Прорыв
Шрифт:
Чжу Хайпэн женился в своих краях и, кажется, это было связано с тем, что Сяо Сань выбрала Фань Инмина.
Цзян Юэжун ясно разглядела, как Фан И держит за руку Чжу Хайпэна.
Влиятельная женщина! – деланно засмеялась она. – Дела- ет, что в голову взбредёт.
Она снова закрыла чемодан и, взявшись за голову, сказала:
Командир дивизии Чан, что-то у меня голова разболелась.
Пойду обратно и приму лекарство.
Чан Шаолэ посмотрел на белый «мерседес», на микрокомпьютеры на земле, на силуэт Цзян Юэжун и, сильно треснув себя по голове, пробормотал: «Вот же бестолочь! Ну и
Товарищ командир дивизии, – подбежал офицер штаба, – звонил заместитель командующего Фан.
Чан Шаолэ бегом бросился в здание.
Он уже повесил трубку, – сказал офицер штаба.
Почему повесил?
Заместитель командующего Фан разозлился.
Почему разозлился?
Я сказал, что начальника Чжу нет на месте, он и разозлился.
Смирно! – рыкнул Чан Шаолэ. – Не можешь нормально такое просто дело изложить? Давай сначала и по порядку.
Офицер встал навытяжку.
В 9:20 секретарь Лян позвонил в дежурную комнату и спросил, на месте ли начальник Чжу. Согласно вашим указаниям, я ответил, что начальника Чжу нет на месте. В десять позвонил сам заместитель командующего Фан и попросил начальника Чжу к телефону. Я сказал, что его нет на месте. Заместитель командующего Фан разозлился и велел хоть носом землю рыть, но отыскать начальника Чжу.
Чан Шаолэ топнул ногой и размашистыми шагами вошёл в здание.
Вернувшись, Чжу Хайпэн увидел, что перед зданием ни души, и один отправился на гору.
Фан Инда очень хотел найти Чжу Хайпэна, потому что после того как командующий Цинь и комиссар Чжоу вернулись в военный округ, первый постоянный комитет хотел выслушать его доклад об учениях армии. И перед встречей он желал услышать мнение Чжу Хайпэна. После десяти он вышел из кабинета и сказал Лян Пину:
Подожди, пока Чан Шаолэ позвонит, не звони ему сам. Как он смеет так поступать, когда ещё даже не вынесено решение по инциденту на учениях!
В округ уже прибыли шесть членов комитета. Когда Фан Инда уселся, собрание началось.
Когда мы с комиссаром Чжоу были в Пекине, – начал командующий Цинь, – мы там услышали, что на учениях армейской группы возникли проблемы. Что же произошло? И вы велели дивизии «А» установить позорную стелу?
А ещё неповиновение приказам на учениях? – дополнил комиссар Чжоу.
Если сказать в двух словах, то один усиленный полк дивизии уровня «бета» оснастился первоклассной микроволновой системой наблюдения, чего не было в плане учений. И в итоге обвёл вокруг пальца дивизию уровня «альфа»: разбил один батальон дивизии «А» и выбил командование.
На этих учениях у дивизии «А» ведь также было передовое оборудование? – спросил командующий Цинь. – За эти годы немало было вложено в дивизию «А».
В этом году дивизии уровня «альфа» только начали оснащаться микроволновой системой наблюдения, – сказал начальник штаба Вэй, – откуда подобное оборудование в дивизии «С»?
Чжу Хайпэн руководил этим проектом, дивизия «С» выменяла овощи, свиней, баранов, кур на деньги. Неповиновение приказу действительно имело место, но если бы не высокотехнологичная микроволновая система наблюдения, то и неповиновение приказу было бы невозможно.
Значит, дух Нань-нивани 13
Главное направление – соответствовать идеям расширенного собрания военного комиссариата – полностью подтверждено, – подхватил комиссар Чжоу. – Это хорошее руководство, так можно всемерно способствовать повышению обороноспособности армии за счёт научно-технического прогресса и качественному строительству армии во всём округе. Но нельзя оставлять без внимания либеральные и ультрадемократические тенденции, а неповиновение приказу как раз говорит о таких наклонностях. Это дело нужно рассмотреть с обеих сторон, и главный виновник должен понести ответственность.
13
Нань-нивань (букв. Грязный залив) – местность, которую своим упорным трудом превратили в цветущий уголок солдаты армии, поддерживавшей перед Второй мировой войной коммунистов в их борьбе против правившей партии гоминьдан.
В дивизии «А» вскрылись проблемы, – сокрушённо сказал Фан Инда, – важнее уделить внимание этому. Войны не было несколько десятков лет. На прошлых учениях дивизия всегда очень энергично себя проявляла, но не смогла справиться с одним нарушившим приказ полком. Поэтому я считаю, что с этим делом нужно разбираться особенно осмотрительно. Эти учения – спектакль, поставленный, чтобы задобрить нас, а действия дивизии
«С» противоречат этому замыслу. Если копнуть ещё глубже, то это конфликт между новыми и старыми взглядами. Если смотреть со стороны учений, то вина на дивизии «С». А если смотреть на это, как на единственный путь к победам в сражениях, то виновата дивизия «А».
Очень разумный анализ, – одобрил командующий Цинь. Лян Пин подошёл к Фан Инда и шепнул ему что-то на ухо. Фан
Инда поднялся и вышел из зала заседания постоянного комитета. Вернувшись в свой кабинет, он поднял трубку и сказал:
Ты ещё смеешь меня дурачить? Я не буду слушать твои оправдания. После обеда я хочу видеть Чжу Хайпэна. А ты готовься получить батогов. Делай то, что должен делать.
Положив трубку, он в торжественном настроении вернулся в зал заседаний.
Цзян Юэжун, увидев держащихся за руки Фан И и Чжу Хайпэна, впала в уныние. Вернувшись в свою гостиничную комнату, она томно откинулась на кровать, ворочаясь с боку на бок. Обычный вид женщины, потерпевшей неудачу на любовном фронте. В этот момент она услышала стук в дверь.
Чжу Хайпэн, который считал Цзян Юэжун близкой подругой, с нетерпением прождал её некоторое время. К ней он пришёл, чтобы эта уравновешенная женщина помогла ему принять решение. Но он совершенно не ожидал, что она встретит его холодным взглядом на равнодушном лице.
У тебя плохой цвет лица, ты не заболела? – спросил Чжу Хайпэн.
Спасибо, я в порядке, – жёстко проговорила Цзян Юэжун, даже не пригласив его присесть.
Не обратив на это внимание, Чжу Хайпэн сел сам и, увидев, что Цзян Юэжун одета недостаточно тепло, заботливо сказал: