашенный меч и принял другой, с более простой отделкой.

– Шутите, – усмехнулся я. – Ему нет цены. Это оружие работы самого Масамунэ, мастера из мастеров.

Я извлек клинок из ножен. Мне казалось, что оружие задышало, ожило в моих руках.

– Этот меч ваш, – сделал широкий жест герцог.