Прорыв
Шрифт:
– Ну, чего ты там замешкался? – Торговец присел, дожидаясь, пока Шершень поднимется на небольшую площадку, расположенную чуть ниже гребня третьего, наиболее высокого вала искаженного рельефа. – Неправильно тебя назвали в Ордене. Надо было дать позывной «Черепаха».
Иван ничего не ответил. Он и так старался изо всех сил. Большинство страхов пришлось попросту отбросить, пойти наперекор осторожности и здравому смыслу. Например, постоянно обходить стороной вездесущие металлокустарники стало попросту нереально, а вот использовать их прочные упругие ветви, цепляясь за них руками, оказалось удобным и относительно
– Медленно ползешь.
– Зато стреляю без промаха, – огрызнулся Иван, взбираясь на небольшую площадку, где поджидал его торговец.
– Ну-ну… – Упырь хотел что-то добавить, но внезапно пригнулся, замер.
Шершнев машинально вскинул оружие.
– Ты что, Федор Тимофеевич? – тихо спросил он, не обнаружив явных источников угрозы.
– Замолкни! – просипел торговец. Он вытянул шею, как будто принюхивался, застыв в напряженной позе.
Шершнев не стал дожидаться пояснений, лег и ужом подобрался к гребню остекленевшей волны искажений, откуда открывался вид на расположенные ниже заросли металлокустарника.
Датчики, связанные с расширителем сознания, не зафиксировали энергоматриц. Затаись внизу крупное изделие техноса, Иван его заметил бы.
Может, у Упыря обыкновенная паранойя? Нет внизу никакой опасности. Невысокие руины, искаженные пульсациями, густые заросли «жестянки», два покосившихся, покрытых окислами давно покинутых скоргами строения техноса, похожие на ажурные вышки, да едва приметная тропа, проложенная между ними, – вот все, что удалось разглядеть.
Ближайшие источники энергетической активности располагались метрах в пятидесяти, ниже по склону. Скопление ловушек – судя по всему, два «магнита» и «энергогейзер», Иван понемногу свыкался с новым способом восприятия и даже мысленно идентифицировал некоторые особо характерные сигнатуры.
Никакого движения он не заметил:
– Да вроде чисто все.
Торговец по-прежнему не шевелился, словно прирос к обломку бетона. Его глаза смотрели в одну точку, губы беззвучно шевелились, крючковатый нос шумно втягивал воздух, кадык нервно подергивался – зрелище во многом странное и отвратительное. Он явно что-то заметил, но не спешил делиться своими соображениями.
«Ладно. Попробую иначе», – подумал Иван, подключаясь к датчикам бронескафандра. Не заметив признаков энергетической активности, он задействовал штатную оптику.
Сознание на миг помутилось. Фрагмент тропы рванулся навстречу, а когда «картинка» стабилизировалась, Шершнев невольно похолодел, чувствуя, как крупные мурашки стягивают кожу по всему телу.
Укрупненное, детализированное изображение нагоняло жуть. Шершневу часто приходилось видеть смерть в различных ее проявлениях, но сейчас он невольно содрогнулся. Такое разве что в фантастических фильмах могут показать…
На тропе, будто изваяния, застыли четыре человеческие фигуры в черной как смоль экипировке.
«Наемники синдиката», – мгновенно определил Иван, силясь понять, что же произошло с ними.
Его взгляд медленно перемещался. Опасаясь вызвать сбой расширителя, он не масштабировал изображение. Тропу проложили и часто использовали крупные механические твари, в поле зрения попал вдавленный в землю металлокустарник, местами поврежденный траками гусениц.
Чуть выше…
Да, точно – экипировка боевиков синдиката.
Выражение лиц наемников немо свидетельствовали о жестокой скоротечной агонии. Они не успели воспользоваться оружием, не смогли бежать или сопротивляться, вероятно, смерть наступила в течение нескольких секунд.
– Видишь их? – сипло спросил Упырь.
Шершнев сглотнул. Вот так и цепляйся за металлические кусты, взбираясь на склон…
– Вижу… – ответил он. – Хищное металлорастение?
– Нет. – Торговец явно нервничал. – Обычный медный автон. На нем даже н-капсул не видно.
– Но он же напал на этих… – Иван не произнес слова «наемники», опасаясь демонстрировать свою осведомленность.
– Нечисто тут, – прошипел Упырь. – Где такое видано, чтобы обычный автон активную броню навылет побегами пробивал?
– Ну, пробить-то ее не проблема. Побеги острые.
– Тупой ты. Ничему тебя в Ордене не научили! – нервно огрызнулся торговец. – Говорю же: нехищный этот автон. Да и экипировка у наемников не простая. Со встроенными микрогенераторами электромагнитного импульса, сечешь? Они автоматически срабатывают, при контакте со скоргами.
– Так что, мне глазам своим не верить? – в тон ему зло и нервно переспросил Шершнев.
Он медленно отмасштабировал изображение, охватил всю картину целиком. Что бы там ни говорил Упырь, а побеги медного автона пробили не только слой активного пластика, они пронзили тела насквозь, а одного из боевиков синдиката просто задушили, захлестнув петлями за горло. Другой, пытавшийся в последний момент вскинуть руку с закрепленным на ней армганом, в буквальном смысле был скован тонкими металлическими путами. Прежде чем пронзить жертву, медные лианы остановили движение руки, не дав произвести выстрел из лазерного излучателя. Упырь прав: такое поведение для колонии ресурсодобывающих нанороботов слишком сложно. Если внимательно изучить детали жуткой сцены, то становилось очевидно: каждого из четверых боевиков лианы сначала нейтрализовали различными способами, а уж затем, полностью обездвиженных, пронзили насквозь.
Совершить подобное под силу мыслящему существу, но никак не колонии примитивных нанороботов. Теперь понятно, почему торговец мгновенно напрягся, почувствовав подвох. Его опыта хватало с избытком, чтобы правильно оценить ситуацию.
– Запомни, – Упырь зло сплюнул, немного расслабившись, – хищные металлорастения в основном используют разряды энергии или выстреливают часть колонии в проходящую мимо жертву. Получается как ртутный плевок. Если на тебе активная броня, с пластиковым покрытием, скоргам ничего не обломится, разве что они найдут прореху в защите.